Вальс Бостон - Александр Архиповец

Винт яхты начал вращаться быстрее, забурлила вода. Теперь у нас разные дорожки. Немного проплыв, не удержался и поднялся на поверхность. Глубоко вдохнул, огляделся – "наша" яхта все так же мерно покачивается на волнах, а другая быстро удаляется.

Вспышка яркого пламени, грохот взрыва…

"И все же, кто это к нам пожаловал? Думаю, конкуренты или подельники Диогена. У федералов, несомненно, военные катера, вертолеты. Хотя теперь какая разница?" Равнодушно пожав плечами, поплыл в сторону "дома".

Возле яхты меня поджидал грандиозный пир, устроенный приплывшими на запах крови полутораметровыми коралловыми акулами. С не меньшим вожделением они поглядывали и на меня, проплывая в опасной близости. Дразнить их не стал. Выбросил пистолет, пояс и быстрехонько поднялся на борт по веревочной лестнице. На этот раз вытянул и ее.

Оделся. Вспомнил – когда сидел в каморке, за камбузом, видел щетку с длинной ручкой, ведро и моющее средство в черной пластиковой банке. На этикетке – перечеркнутая красной чертой, разинувшая зубастую пасть, акула. "Вооружившись" занялся делом. Тщательно убрал палубу, вытер пятна крови.

Добросовестно выполнив обязанности юнги, спустился к Мерли.

Она, скрутившись калачиком, жалобно постанывала и вздрагивала во сне, похожая на маленькую худенькую обиженную девочку с рыжими, беспорядочно торчащими волосами.

Прежде чем будить, достал из шкафчика чистое полотенце, намочил и осторожно вытер подсохшие пятна крови с ее лица. Выбросил через иллюминатор за борт. Немного подумав, включил проигрыватель, выбрал самую спокойную мелодию.

Но все равно рыжая проснулась с криком, вперила в меня округлившиеся от ужаса глаза.

– Ты… ты…

– Мерли! Тебе приснился кошмарный сон… и все… не более. Слышишь… – просто ко-ш-мар!

Но страх гнездился слишком глубоко. Не верила…

Она сидела, прижавшись к стене, натянув простыню до подбородка, и дрожала всем телом.

Я достал из шкафчика рубашку Диогена – бросил Мерли. Девушка трясущейся рукой неловко ее подхватила.

– Одевайся. Жду в рубке. Нужно уматывать. И кончай валять дурака… Мало ли что привидится после двух стаканов горячего "Танго".

Все, что можно, я из ее мозга уже убрал. Вмешаться еще раз – сделать только хуже. Время залечит… если, конечно, выпутаемся из этой передряги живыми. Набедокурили порядком да и шуму наделали предостаточно. У "нас" со спутниковой навигацией и современными методами слежения полиция накрыла бы давным-давно. Похоже, тут не столь расторопны. Но все равно – нужно убираться как можно скорее.

Кажется, рыжая немного пришла в себя: переоделась, причесалась, хотя глаза по-прежнему прячет – боится. Вон как вся съежилась.

– Давай, Мерли, давай! Заводи колымагу!

– Кого?

Наконец подняла глаза. Постарался, как можно добродушнее улыбнуться.

– Мотор, говорю, заводи!

"Похоже, моя улыбка не слишком ее обрадовала и утешила. Плечи ссутулила, отчего грудь стала еще меньше, губы тоже предательски дрожат, но якорь все-таки подняла и двигатель запустила.

Вопросительно посмотрев, покорно спросила:

– И куда теперь?

А на самом деле ей абсолютно безразлично куда – полная апатия и равнодушие.

"Так не годится, нужно как-то встряхнуть. Причем сразу".

– Послушай, Мерли, о наркоте и миллионе забудь! Раз и навсегда. Твое сокровище уже не в двойной перегородке, а за бортом. Ну не зыркай гремучей змеей. Не страшно. Зато я вскрыл сейф. Пусть там не миллион, но все же достаточно. Хватит надолго – даже если поделим пополам. Главное отсюда выбраться. Подумай, как это сделать лучше.

Похоже, мои слова подействовали. Наморщив лоб, Мерли уже внимательнее всматривалась в навигационные приборы.

– Пожалуй, быстрее мимо Схиматариона в Халкис. Оттуда недалеко до Афин. Ну а там… там – самолет…

– Вот и ладненько! Вперед! Давай, милая, давай!

Яхта плавно двинулась с места, стала быстро набирать ход.

Насчет наркоты, которую якобы сбросил за борт, я нагло соврал. То, что товар спрятан в двойной переборке, узнал покопавшись в мозгах рыжей. Но где – леший его знает. Пусть пока занимается делом, а там, глядишь, – все утрясется.

Яхта, приподняв нос, весело покачивалась на небольших волнах, стремительно рассекала их, оставляя за собой белесые буруны. Мерли приоткрыла рубку и теперь свежий морской ветерок обдувал наши лица, играл волосами. Водяная пыль, оседая на губах, оставляла соленый привкус.

"Как у крови". Рефлекторно вытер пальцами губы, исподтишка глянул на рыжую.

Похоже, немного успокоилась. Морщинки на лбу разгладились, в уголках губ вновь поселилась ироническая улыбка.

Через полтора часа на горизонте показалась береговая полоса. Стали попадаться небольшие рыболовецкие шхуны, а затем мимо проплыл большой пассажирский лайнер с чудным названием "Гайа".

Наконец Мерли подала голос.

– Ну что, Умник? Схиматарион рядом. "Гайя" идет оттуда. Хватит ли топлива до Халкиса – не знаю. Заправляться будем или как?…

– Или как,… – буркнул я, рассматривая меняющуюся карту навигатора. Чутье подсказывало – лучше к берегу не соваться. – Еще раз переночуем на яхте. Утром пойдем в Халкис, пока хватит топлива. Ну а дальше – на лодке. Возьмем запасную канистру.

– Как скажешь… Мне все едино… – равнодушно согласилась рыжая.

Но я-то видел: уже не "все едино"… Понемногу оживает… Вот и славно…

Вечером опять установился штиль. Огромный красный диск солнца медленно погружался в море. Вода потемнела, стала загадочной и тревожной. Чайки, весь день сопровождавшие яхту, словно по мановению волшебной палочки, куда-то исчезли. Дневной зной понемногу стал спадать.

– Мерли, где остановимся на ночь?

– Да хоть и здесь. Глубина небольшая, – указала пальчиком на эхолот, – всего восемь с половиной метров.

– Тогда тормози. Пора ужинать и… баиньки. Денек у нас выдался еще тот…

Она послушно заглушила мотор, опустила якорь, закрыла рубку. Потом еще какое-то время сидела, тупо уставившись на переведенный в режим ожидания пульт.

– Знаешь, Умник, я сегодня, пожалуй, напьюсь, – неожиданно сказала девушка, решительно вставая с кресла.

Свое обещание Мерли добросовестно выполнила. Категорически отказавшись от вермута, пила вместе со мной русскую водку, закусывая бутербродами с красной икрой. Вскоре ее заметно развезло: щеки зарделись, карие глаза подернулись поволокой, язык развязался. Словно плотину прорвало…

Направляя беспорядочную болтовню в нужное русло, вскоре знал историю ее злоключений.

– Два года назад во время летних каникул я, Карэна и Жюли решили оторваться где-нибудь на море. Выбрали Багамы. Отелей много, недорогие, а сервис – что надо.

– Карэна и Жюли твои подруги?

– Честно говоря, у меня и подруг-то никогда особо не было. Скорее так, знакомые по университету. Карэна на два года старше… гимнастка… и вообще – красавица. За ней увивалось полфакультета. Боже, как давно это было… в какой-то другой жизни… Жюли – голубоглазая блондинка, толстушка. Хохочет… хохотала по любому поводу… Так вот. Взяли номер на троих в отеле на самом берегу океана. Днем – солнце, море, пляж, ну а вечером – дискотеки, вино и случайные кавалеры. Все было как-то легко, шутя, несерьезно.

Тем вечером Карэна осталась в номере с симпатичным кудрявым инструктором по серфингу. В дискоклуб я пошла с Жюли. По пути заглянули в бар, опрокинули по коктейлю. Миновали мраморный холл, где я, подскользнувшись, чуть не упала, подошли к двери, за которой звучала музыка.

В зале царила атмосфера праздника: все сверкало, переливалось, искрилось от световых синтезаторов. Гремела модная тем летом композиция "Синий кракен". Танцующих немного и видны они лишь до пояса. Ниже – облако синеватого дыма, в котором то там, то тут вспыхивали разноцветные искры и проплывали неясные тени. Иногда голубовато-дымчатые волны накрывали танцоров с головой, в этот момент они словно погружались под воду.

Жюли, радостно взвизгнув, смело "нырнула в набежавшую волну", оставив меня у входа. Появилась она оттуда уже с худощавым длинноволосым парнем, своим вчерашним пляжным знакомым.

Мерли нахмурила носик, словно не хотела продолжать рассказ. Какое-то время сидела молча, плотно сжав губы. Глаза ее вдруг стали грустными и трезвыми.

– Умник, налей-ка еще водки.

Выпила залпом, не закусывая. Потом, словно переступив через какой-то барьер, продолжила рассказ.

– Он неслышно подошел сзади, положил руку на плечо. Шепнул на ухо: "Меня зовут Стас, пошли танцевать". Да если бы я только знала, чем все закончится! Бежала б, как от прокаженного. Но тогда… тогда… ощутив головокружительный запах одеколона, обернулась. Высокий, стройный, в глазах лукавые искорки. У меня и раньше были парни, но такой… На зависть всем и, прежде всего, зазнайке Карэне. Я подумала: "Какого черта! Почему бы и мне не отвязаться по полной".