Дверь скрипит, если… - Tasha 911

— К чему вы это говорите?

— После того случая Снейп совершенно ничего не предпринял. Я ждал, что он заведет себе нового любовника, с которым станет обращаться еще хуже, чем с предыдущим, но ничего подобного не произошло. Он действительно хотел, чтобы его убили, и когда Дуарт не сделал этого, то пришел к выводу, что мужчины ненадежны. Думаю, узнав о вашем секрете, он в этом лишний раз убедится.

Ты поискал взглядом, что бы разбить о белобрысую голову Малфоя. Но ничего не попадалось на глаза, кроме сковородки. Ты нервно взвесил ее в руке. Разве не должен был этот разговор обнадежить? Вселить в тебя уверенность, а не растоптать ее окончательно? Тебе вдруг ужасно захотелось убить Малфоя и закопать под одной из яблонь, но тот посоветовал:

— Уймитесь, Поттер. Мальсибер для Снейпа ничего не значил. Будучи изначально обманутым, Северус не испытывал стыда, сам эксплуатируя влечение этого человека. Вы — совершенно особый случай. Тут ему не удалось избежать привязанности.

Наверное, этими словами Малфой спас свою шкуру, но ничего не прояснил в твоей голове.

— Мир сложно устроен, Поттер. Вы тогда много наговорили прессе, и я окончательно понял мотивы Северуса. Однажды я спросил его, правильны ли мои предположения. Он промолчал, но возненавидел меня за то, что я раскрыл один из его секретов. Поэтому просто радуйтесь, что он пока не говорит с вами о вещах, воспоминания о которых его бесят. Самоубийство, даже чужими руками, для него — трусость, и то, что он допустил мысль о нем, а кто-то узнал об этом, не придавало нашим отношениям легкости. Мы с ним не разговаривали почти год после того дурацкого вопроса. Его тошнило от самого моего присутствия, и это тоже был страх, а с ними…

— Снейп борется.

— Точно. Он признал, что я был прав в своих рассуждениях, лишь перед тем, как уйти из мира магов. Наверное, потому что понимал: тем, как цепляется за жизнь сейчас, искоренил любую былую слабость. Повторюсь, на вашем месте я бы радовался. По крайней мере, секс с мужчинами для Снейпа в принципе возможен, а что до любви… Он, похоже, из тех, для кого кратчайший путь к ней — через преодоление. А с вами ему уже пришлось переступить через многие свои привычки. Часть пути, так или иначе, пройдена, и забыть об этом Северус не сможет. Просто старайтесь пореже будить в нем неприятные воспоминания и подставлять человека, который знает его маленькие секреты. Одна мысль о том, что я мог рассказать его хорошенькой женушке что-то способное повлиять на ее чувства к нему, привела Северуса в бешенство. Ну так радуйтесь, черт возьми.

Закрыв лицо руками, ты отчего-то не мог быть счастлив из-за того, что Северусу Снейпу нравилась его жена. В ней было очень много от тебя, но в то же время совершенно недостаточно.

***

— Здравствуй. Ты…

Снейп отшатнулся от тебя. Вот так прямо отступил обратно в сад и попросил:

— Саша, я умоляю — довольно. Если ты сейчас, как верная собака, принесешь мне домашние туфли, я просто уйду из дома, пока твое временное помешательство не закончится.

После того, что рассказал Малфой, ты чувствовал необходимость стать самой значимой фигурой в жизни Северуса, вот только как тебе было этого добиться? Ребенок, конечно, весомый аргумент в пользу того, чтобы он к тебе привязался, но его было явно недостаточно. Ты просто не мог довольствоваться частью. Тебе нужен был весь его долбаный сахар. Тот, что был, и тот, что будет, потому что без него твой чай ужасно горчил. Только как кого-то завоевать? Своей уступчивостью Джинни не приучила тебя вести военные действия на любовных фронтах. По ее представлению, путь к сердцу мужчины лежал через флирт. Ты прочитал кучу сайтов на тему секса при беременности, скрепя сердце купил себе духи, какую-то полупрозрачную фигню и, вырядившись в нее, решил попробовать.

— Дорогой! — Снейп оторвал взгляд от газеты и удивленно посмотрел, как ты пытаешься сексуально дефилировать от двери к его креслу, переваливаясь, словно перекормленная утка, и совершенно неприлично виляя попой. — Что если нам сегодня подняться в спальню пораньше? — Точно, утка. От глупости происходящего ты так на себя злился, что вместо запланированного эротичного шепота вышло какое-то раздраженное кряканье.

— Ладно. — Профессора, похоже, заинтересовало, чем закончится весь этот цирк.

Вы пошли наверх. Стараясь выглядеть томным, ты скинул с себя прозрачную тряпку, оставшись в кружевной штуковине. Улегся на кровать в позе, рекомендованной в каком-то блоге девицей, у которой, если верить всему написанному, парней было больше, чем дней в году.

— Иди ко мне.

Снейп подошел и вопросительно взглянул на тебя.

— Водички?

— Зачем?

— У тебя, кажется, першит в горле.

— Вовсе нет. — Кажется, с эротической хрипотцой тоже не вышло. — Давай займемся…

Все. Природа решила, что Гарри Поттер — не сексуальная бестия, а несчастное беременное создание. Доктор говорил, что газы в твоем положении — это нормально, и контролировать их довольно сложно. Но, черт, одно дело — когда ты пускаешь их наедине с собой, и совсем другое — при Снейпе, у которого нервно задергался уголок рта. Ты натянул одеяло до груди и скомандовал:

— Воды.

Он расхохотался, а потом погладил тебя по голове.

— Саша, ты очень забавная. И сексуальная, когда не пытаешься заниматься ерундой.

Правда? Тогда почему вы в тот вечер читали книги, каждый лежа на своей половине кровати? Вывод: Гарри Поттер и флирт — понятия несовместимые.

Тогда ты решил воспользоваться наработками Гермионы. Своего мужчину надо поразить умом. Три дня полазив в книгах по фармацевтике, ты выучил несколько мудреных слов и как-то после ужина, когда вы сидели на диване, блеснул новыми знаниями:

— Сегодня я смотрела интересную передачу о фармакокинетике. Там приводили интереснейшие примеры того, как некоторые вещества меняют свои свойства, оказываясь в организме человека. Твоя работа, должно быть, такая значимая.

Снейп пожал плечами.

— Ну, во-первых, моя лаборатория занимается фармакодинамикой. Перспективнее исследовать, как те или иные вещества влияют на организм человека, а не он на них. Если ты хочешь поговорить об этом, то я считаю, что нельзя абстрагироваться от того, что это довольно точная наука. Ты, конечно, знаешь о пяти основных эффектах, оказываемых лекарственными средствами. Мои последние разработки лежат в области замещения недостающих веществ и нейтрализации избыточных. Последние опыты с антацидами, которые мы проводили с Джошем…

Полтора часа он рассуждал о чем-то на неизвестном тебе языке, а самое умное, что тебе удалось вставить — это звуки «А-а-а…», «Э-э-э…» и вопрос: «А вашим мышам не очень больно?» Операция «Умница Гарри Поттер» закончилась полным провалом.

Что ж, там, где юность потерпела неудачу, мог сработать только опыт поколений, и ты воспользовался аксиомой миссис Уизли: «Сытый муж — залог семейного благополучия». Самые сложные рецепты. Ужины из пяти перемен блюд. Ты вылизал весь дом, приносил ему книгу в гостиную, варил по утрам кофе и подавал завтрак в постель. Ну так какого черта Снейп не хотел быть счастливым рядом с тобой? Все, ты сдался. Пусть катится со своими тапочками, а твое место в его жизни так и будет ограничено положением того, кто носит его ребенка и не должен переживать из-за бывшего любовника.

— Ужин на кухне. Съешь сам. Сегодня сочельник, и нас приглашали на ночную службу. Я отказалась, а ты делай что хочешь.

Ну почему злиться на Снейпа выходило у тебя так просто и складно? А все шаги к сближению становились глупым недоразумением. Желая немного согреться, ты открыл ящик с теплыми вещами и неожиданно обнаружил в нем разноцветные яркие носки, полученные когда-то на Рождество от Добби. Странно, даже свитера, подаренные миссис Уизли, ты отправил Гермионе, а носки отчего-то оставил. Потому что людям важнее помнить грустные вещи, чем хорошие? Это не так. Просто счастью не обязательно быть заключенным в какие-либо предметы. А горе иногда нуждается в том, чтобы ты потрогал осколки прошлого и пообещал себе: «Я должен сделать так, чтобы больше не было потерь и причин для слез». Наверное, твоя ревность была глупа. Какие бы ни были у Снейпа отношения в прошлом, они оставили ему на память только вот такие доказательства горечи, а ты мог дать ему ребенка и подарить улыбку. Это будет бессмысленный труд, если превращать желание сделать кого-то счастливым в долгую кропотливую работу. Иногда достаточно просто чувствовать, что человек важен и ты сделаешь для него все на свете.