Операция "Невозможное" (Лето и осень сорок пятого) - Евгений Белогорский

Даже если до конца года американцы сумеют развязать себе руки в Азии, простой американский обыватель, вряд ли обрадуется известию о новой большой войне в Европе. Американцы уже лишились иллюзий, что можно выиграть войну малой кровью, на чужой территории, посредством своих любимых линкоров и авианосцев. Японцы сумели доказать ошибочность этих суждений, дав им возможность понюхать пороха на своей территории. Это здорово напугало и отрезвило простых американцев. Идти на третью большую войну, Трумэн вряд ли решиться. Ведь ему ещё предстоит переизбираться на пост президента — уверенно вынес свой вердикт Молотов.

— Война с Гитлером, приучила нас к тому, что невозможное все же может случиться и не исключен самый неблагоприятный для нас вариант. Я тоже считаю, что новая война не приведет в сильный восторг простых американцев. Однако не стоит забывать об огромной власти денег в Америке. Я совсем не исключаю того, что господа финансисты, вопреки всякой логике втравят свою страну в новую войну, ради ещё больших прибылей и дивидендов. Поэтому давайте рассматривать все варианты развития, как позитивные, так и негативные — предложил Сталин.

— Власть финансистов велика, но нельзя сбрасывать со счетов и мнение простого народа, которому предстоит воевать. Согласно сведениям, которыми располагает мой наркомат, подавляющее большинство их настроено на немедленную демобилизацию после победы над Японией. Это очень важный факт — настаивал Молотов.

— Точно также как и классовая солидарность польского, финского и немецкого пролетариата, в которой некоторые товарищи видели главный залог победы во время военных действий с этими странами — язвительно заметил Сталин. — Я вполне допускаю, что американские солдаты хотят демобилизации, но вполне возможно, что для наведения порядка командование применит жесткие меры и солдаты продолжат воевать. Наглядный тому пример, действие французов в семнадцатом году, когда расстреливали сотнями, а воинские части расформировывались десятками. Припертый к стенке капитализм может очень хорошо постоять за себя.

— То, что ты говоришь, экстраординарный случай, когда речь идет о поражении страны или, о её существовании. Отсутствие смертельной угрозы, дает американским солдатам нравственную лазейку, которой они обязательно воспользуются — не сдавался нарком.

— Они, что, стали пацифистами?

— Как же, держи карман шире. Деньги им надо поскорее потрать, что они заработали на службе у правительства. Пока цены не повысились или курс долга не упал — презрительно пояснил Молотов.

Сталин на секунду замолчал, обдумывая услышанные аргументы, затем посмотрел на присутствующих и спросил: — Есть мнения в поддержку слов товарища Молотова или возражение?

— Да, товарищ Сталин, — подал голос Антонов, — я полностью согласен с мнением Вячеслава Михайловича. По служебной надобности, я внимательно изучил историю войны Америки за последние сто лет. С уверенностью могу сказать, что вся стратегия американской армии основана, именно на идеи блицкрига, короткой победоносной войне. К длительной, изматывающей войне с большими боевыми потерями американцы откровенно не готовы. В случаи возникновения серьезных трудностей, они либо пытаются решить их экстренными мерами, либо спускают дело на тормозах и начинают переговоры.

— Вы очень точно подметили про экстренные меры, товарищ Антонов. Так во время войны Севера и Юга, американские демократы ради того, чтобы не дать отделиться богатым хлопком штатам, в массовом порядке ставили под ружье кого угодно. Начиная с прибывших в страну эмигрантов, золотоискателей и кончая маргиналами и даже осужденными преступниками. И как показывает история, одержали победу — блеснул своими познаниями Сталин. Вождь ожидал, что кто-то скажет ещё слово, но остальные приглашенные на совещание молчали.

— Ну что же. Будем считать, что американская демократия пустила глубокие корни, власти предержащие прислушиваются к мнению американцев и в случаи победы над Японией, война с Америкой нам не грозит. Ну а если при этом мы не будем сильно докучать Америке своим существованием, господин Трумэн не стукнет нас атомной дубинкой по голове. Звучит ободряющее, но было бы ещё лучше, если бы поскорее завершил наш собственный атомный проект и сравнялись с американцами и японцами в этом виде вооружения — вождь выразительно посмотрел на Берию.

— Благодаря работе разведки, наши ученые знают все особенности создания атомной бомбы, товарищ Сталин. Однако у нас пока нет необходимого оборудования для создания бомбы, как нет в нужном количестве уранового сырья. Мы прилагаем все усилия для устранения этого препятствия, но этот процесс займет не год и не два — честно признался Берия.

— Мы это знаем, но чем раньше будет создана бомба, тем быстрее мы собьем спесь с господина Трумэна и сможем говорить с Америкой и японцами на равных. Пусть товарищи осознают, как нам важен положительный результат их работы — с ударением сказал вождь.

— Я ещё раз, лично доведу эту мысль до сведения ученых и инженеров, товарищ Сталин — заверил его нарком, на плечи которого была возложена обязанность по созданию советской атомной бомбы.

Сталин удовлетворенно кивнул головой, неторопливо поставил карандашом в воем листе маленькую закорючку и двинулся вдоль стола.

— Если мы не можем разорвать англосаксонскую спайку, воздействуя на США, тогда за оставшееся у нас время нужно принудить Англию к миру. Мы очень рассчитывали, что провал операции «Клипер» приведет к отставке Черчилля, но этого не случилось. Вопреки всем прогнозам он устоял. Англичане посчитали, что он нужен им — Сталин сокрушено повел рукой. — Однако это не означает, что он может спать спокойно. Нынешнее внутреннее положение в Англии очень сложное и напряженное. Простой народ устал от войны и экономических трудностей порожденных ею и желает её скорейшее прекращение. Думаю, достаточно будет одного хорошего толчка, который вызовет массовое недовольство людей, и Черчилль обязательно слетит с кресла премьера. Необходимо понять, что мы можно сделать для этого. Что вы скажите по этому поводу, товарищ Кузнецов?

— К сожалению, нынешнее состояние нашего флота, не позволяет нам предпринять каких-либо наступательных действий на море против Англии и Америки, — честно признал главный советский флотоводец. — Балтийский флот откровенно слаб: оба наши линкора нуждаются в капитальном ремонте, да и крейсера не все готовы к немедленному выступлению в поход. Можно конечно пополнить Балтфлот кораблями и подлодками Северного флота, но даже эта рокировка, не позволит нам создать некое подобие морской блокады острова. Что касается высадки десанта на побережье Англии, то для этого нужно время, товарищ Сталин, которое нам противник вряд ли предоставит. Пока мы будем прочищать балтийские проливы, перебрасывать баржи и транспорты в порты Северного моря и готовить прикрытие десанта, противник успеет полностью закрыть Ла-Манш.

— Состояние нашего флота и численность кораблей противника нам хорошо известна, товарищ Кузнецов. Что касается попытка морской блокады и высадки десанта через Ла-Манш, то никто не собирается повторять печальный опыт Гитлера, пытавшегося принудить англичан к миру при помощи этих средств. Мы считаем, что новые трудности и угрозы извне только сплотят англичан вокруг Черчилля. Усилят связку Англии с Америкой и могут подтолкнуть Трумэна к активным действиям, что совершенно недопустимо.

Сталин вновь двинулся вдоль стола и остановился возле Антонова.

— А каково мнение Генерального штаба? Будите предлагать провести массированные бомбардировки а-ля Геринг или рекомендовать проведение операции «Морской лев» от Кейтеля? — поинтересовался у генерала вождь.

— Реализацию «Морского лева» в сочетании массированной бомбардировки Англии можно было рекомендовать, если бы под нашим контролем находилось все морское побережье в районе Ла-Манша, товарищ Сталин. Наши фронтовые бомбардировщики смогли бы уничтожить радары противника и разбомбить его аэродромы. Ценой больших потерь мы смогли бы на короткое время открыть дорогу десанту, даже при нынешнем состоянии флота. Однако на сегодняшний день, под нашим временным контролем находятся лишь Кале и Дюнкерк, освобождения, которых французы требуют у нас каждый день. Все это превращает операцию «Морской лев» в откровенную авантюру.

— А нельзя ли провести высадку воздушного десанта на побережье Англии? Ведь мы уже высаживали воздушные десанты — поинтересовался Маленков.

— Можно, но это должен быть массированный десант, не менее трех бригад. С обязательной поддержкой в течение ближайших 24 часов тяжелым вооружением, что возможно только в случаи высадки десанта или захвата аэродрома. В противном случае, десант будет полностью уничтожен врагом и не выполнит поставленной перед ним боевой задачи.