Футбол в 3D-скандалах: Dураки, Dеньги, Dоговорняки - Николай Яременко

— Нет, извините, не с вами, а вон с тем, он такой хорошенький, — и показывали в сторону переводчика.

С упомянутым Бурлаком вообще странная история приключилась. Отправленный восвояси, он спустя уже несколько дней вдруг призван был под знамена сборной вновь — перед матчем с Камеруном и даже вышел отыграть на второй тайм. Что стоит за этими шараханиями тренерского штаба из стороны в сторону? Понять невозможно.

В день питерской игры с Арменией мне удалось прорваться хитроумными путями через несколько слоев охраны в отель, где базировалась наша сборная — в «Кемпинский Мойка». Сергей Фурсенко, увидев меня, сразу же вспомнил о каком-то срочном деле и быстро ретировался из гостиничного лобби. Мне удалось перекинуться лишь несколькими словами с Диком Адвокатом, после чего рядом возникла служба безопасности сборной. Представьте на секундочку: у сборной есть своя собственная служба безопасности! Не секьюрити из отеля, не служба безопасности РФС, а еще своя отдельная служба! Мне тихо произнесли на ухо (а можно сказать, и грозно шепнули): «Тренер не любит, когда в отеле' находятся журналисты».

Это право тренера определять, в какой обстановке и в каком режиме живет и готовится к ответственным играм его команда. У нас были и те, кто просто неделями запирал сборную на базе и не разрешал даже с женами видеться. Обсуждать это бессмысленно. Но в этой истории интересно другое. Есть требования режима, а есть страх. Сборная готовилась на следующий день улетать в Австрию на коммерческий матч. По крайней мере, так было объявлено. Но когда вечером итоговый счет на табло показывал оптимистичное (по результату, а не по игре, как мы все хорошо помним) «3:1», объявили: раз достигнут положительный итог, сборной даются полноценные полтора дня на отдых, и улетать будут уже не в воскресенье, а только во вторник, непосредственно в день игры.

Объяснение было дано нелепейшее: мол, когда наши слишком долго находятся за границей, они чересчур расслабляются. Но истинная суть видна невооруженным глазом: ожидали не победы, а вполне возможной ничьей или даже поражения. И готовились спрятать и себя, и сборников подальше от критики. Отсидеться в Австрии пару-тройку дней. К там, глядишь, и ситуация рассосется. Победа же оказалась столь неожиданной для самого руководства, что решили спешно переиграть распорядок ближайших дней и даже на радостях отпустить некоторых на сутки домой.

На следующий день после унылого «товарняка» с Камеруном (того, где болельщики освистывали в конце матча сборную и кричали с трибун «Позор!») общались мы по телефону с Сергеем Фурсенко:

— Довольны ли финансовыми итогами матча Камерун — Россия? — Абсолютно!

Не получил я еще в тот момент информации, что заработали мы, по слухам, на той игре двадцать тысяч евро.

Всего двадцать тысяч! Ради них игроков сборной выдернули из чемпионата, который уже набрал обороты. Ради них нагибали игроков, ради них придумывали кучу унизительных оправданий...

— Сергей Александрович, а почему не сыгран был этот матч где-нибудь в российской провинции? Ведь Ростов или Краснодар были бы счастливы принять такую игру. И уж на стадион пришло бы точно намного больше трех тысяч, как на «Рэд Булл Арену»...

— У нас не было выбора.

О чем это? Какого выбора? Чью волю вы, хочется спросить, исполняете? Не вы ли как глава РФС, то есть самый главный человек в футболе страны, этот выбор делаете? Или вы тем самым посылаете обществу месседж: «Ребята, я тут ни при чем»?

Те, кто видели матч с Камеруном по телевизору, конечно, обратили внимание, чья реклама услаждала наш взгляд все девяносто минут игры с рекламных бортиков (ясно, что матч взгляд услаждать не мог никоим образом). Реклама водочных брендов! Не они ли просто купили для себя эту возможность покрутиться полтора часа в наших телевизорах в вечерний прайм-тайм? Давать водочную рекламу на нашем телевидении законодательно запрещено. Но бегущую строку на рекламных бортах зарубежных стадионов не спрятать. Поэтому платишь сборной двадцать тысяч евро плюс арендуешь стадион. И всё! Остальное — чистая прибыль! Но сборной-то, сборной зачем давать себя так использовать? Знаток всех закулисных договоренностей Вячеслав Колосков, поговаривают, искренне удивлялся: как можно соглашаться выступать за такую сумму?

А уж про болельщиков Российский футбольный союз не вспоминает:

— Зачем обращать на крики «Позор!» внимание? Это был коммерческий матч, — когда касается дело коммерции, Сергей Фурсенко принципиален. И не до болельщика ему уже.

Я, конечно, далек от мысли, что за двадцать тысяч играть нельзя, а за четыреста — пятьсот тысяч (как это было в начале года с Ираном и Катаром) можно. Дело абсолютно не в деньгах. Главное — иметь сильных соперников, чтобы не деградировать. Но нашему футбольному руководству оказалось проще решать вопросы именно так, именно цинично переведя все в денежную плоскость. Где еще вы видели сборную, в которой у игроков есть личные контракты? Где главное — не осознание факта, что ты — лучший, что ты защищаешь цвета флага, надеваешь футболку сборной, что таких, как ты, из ста сорока миллионов чуть больше десятка? Нет, у нас по-другому. У нас едут даже в сборную играть за деньги. Аршавин, по имеющейся информации, получал по сорок — пятьдесят тысяч за сам факт выхода на поле в Эмиратах и Катаре. Может быть, эта информация не верна. Но почему-то ни РФС, ни сам Аршавин так и не поспешили до сих пор ее опровергнуть. Прозрачность доходов и расходов в российском футболе — тема, уже набившая оскомину. Но Фурсенко не спешит ситуацию менять. Да и не поменяет, к чему эти досужие сетования?..

Впрочем вернемся к Аршавину. Узнав, что за матч с Камеруном гонорара уже не полагается, Аршавин просто выдвинул Адвокату ультиматум: или получаю гонорар, или не еду вовсе. А чему тут удивляться? Розовощекий капитан не скрывал в конце мая, вернувшись из Англии в Питер: он приехал именно в отпуск. Так и рассказывал о своих планах: встретиться с друзьями, отметить свое тридцатилетие, провести несколько встреч по бизнесу... Ах, да, еще в футбол сыграть...

Адвокат в кои-то веки проявил принципиальность: Аршавину не удалось его «прогнуть». В Зальцбург поехал как миленький. И так и просидел на скамейке все девяносто минут. Отметился только единожды, когда вышел с каменным выражением на лице получать кожаные штаны традиционного тирольского крестьянина. Такой подарок всегда преподносят здешним VIP-гостям. Из «наших» такой дарили в 2008-м Гусу Хиддинку.

ЦЕНОВЫЕ НАКРУТКИ

Разговоры о поездке сборной в Австрию для игры с Камеруном велись недолго. Как говорили древние латиняне, sapienti sat — разумному достаточно. Каждый сделал для себя соответствующие выводы. Кто-то вспомнил о шопинге в Вене, кто-то (как мы в предыдущей главе) о коммерческой рекламе водочной продукции в обход закона, а кто-то предложил иную, вполне жизнеспособную версию.

Бывший коммерческий директор РФС Петр Макаренко рассказывал, что проводить подобные «товарняки» можно безболезненно и внутри страны:

— Начать надо с того, что договариваться о выгодном товарищеском матче со стоящим соперником нужно сильно заранее. Например. У сборной Германии весь этот двухлетний цикл был расписан еще до его начала. В авральном же режиме Камерун — это еще хороший вариант. Но зачем нужно было играть в гостях, мне не очень понятно. Спортивного смысла это действительно не имело, Камеруну так или иначе нужно было лететь на игру в Европу. Поэтому, как мне кажется, можно было безболезненно пригласить его к нам. Впрочем, всех подробностей переговоров я не знаю, поэтому выводов делать не стану, единственное, что скажу: в мою бытность коммерческим директором РФС мы никогда к услугам матч-агентов не прибегали, решая все вопросы напрямую.

Похоже, загвоздка, действительно, как раз в этом. При Фурсенко количество людей, без которых в принципе можно было бы обойтись, растет значительными темпами. Когда рядом с тобой стоят некомпетентные люди, им приходится окружать себя толстым слоем советников, заместителей, партнеров, агентов и т. п. Ясно, что агенты работают не «забесплатно», от этого стоимость любой услуги повышается многократно.

Надо ли было платить Камеруну в случае его приглашения в Россию? Петр Макаренко утверждает, что нет:

— Платят только командам уровня Бразилии или Испании (мы, в частности, платили лишь дважды — тем же бразильцам и аргентинцам). В остальных случаях все телевизионные и рекламные права принадлежат хозяевам, гости получают только бесплатный телесигнал на свою страну. Да, им обеспечиваются отель, питание и транспорт, но даже перелет сюда не входит, он оплачивается гостями самостоятельно (как, кстати, было и в зальцбургском случае). То бишь расходы хозяев здесь — это суммы порядка двадцати — двадцати пяти тысяч долларов. Плюс они, естественно, платят за аренду стадиона. Это еще шестьдесят — семьдесят тысяч. Доходы же на порядок больше. Если мы даже возьмем не самый большой стадион и посещаемость по минимуму, то, как показывает практика, меньше восьми — девяти миллионов рублей от продажи билетов не получим.