Поражение на западе. Разгром гитлеровских войск на Западном фронте - Милтон Шульман

Мы твердо стоим на границе Германии. Смерть всем врагам, ступившим на немецкую землю.

Что касается презренных предателей, забывших о собственной чести и чести своей дивизии, мы позаботимся о том, чтобы они никогда не увидели свой дом и своих близких. Судьба народа никогда не зависела от предателей и ублюдков. Настоящий немецкий солдат был и есть лучший в мире солдат. Под его защитой ничто не грозит фатерланду.

Нас ждет великая победа.

Да здравствует Германия! Хайль фюрер!

(Подпись) Хофман-Шонфорн, полковник».

Вот так комплектовалась оборона линии Зигфрида в месяцы после поражения во Франции. Правда, удерживалась она не везде; никакими угрозами Гиммлера и обещаниями Геббельса невозможно было остановить все более мощный натиск союзных войск. 21 октября 1944 года после восьмидневной атаки американцы вынудили капитулировать Ахен, первый крупный немецкий город, сдавшийся союзникам. Поскольку Ахен был одним из узлов обороны линии Зигфрида, Гитлер требовал, чтобы город удерживали до последней возможности. Однако эта крепость пала, как только комендант Ахена решил, что с него хватит. Перед официальной капитуляцией в речи, обращенной к гарнизону, эмоциональный комендант города полковник Герхард Вильк изложил свою собственную трактовку выражения «сражаться до конца» следующими словами:

«Доблестные немецкие солдаты,

обращаюсь к вам в этот горький час. Я вынужден капитулировать, так как у нас иссякли боеприпасы, продовольствие и вода. Я понимаю, что дальнейшее сопротивление бессмысленно. Я нарушаю приказы, требующие сражения до последнего человека... Я желаю вам здоровья и скорейшего возвращения в наш фатерланд. Когда закончатся военные действия, вы поможете возродить Германию. Американский командующий запретил мне произносить слова «Зиг Хайль» и «Хайль Гитлер», но они останутся в наших сердцах».

Упорное сопротивление немцев по всему Западному фронту неизбежно осложнило зимнюю кампанию. По плану генерала Эйзенхауэра, адаптированному к сложившейся ситуации, предстояло продвинуться к Рейну и закрепиться на его западном берегу «от устья до (минимум) Дюссельдорфа, Бонна или даже Франкфурта», а затем произвести крупномасштабное продвижение в Германию. В соответствии с этим планом, 1-я канадская армия и 2-я британская армия на севере преодолели немецкое сопротивление к югу от Мааса к 9 ноября и западнее Мааса к 4 декабря.

1-я и 9-я американские армии вели тяжелые бои восточнее Ахена в районах Гайленкирхена, Эшвайлера и леса Хюртгенвальд. Жуткая погода, укрепления линии Зигфрида и немецкие солдаты, защищавшие границы родины, замедляли наступление и приводили к огромным потерям. Наступление началось 16 ноября, лишь к 3 декабря союзники достигли реки Рур, а до Рейна оставалось еще 25 миль заболоченной местности. Кроме того, дальнейшему продвижению союзников угрожали плотины Шмидта, представлявшие немцам прекрасную возможность отрезать форсировавшие реку союзные войска с запада и поймать их в ловушку, затопив долину. Для устранения этой опасности 13 декабря 1-я американская армия предприняла попытку захватить плотины, но еще до завершения этой операции пришлось отражать немецкое контрнаступление в Арденнах.

Южнее другие союзные армии, претворяя в жизнь план генерала Эйзенхауэра, попытались добраться до западного берега Рейна. Преодолев фанатичное сопротивление курсантов офицерского училища, 3-й американской армии в конце концов удалось занять город Мец 22 ноября, но в районе Саарлаутерна американцы натолкнулись на самые мощные укрепления линии Зигфрида и преодолевали лабиринт бункеров и фортов с огромным трудом и тягостной медлительностью. На пути к Рейну в районе Вогез части 6-й союзной группы армий добились заметного успеха. 7-я американская армия дошла до Рейна 23 ноября, захватив город Страсбург, а 1-я французская армия еще раньше прорвалась через Бельфорский проход и вышла к реке 20 ноября. Добравшись до Рейна, 7-я американская армия двинулась вдоль реки на юг, а 1-я французская армия – на север. Целью этого маневра было окружение немецких войск, все еще сопротивлявшихся западнее Рейна. К середине декабря союзникам удалось подавить сопротивление в этом районе, кроме довольно большого плацдарма близ Кольмара, который еще долго приносил много неприятностей, пока не был ликвидирован.

В период этих упорных боев у немецких войск на западе была единственная цель: «Не пустить врага на немецкую землю и выиграть время». Рубеж удерживали весь октябрь и ноябрь, но дорогой ценой: за два месяца еще 175 тысяч немцев попали в лагеря для военнопленных, доведя общую цифру до 750 тысяч. Ежедневные потери в 6 – 7 тысяч не могли не сказаться на уже невысоком боевом духе немецких солдат. Армия не может все время терпеть поражения. Иногда должны быть победы или что-то похожее на победы. Немецкое верховное командование прекрасно это понимало и, воспользовавшись облачными днями ноября и декабря, втайне приложило грандиозные усилия, чтобы подарить такую победу немецкому народу к Рождеству. 16 декабря 1944 года немцы начали наступление в Арденнах.

Часть шестая

КОНТРУДАР

Глава 26

НАСТУПЛЕНИЕ В АРДЕННАХ

Оперативные приказы не оглашались до последней минуты. А когда приказы начали сыпаться один за другим, все поняли: что-то случилось или вот-вот случится. «Солдаты Западного фронта, ваш великий час настал, – вещал главнокомандующий запада фельдмаршал фон Рундштедт. – Наконец мы поднимаем занавес, скрывавший наши приготовления». В то же время командующий группой армий «Б» фельдмаршал Модель кричал: «Мы не разочаруем фатерланд и фюрера, выковавшего меч возмездия... Нет в мире лучше солдат, чем мы, солдаты Айфеля и Ахена». В то же время генерал фон Мантейфель, новый командир 5-й танковой армии, призывал: «Вперед, марш, марш! В память наших павших товарищей, а следовательно, по их приказу, во славу традиций нашего славного вермахта!» И что все это означало?

На этот вопрос могли ответить четыре американские дивизии, растянувшиеся узкой лентой в секторе Айфель – Арденны унылым утром 16 декабря 1944 года. Ледяную тишину лесистых Арденн неожиданно разорвали грохот орудий, лязганье танковых траков, рев моторов, пулеметные и автоматные очереди. Из густого тумана выползли сотни танков, вышли тысячи пехотинцев. Они надвигались с ошеломительной силой и быстро раздробили передний рубеж американских войск. Быстро подавив отдельные узлы сопротивления, немецкие танковые колонны наступали по узким, обледеневшим дорогам и менее чем через сорок восемь часов преодолели от 10 до 15 миль в глубину по линии фронта протяженностью около пятидесяти пяти миль от Ахена до Трира.

В штабе верховного главнокомандования союзными экспедиционными силами из первых же донесений материализовалась картина хаоса. Деревни, первыми встретившие вражеские атаки, еще удерживались; но другие, находившиеся гораздо дальше от линии фронта, оказались в руках немцев; сотни танков беспрепятственно шли извилистыми путями на запад; диверсанты в американской форме и на американских джипах мчались впереди наступающих немецких войск, наводя ужас и неразбериху; парашютистов находили в самых невероятных местах. Ясно было лишь одно: вермахт начал поразительное по масштабам контрнаступление, поставив все на одну карту. Уже к полуночи 16 декабря союзная разведка идентифицировала и нанесла на оперативные карты десять пехотных, пять танковых и одну парашютно-десантную немецкие дивизии[16].

Еще до начала контрнаступления было очевидно: за линией Зигфрида что-то назревает. Всю предшествующую неделю воздушная разведка отмечала оживление на шоссейной и железной дорогах вдоль долины Рейна; комплектовались боевыми расчетами артиллерийские позиции; шпионка из Битбурга сообщила о необычайно большом количестве понтонов и небольших судов, направлявшихся на запад, и прибытии из Италии новых дивизий 10 декабря; моральный дух последних немецких военнопленных был на удивление высоким, многие из них говорили о грядущем наступлении между 17 и 25 декабря и захвате Ахена как рождественском подарке фюреру. В дополнение к этой информации стало известно, что 6-я танковая армия СС, в которую входили 1-я, 2-я, 9-я, 10-я и 12-я танковые дивизии СС, переформировывалась после отступления из Франции, а в первую неделю декабря большинство ее частей сосредоточилось на территории между реками Рур и Рейн. Также стало известно, что за линией Зигфрида появились пехотные и танковые соединения, о которых ничего не было слышно после событий в Нормандии. Все эти предвестники казались грозными, и в сводке разведотдела 1-й американской армии уже за несколько дней до начала событий был сделан вывод о подготовке немцев к крупномасштабному контрнаступлению. По прогнозам разведчиков, в контрнаступлении между реками Рур и Эрфт задействовали крупные танковые соединения при поддержке «всех сил, какие враг сумеет наскрести». Таким образом, масштаб и характер арденнского наступления были спрогнозированы достаточно точно, но в месте ошиблись.