Газета Завтра 35 (1032 2013) - Газета Завтра Газета

Следующим шагом долгосрочной стратегии Великобритании было подтолкнуть Францию к союзу с Альбионом. Для этого нужно было наглядно продемонстрировать французам, что русские не так сильны и не стоит слишком рассчитывать на них в противостоянии с Германией. Для этого нужно было реально ослабить Россию, но только не в европейской зоне - там она еще пригодится, а, так сказать, "на дальних берегах". Например, на Дальнем Востоке. Эта задача была решена с помощью японско-русской войны (1904-1905 гг.). Ей предшествовало заключение англо-японского договора (1902 г.), сыгравшего значительную роль в определении исхода японско-русской войны, в которой британцы активнейшим образом помогали японцам. Аналогичным образом "играли" и американцы, действуя против России. Символично, что любимой мишенью для стрельбы в тире президента Т. Рузвельта, с которого в политике США начинается поворот к новым отношениям с Великобританией, был портрет русского императора Николая II.

Британцы добились своей цели: после японско-русской войны напуганные французы пошли на союз с Великобританией. Россию британская агентура влияния, сорвавшая русско-германское сближение после Бьерка, подталкивала тоже к союзу с британцами, который после войны с Японией и при наличии русско-французского и франко-английского союзов внешне казался логичным. В 1907 г. русско-английским союзом было оформлено то, что вошло в историю под названием "Entente" - "Антанта", или "Сердечное согласие". До сердечности там было очень далеко, тем более, что Великобритания по сути не брала на себя никаких обязательств, оставляя Францию и Россию "один на один" с Германией.

III

Таким образом, в 1907 г. после двадцатилетней игры Великобритания сдала себе козыри, подготовив сцену для русско-германской войны. Теперь оставалось лишь поджечь бикфордов шнур, однако этот момент оттягивался тем, что англо-американские банкиры никак не могли взять под контроль финансы США (попытка 1907-1908 гг. провалилась), а без этого Большая война сулила меньшие прибыли. В 1913 г. созданием Федеральной резервной системы эта задача была решена, и теперь-то уж ничто не мешало англо-американскому истеблишменту (банкиры, промышленники, руководители закрытых клубов, лож и т.п.), потирая руки, сказать "то-то сейчас рванет" и приступить к уничтожению европейских империй/монархий.

Интересно, что, выступая в начале 1914 г. на заседании Географического общества в Париже, будущий диктатор Польши, а тогда еще социалист Ю. Пилсудский сказал, что вскоре в Европе вспыхнет война между блоками, в которой будут разгромлены Австро-Венгрия, Германия и Россия (Пилсудский ошибся лишь в очередности).

Вопрос "где рванет?", по сути, не стоял. Ясно где - на Балканах. На рубеже 1870-1880-х годов годы Бисмарк предупреждал, что новая война в Европе вспыхнет из-за какой-нибудь глупости на Балканах. Особенно, добавлю я, если "глупость" хорошо подготовить. И ее начали готовить сразу же после русско-турецкой войны 1877-1878 гг. Не случайно прологом к Первой мировой стали именно Балканские войны.

Войну в Югославии середины 1990-х годов писатель О. Маркеев назвал "модельной" - в том смысле, что в ней обкатывались определенные модели действий в чрезвычайных ситуациях, будущих возможных действий против полиэтнической и поликонфессиональной (как и Югославия) России, шла вербовка и ликвидация чужих, закладывались развед- и спецсети для будущих операций. Больше всего шустрили, естественно, американцы, британцы, немцы, ну и - в меньшей степени - представители ближневосточных и средневосточных стран. Русско-турецкая война 1877-1878 гг. и "послесловие" к ней тоже стали временем закладки сетей для будущих операций. Закладчиками были главным образом англичане, для разведки которых Балканы были традиционной зоной деятельности - это хорошо описал У. Стид (Стэд) в двухтомнике "Парламентарий для России", вышедшем в конце XIXв. Англичане (в некоторой конкуренции с русской и австро-венгерской разведками) создали на юге Балкан свою сеть тайных организаций, включая сербские террористические, которые они использовали "втемную" (или "вполутемную"). В результате, когда понадобился выстрел в Сараево, он прозвучал: сербские (именно они, а не какие-то иные) террористы из "Черной руки" убили противника войны Франца-Фердинанда; кстати, через два дня в Париже был убит еще один противник войны - знаменитый социалист Жорес, открывая путь многоходовке "Сербия - Австро-Венгрия - Россия - Германия". Четыре шара в Лузу Истории. Но закатить их точным ударом пятого шара должен был некий игрок - умный и коварный. И тут началось самое интересное.

Великобритания в лице своего министра иностранных дел сэра Эдуарда Грея, контактировавшего с представителями Германии, Австро-Венгрии, России и Франции, убедила всех их и прежде всего Вильгельма, что сложившаяся ситуация - это проблема четырех держав, а Великобритания сохраняла и в любом случае будет сохранять нейтралитет. Тем более, подчеркивал Грэй, что у Великобритании нет никаких обязательств перед Францией и Россией. Вильгельм поверил, объявил войну России и получил объявление войны от Англии, своего рода "черную метку": "Дело сделано, Вилли". Теперь он мог сколько угодно топать ногами, изрыгать проклятья в адрес "низкой торгашеской сволочи" - ловушка захлопнулась, Германия оказалась в состоянии войны на два фронта с тремя ведущими европейскими державами.

Английский историк Н. Фергюсон неуклюже пытается объяснить возникновение Первой мировой ошибками Великобритании и ее дипломатов. Нет, это не ошибка, а реализация четкого плана, доведение до конца линии, задуманной в 1880-е годы. Ясно, что Н. Фергюсон хочет выгородить Великобританию, можно только посочувствовать - тяжело человек свой хлеб зарабатывает, трудно доказать недоказуемое. Кто не слеп, тот видит: именно Великобритания, международный союз англо-американских банкиров, организованный в клубы и ложи, до краев наполнили ту чашу, капнуть последнюю, переполняющую каплю в которую они сумели заставить простака Вильгельма. Вообще надо сказать, что англосаксам в начале ХХ в. сильно повезло: во главе государств-мишеней они имели двух недалеких, неадекватных современному их миру правителей - Вильгельма II и Николая II. И если про Вильгельма уже почти забыли, то с Николаем II иначе - до сих пор находятся историки, которые пытаются "петь" этого бездарного правителя как крупного государственного деятеля.

Уже август 1914 г. (не говоря о войне в целом) доказал правоту Е.А. Едрихина-Вандама, предсказавшего успех Великобритании в борьбе с Германией только в том случае, если на стороне британцев выступит Россия, которая взвалит на себя три четверти военного бремени. В августе 1914 г. наступлением в Восточной Пруссии, проведенным до завершения мобилизации, Россия спасла Париж и Францию. Не произойди этого, война - с разгромом Франции - закончилась бы по-другому, возможно и не победой Германии, но и не ее поражением.

Верные замыслу организации взаимного уничтожения Германии и России в ходе войны, британцы, когда к концу 1916 г. стало ясно, что война выиграна и Германия будет повержена, обратились к решению русского вопроса, благо ситуация в России и неадекватный царь способствовали этому. Британцы активно поддержали заговор против Николая II (показательно, что убивать Распутина был прислан именно киллер из Лондона); без этой поддержки заговор едва ли состоялся бы - при желании Альбион мог элементарно разрушить его.

В 1918 г. Российской, Германской и Австро-Венгерской империй уже не существовало. Версальская система, созданная политической обслугой Ротшильдов, Рокфеллеров и других банкирских семей, казалась полным торжеством планов англо-американского истеблишмента, англо-американских клубов, лож, закрытых обществ. Но Гегель не случайно писал о "коварстве истории". В 1920-е годы Большая система "Россия" оказалась не по зубам Большой системе "Мир капитализма", потому что мир этот не был един: англосаксы грызлись с немцами, внутри англосферы противостояли друг другу "кузены" - британцы и американцы, Ротшильды конкурировали с Рокфеллерами, выигравшими Первую мировую войну, поднимали голову японцы.

Команда Сталина умело использовала эти противоречия, свернула проект "мировая революция", который в лучшем случае сохранял Россию в качестве сырьевого придатка "передового Запада", в худшем - превращал ее просто в хворост, в расходный материал, и начала строить "социализм в одной, отдельно взятой стране", красную империю - Четвертый Рим как системный антикапитализм. Этим команда Сталина вступила в конфликт с глобалистами - как правыми (буржуины, Фининтерн), так и левыми (адепты мировой революции, часть Коминтерна). Понятно, что революционеры и буржуины, левые и правые глобалисты - враги. Но по-своему мировая революция, разрушающая государства и стирающая государственно-политические границы, приводя в соответствие политическую организацию капиталистической системы с экономической (мировой рынок без границ) соответствовала интересам крупного капитала, особенно финансового. Разумеется, у революционеров были свои цели, а у мировой верхушки - свои: мир-революционеры стремились организовать системный кризис капитализма и создать новую систему во главе с мировым коммунистическим правительством, а сверхкапиталисты использовали революционеров (словно заглянув в будущее и посмотрев "Матрицу-2") для углубления кризиса старой структуры и создания новой структуры прежней же капиталистической системы, но уже без государств, а во главе с мировым правительством.