Дверь скрипит, если… - Tasha 911

Твоя покладистость его отчего-то совсем не обрадовала. Махнув рукой, Снейп выглядел так, словно, командуя собственной казнью, дал отмашку палачу занести топор над плахой.

— Впрочем, это не имеет значения. Из-за моих трудностей зелье будете готовить сами, в конце концов, вы больше всех заинтересованы в эффекте, и я не вижу необходимости привлекать кого-то еще к его созданию. Впрочем, ваш уровень подготовки заставляет меня лично контролировать все этапы процесса, так что будьте любезны предоставить мне комнату и кабинет.

— Они в вашем полном распоряжении.

Он добавил:

— В качестве личного пространства, на которое вы не станете посягать.

Ты кивнул.

— Конечно.

Снейп был удовлетворен ответом, по крайней мере, казался довольным.

— Через час будьте готовы отправиться за ингредиентами. Кроме того, я составлю список необходимого оборудования. Нам понадобится пять котлов из разных металлов и еще несколько мелочей.

— Я все куплю.

— Тогда через час приходите за уточненными списками. — Он вернулся к книге, давая тебе понять, что разговор окончен. Некоторое время ты сидел молча, разглядывая его резкий профиль. Снейп действительно читал, по крайней мере, так это выглядело со стороны, но ты готов был поспорить, что если спросить его о написанном, он не вспомнит ни строчки. Ему было тяжело. Кажется, даже труднее, чем тебе, и можно было ничего не усложнять, но ответ на один вопрос был просто жизненно необходим.

— Почему? Я больше не буду возвращаться к этой теме, но прошу, скажите, по каким причинам вы согласились помочь.

Он нахмурился.

— Мне нужны деньги.

Может, он и правда не отказался бы от миллиона, но тебя такой ответ не устраивал.

— Ну так примите их просто так, в качестве моих извинений. В благодарность за все хорошее, что со мной уже успело случиться благодаря вам.

Сказанное его возмутило.

— Я не оцениваю нанесенные мне оскорбления в золоте и привык зарабатывать каждый кнат, который оказывается в моем кармане.

— Вы могли получить такую сумму и от Малфоя, который мечтает вложить в вас деньги.

Снейп нахмурился.

— Откуда вы знаете? — Потом он хмыкнул. — Нет, однажды я непременно убью Люциуса. Он и с вами успел вступить в сговор?

— Неважно…

— А по мне, это имеет значение. Ненадежный друг — сомнительный инвестор.

— И все же… Пожалуйста. Мне нужна причина, по которой вы здесь. В качестве последнего одолжения, ответьте честно. Клянусь, я больше к этому не вернусь и буду демонстрировать полное уважение к вашему нежеланию что-либо со мной обсуждать. Но все же…

Он резко тебя перебил:

— Эта ваша мисс Уизли во время нашей отнюдь не дружеской беседы изрекла довольно мудрую мысль. Вы — мерзавец, Поттер, лживый ублюдок, которого я ненавижу до глубины души, но это не повод молча смотреть, как вы убиваете себя опасными экспериментами над собственной природой. Я знаю, что нужно сделать, и остаться в стороне было бы преступлением по отношению к моей совести. Я сейчас ублажаю ее, а не вас. Довольны?

Нет, ты не был доволен. Сказанному просто не хотелось верить. Снейп — странный человек. Он причинял боль тем, кто этого не заслуживал, не умел прощать врагов, но при этом если видел возможность кому-то помочь, просто делал это. Например, готовил зелье для Люпина — по приказу Дамблдора, конечно, но что ему мешало допустить маленькую оплошность и обеспечить мучения человека, который едва его не убил? Наверное, ответственность. Снейп следил за своими студентами даже с большей строгостью, чем Макгонагалл, и никогда не позволил бы себе подвергать их жизни риску. Это делало его порядочным человеком. Достойным ровно настолько, чтобы даже тебя вытащить из дерьма. Для того чтобы потом бросить в другую кучу? Да, наверное, так. Северус искренне не понимал главного: ненависть, о которой он говорил, для тебя не менее мучительна, чем потеря Джейми. Тут не выбрать, что хуже. Два невероятно дорогих тебе человека, и если один спасал другого только для того, чтобы с чистой совестью тебя бросить…

— Вот ведь черт.

Он наконец посмотрел на тебя.

— Ну что? Вас не устраивает моя честность?

— Просто это очень больно, — сказал ты. — Простите.

Нужно было побыть одному. Подумать о том, как тебе сразиться за сразу две неимоверно важные составляющие твоего возможного счастья. Пока ты чувствовал себя так, будто вступил босыми ногами на путь, усыпанный осколками: что ни шаг — то кровавый след. В какую сторону идти, не знаешь, а стоять на месте и не двигаться, ожидая, какое решение примет за тебя судьба… Ты был не тем человеком, чтобы бездействовать. Вот только даже зная, за что хочешь бороться, ты не представлял, как это делать.

***

— Ну и зачем пришел? — Джинни отшвырнула в сторону модный журнал и, потирая пальцами виски, села на постели. — Мы, кажется, обсудили все, что могли, больше нам говорить не о чем.

Странно, тебе всегда казалось, что твоя бывшая невеста — простая жизнерадостная девушка, которая прекрасно смотрится с метлой в руке и в свитере домашней вязки, но, как выяснилось, ты невнимательно всматривался в ее черты. Облаченная в длинное серебристое платье, окруженная изысканной мебелью, она напоминала пусть еще немного помятую после недавнего загула, но все же принцессу. Где-то в ее знакомой осанке, оказывается, пряталась надменность, а глаза умели смотреть холодно и с вызовом.

— Ну, у меня появился еще один вопрос. — Ты перевел взгляд с ее лица на потолок, украшенный пафосной росписью, изображающей битву драконов. — Просто странно, что ты все еще в этом доме.

Она пожала плечами.

— Я пробовала вернуться в Нору. Только там мама через слово спрашивает: «Как ты, детка?», сочувственно вздыхает и прячет от меня все колющие и режущие предметы. Как будто мне больше делать нечего, кроме как придумывать, каким способом удавиться.

— Мне…

Она махнула рукой.

— Да, я знаю, что жаль. Хотела до следующих сборов переждать ее вспышку сострадания у кого-нибудь из подруг по команде. Но и они туда же, только и делают, что сочувствуют главной брошенке магической Британии. Луна, как назло, уехала охотиться за очередной несуществующей тварью. Рон с Гермионой не должны сейчас переживать, как быть друзьями одновременно и мне, и тебе. Гостиницы отменяются, там меня быстро найдет пресса, так что я подумала — а почему бы и нет… Комнат у Малфоев много.

— И они тебя пустили?

— Леди Нарцисса — дама вежливая. Раз одолжила платье, то и из-за комнаты особенно спорить не стала. Ее супруг согласился довольно поспешно, только вчера до полуночи пытался уточнить, смогу ли я быть полезной его сыночку в получении должности в министерстве.

— А ты сможешь?

— Ну почему нет — попрошу Перси, он похлопочет. Драко, конечно, порядочная сволочь, и необходимость терпеть меня еще пять дней его бесит, но, как я поняла, в магических законах он и впрямь хорошо разбирается. К тому же так мне не придется платить за его чертовы метлы. Они ведь действительно были классными. Даже жалко.

Ты тоже ужасно переживал, вот только не из-за имущества Малфоев. Волновала Джинни и ее странное, почти апатичное поведение. Наверное, лучше было позволить ей швыряться заклятиями в тебя, а не в Снейпа… И все же ты, Гарри Поттер, был тем еще засранцем: стоило только подумать о профессоре, и для бывшей девушки в твоей голове места уже не осталось.

— Ясно. Я просто пытался разыскать тебя, но никто не знал, где ты, вот и решил спросить у Нарциссы, не говорила ли, куда хочешь отправиться. А тут такая новость. В общем, все это странно, но я раскаиваюсь, что причинил столько хлопот.

— Заканчивай с этим, — потребовала Джинни. — Меньше всего мне сейчас нужны эти твои грустные улыбки. Если хочешь, чтобы все осталось в прошлом и однажды мы снова стали друзьями, не беспокой меня ближайшие пару лет. Я действительно этого хочу. Мне необходимо выкинуть все это из головы, чтобы двигаться дальше.

Ты хотел сказать еще одно «прости», но вовремя остановился.

— Скажи, как ты уговорила Снейпа мне помочь?

Ты все еще не мог верить в сказанное Северусом. А может, просто не хотел. Только больше никакой лжи себе. Ты не мог тратить время на пустые надежды и должен был точно знать, что именно происходит в твоей жизни.