О переводе сказок Кэрролла - Н Демурова

"Недоборы", неизбежные при таком переводе, мы стремились компенсировать. Приведем пример из главы "Повесть Черепахи Квази", где Алиса снова встречается с Герцогиней и удивляется происшедшей с ней перемене.

"- Когда _я_ буду Герцогиней, ...у меня в кухне _совсем_ не будет перца. Суп и без него вкусный! От перца, верно, и начинают всем перечить...

Алиса очень обрадовалась, что открыла новое правило.

- От уксуса - куксятся, - продолжала она задумчиво, - от горчицы огорчаются, от лука - лукавят, от вина - винятся, а от сдобы - добреют. Как жалко, что никто об этом не знает... Все было бы так _просто_! Ели бы сдобу - и добрели!"

Корневая игра, на которой строится в переводе этот отрывок, у Кэрролла отсутствует. Кэрролл исходит из качеств, присущих разным приправам.

"Maybe it's always pepper that makes people so hot-tempered... and vinegar that makes them sour - and camomile that makes them bitter - and and barley-sugar and such things that make children sweet-tempered. I only wish people knew _that_: then they wouldn't be so stingy about it, you know -"

В этом отрывке hot, sour, bitter, sweet выступают в своих прямых и переносных значениях. На совмещении этих значений и строится весь отрывок.

Мы заменили их корневой игрой, чрезвычайно характерной для кэрролловского стиля вообще, хоть она и отсутствует в данном отрывке, и игрой на омонимии ("добреть" - "толстеть" и "добреть" - "смягчаться"), также часто применяемой писателем.

Переводчик Кэрролла мог бы написать целый том, объясняя, каким путем он шел в каждом конкретном случае подобного рода (Кэрролл почти не повторяет своих приемов - каждый раз его интересует новая "алогичность", новая "аномалия" языка.) Ограничимся поэтому всего лишь еще одним небольшим примером. Глава IV "Страны чудес" в оригинале называется "The Rabbit Sends in a Little Bill". В тексте фигурирует некий _Bill_, который оказывается ящерицей. Вместе с тем само наличие артикля в заглавии перед этим словом позволяет предположить и здесь своеобразную словесную игру. (Напомним, что _bill_ по-английски "счет", "билль" и что в заглавиях все значимые слова пишутся по-английски с большой буквы.) Таким образом, _a Little Bill_ может читаться и как "крошка Билл", и как "маленький счет" (билль, закон и пр.). Стремясь передать эту игру, мы сохранили несколько старомодную русскую форму имени (_Билль_, а не _Билл_, как это принято сейчас). В названии, данном нами этой главе, - "Билль вылетает в трубу", - мы старались передать двойное прочтение оригинала. Число подобных примеров можно было бы умножить.

* * *

Кэрролловская проза неразрывно спаяна со стихами. Ими открываются и завершаются обе сказки, они органически вплетаются в текст, появляясь то открыто, в виде прямых цитат, то пародийно, а то завуалированно, в виде аллюзий, лукавых передразниваний, едва приметных отзвуков и перекличек. Перевод стихов в сказках Кэрролла представляет специфическую задачу; что ни стихотворение - своя особая проблема, свой особый жанр, свой неповторимый прием. Лирическое посвящение, пародия, старинная песенка, нонсенс, стихотворение-загадка, акростих. Перевод пародий всегда предельно труден ведь всякая пародия опирается на текст, досконально известный в одном языке, который может быть никому не знаком на языке перевода. В своей книге о переводах "Алисы в Стране чудес" Уоррен Уивер замечает, что в этой сказке Кэрролла большее количество стихов пародийно: их девять на протяжении небольшого текста {W. Weaver. Alice in Many Tongues, p. 80. Уивер ссылается на работу: J. M. Shaw. The Parodies of Lewis Carroll and Their Originals. December, 1960, Florida State University Library. См. также примечания к стихам в настоящем издании.}. Оригиналы их, принадлежащие перу предшественников или современников Кэрролла, среди которых были такие известные имена, как Саути или Джейн Тейлор, были, безусловно, хорошо известны читателям "Алисы", как детям, так и взрослым. Уивер рассматривает возможные методы перевода пародий: "Существуют три пути для перевода на другой язык стихотворения, которое пародирует текст, хорошо известный по-английски. Разумнее всего - выбрать стихотворение того же, в основных чертах, типа, которое хорошо известно на языке перевода, а затем написать пародию на это неанглийское стихотворение, имитируя при этом стиль английского автора. Второй, и менее удовлетворительный способ - перевести, более или менее механически, пародию. Этот способ, судя по всему, будет избран только переводчиком, не подозревающим, что данное стихотворение пародирует известный оригинал, переводчиком, который думает, что это всего лишь смешной и немного нелепый стишок, который следует передать буквально, слово за словом... Третий способ заключается в том, что переводчик говорит: "Это стихотворение нонсенс. Я не могу перевести нонсенс на свой язык, но я могу написать другое стихотворение-нонсенс на своем языке и вставить его в текст вместо оригинала" {Ibid., p. 85.}.

Из русских переводчиков "Алисы" по первому из этих путей, о которых говорит Уивер, пошли неизвестный автор "Сони в царстве дива", П. С. Соловьева, А. Д'Актиль, Т. Л. Щепкина-Куперник.

В главе V "Страны чудес" Кэрролл пародирует нравоучительное стихотворение Саути "Радости старика и Как Он их Приобрел" {См. примеч. "а", с. 41.}. Вот что читает Алиса удивленному "Червяку" в переводе П. С. Соловьевой:

Горит восток зарею новой.

По мшистым кочкам и буграм,

В душистой заросли еловой,

Встают букашки здесь и там

Навстречу утренним лучам.

Жуки ряды свои сомкнули.

Едва ползет улиток ряд,

А те, кто куколкой заснули,

Блестящей бабочкой летят.

Надевши красные обновки,

Расселись божие коровки,

Гудит с налета майский жук.

И протянул на листик с ветки

Прозрачный дым воздушной сетки

Седой запасливый паук. [...]

П. С. Соловьева пародирует (по форме) стихи, хорошо знакомые русским детям, используя пародийный прием для того, чтобы написать новое стихотворение о рождении Боровика, никак не связанное ни с Кэрроллом, ни с Саути. Стихотворение П. С. Соловьевой, несмотря на свою пародийность, весьма традиционно по форме и даже чем-то напоминает "Бал бабочки" Уильяма Роскоу {Уильям Роскоу (William Roscoe, 1753-1831) - автор небольшой поэмы для детей "Бал бабочки" (The Butterfly's Ball, 1806), в которой с чувством описывалась жизнь природы. В XIX в. появились бесчисленные подражания Роскоу; его стихи клались на музыку, издавались роскошными и лубочными изданиями, печатались на носовых платках и т. п.}, который был хорошо известен в XIX в. Оно далеко от кэрролловского упоения бессмысленностью, которое имеет здесь особое значение, ибо пародируется нравоучительный текст Саути, давно навязший всем в зубах {Оригинал, используемый П. С. Соловьевой, конечно, не давал таких возможностей для игры, как текст Саути.}.

По второму из отмеченных Уивером пути пошел А. Оленич-Гнененко, дающий буквальный перевод пародий Кэрролла.

Третий путь, о котором говорит Уивер, остался в случае с данным стихотворением неиспользованным. В нашем переводе мы избрали путь, не предусмотренный Уивером. Конечно, Уивер не мог знать об одной важной подробности нашей литературной жизни: к 1У67 г., когда вышел первый вариант нашего перевода, некоторые из стихотворений Кэрролла были давно уже переведены на русский язык С. Я. Маршаком, став своего рода детской классикой. К числу этих стихотворений принадлежал и "Папа Вильям", которым все мы зачитывались еще в детстве, не зная, правда, о его пародийной сути.

Вот как звучал по-английски Саути:

"You are old, father William", the young man cried,

"The jew locks that are left you are grey;

You are hale, father William, a hearty old man,

Now tell me the reason, I pray".

"In the days of my youth", father William replied,

"I remember'd that youth would fly fast,

And abus'd not my health and my vigour at first,

That I never might need them at last..."

Льюис Кэрролл вторит ему:

"You are old, father William", the young man said,

"And your hair has become very white;

And yet yon incessantly stand on your head

Do you think, at your age, it is right?"

"In my youtn", father William replied to his son,

"I feared it might injure the brain;

But, now that I'm perfectly sure I have none.

Why, I do it again and again..."

С. Я. Маршак так передает кэрролловскую пародию:

- Папа Вильям, - сказал любопытный малыш,

Голова твоя белого цвета.

Между тем ты всегда вверх ногами стоишь.

Как ты, думаешь, правильно это?

- В ранней юности, - старец промолвил в ответ,

Я боялся раскинуть мозгами.

Но, узнав, что мозгов в голове моей нет,

Я спокойно стою вверх ногами...

Мы включили в текст сказки эти стихи Маршака, решив создать для них "фон", необходимый для того, чтобы читатель воспринял их пародийную сущность. Д. Орловская написала для этого перевод "исходных" стихов Саути. Переведя на русский язык "оригинал", она "подогнала" его под классическую пародию С. Я. Маршака. Парадоксальный случай - вполне в духе кэрролловских нонсенсов...

- Папа Вильям, - сказал любознательный сын,

Голова твоя вся поседела.

Но здоров ты и крепок, дожив до седин.

Как ты думаешь, в чем же тут дело?

- В ранней юности, - старец промолвил в ответ.

Знал я: наша весна быстротечна.

И берег я здоровье с младенческих лет,

Не растрачивал силы беспечно...