Северная Корея. Эпоха Ким Чен Ира на закате - А. Панин

Воспитание у людей этих качеств — это воспитание «будущих революционеров-продолжателей великого чучхейского дела». С раннего детства дети изучают биографии северокорейских «вождей», их «высокую нравственность и благородный образ». Старосты народных групп строго следят, чтобы дети росли и воспитывались именно в таком духе. Они постоянно наблюдают за воспитанием детей, регулярно посещают школы, чтобы поддерживать контакты с учителями.

Важнейшая функция «инминбанов» — контроль за личной жизнью человека, его семьи. Иными словами, слежка за умонастроением членов народных групп. Основанием для такого рода деятельности является теоретический постулат Ким Ир Сена — «по мере строительства социализма обостряется классовая борьба». Этот тезис не нов. «Вождь» унаследовал его у классика, прямо скажем, значительно усовершенствовал с точки зрения реализации в жизнь. Ким поставил перед органами безопасности задачу и требовал ее неукоснительного соблюдения: «установить тесную связь с населением, чтобы знать вплоть до того, сколько ложек имеется в семье.[28] Такая повседневная работа, по замыслу «вождя», позволит навести в стране «революционный порядок», успешно бороться против врагов и шпионов.

Старосты групп обязаны информировать спецслужбы («компетентные органы») о поведении граждан (когда уходят и возвращаются с работы, кто посещает ту или иную семью, остается ли «чужой» человек ночевать или покидает квартиру хозяина и т. п.). Важно также, как расходуется электроэнергия жильцами. В случае использования «неразрешенных» лампочек (мощностью свыше 20 Вт) панчан информирует власти о нарушениях.

Следят в народных группах и за тем, как ведут себя граждане во время учений на случай войны. Староста обходит дом, наблюдая за тем, все ли жильцы выключили свет, прекратили громкие разговоры, вовремя укрылись в убежище и т. д.

В обязанность народных групп входит организация ремонта жилья, дорог, строительство заборов, посадка деревьев, цветов вдоль дорог, уборка закрепленных за инминбанами территорий. Староста группы следит за тем, как одеваются граждане. Одежда должна соответствовать «социалистическому образу жизни». А это в переводе с корейского означает «жить скромно, как подобает революционеру».

Привлечение к общественно-полезному труду — одна из задач народных групп. Каждый городской житель обязан не менее 10 дней провести в кооперативе на высадке риса и сборе урожая. Надо признать, не любят это занятие горожане и пытаются найти любой повод, чтобы избежать поездки в село. Кому-то удается получить справку, освобождающую от участия в сельхозработах, а часто жильцы «откупаются», давая взятку старосте или чиновнику более высокого ранга.

Народные группы стремятся вовлечь неработающих женщин в трудовой процесс. По месту жительства создаются бригады надомниц, которые шьют одежду, собирают макулатуру, лекарственные растения и т. д. Жителям разрешено разводить животных (кур, свиней), которые затем сдаются государству за небольшую плату. Навоз от животных централизованно отправляется в деревню в качестве удобрения.

Итак, режим использует народные группы в различных целях. Однако их главная функция состоит в том, чтобы наряду с партийно-государственными структурами обеспечить политическую стабильность в обществе, сохранять жесткий контроль за умонастроением населения, а по-кимирсеновски это значит «поклоняться народу как небу».

5. Внешняя политика — любимое детище северокорейского «вождя»

В 50-х годах руководство КНДР и лично Ким Ир Сен проводили внешнюю политику, ориентированную на союз с СССР, КНР и другими социалистическими странами. Однако по мере того, как набирало силу националистическое крыло в северокорейском руководстве, особенно после устранения просоветской и прокитайской фракций, утверждалась идеология «чучхе» и так называемая независимость во внешней политике, КНДР все дальше отдалялась от СССР, хотя официально лидеры Северной Кореи, и прежде всего сам Ким Ир Сен, в беседах с советскими официальными лицами подчеркивали «нерушимость» курса на дружбу и сотрудничество с Советским Союзом. В то время группировка Ким Ир Сена еще не собиралась «полностью» отходить от СССР. Более того, она настойчиво добивалась заключения союзного договора с Советским Союзом. «Пхеньян, — пишет российский исследователь В. П. Ткаченко, — вел сложную игру вокруг договора. Он, как выяснилось впоследствии, планировал подписать практически одновременно такой же документ и с Пекином. Но тогда в Москве об этом не были информированы».[29]

Несмотря на все перипетии вокруг договора, Ким Ир Сен поехал в Москву для заключения союзного договора, который был подписан 6 июля 1961 года. Взятые Советским Союзом обязательства в военной области в соответствии с договором, как показали дальнейшие события, были использованы Ким Ир Сеном в его попытках свергнуть южнокорейский режим. Не раз ситуация на Корейском полуострове оказывалась на грани войны — кризис 1968 года с захватом американского судна «Пуэбло», кризис 1983 года в связи с покушением на президента Южной Кореи Чон Ду Хвана во время его визита в Бирму. Позднее руководство КНДР, утвердившись в «незыблемости своей независимой» внешней политики, не раз ставило перед СССР вопрос об аннулировании союзного договора.[30] Однако эти заходы Ким Ир Сена отклонялись Москвой. В Советском Союзе рассматривали Договор 1961 года как важнейшее средство поддержания мира и стабильности на Корейском полуострове и вокруг него.

Разгоревшиеся в начале 60-х годов советско-китайские политические и идеологические разногласия оказали влияние и на отношения СССР — КНДР. Ким Ир Сен на начальном этапе пытался демонстрировать нейтралитет в советско-китайском споре, хотя идеологически он был близок к Китаю.

В этот период основным элементом своей внешнеполитической доктрины Ким Ир Сен провозгласил укрепление отношений со странами Азии, Африки и Латинской Америки. Платформой этих отношений была объявлена борьба против империализма и колониализма. Руководство ТПК сделало вывод о том, что «центром революционной борьбы» в 70-е годы стали Азия, Африка и Латинская Америка, которые, по выражению Ким Ир Сена, «превратились в самый ожесточенный антиимпериалистический фронт».[31]

Ким Ир Сен выступил с инициативой создания широкого «антиимпериалистического, антиамериканского фронта» в составе стран Азии, Африки и Латинской Америки. Северная Корея в то время оказывала материальную и военную помощь ряду стран «третьего мира» (Египет, Ангола, Палестина и др.).

В решениях V съезда ТПК (ноябрь 1970 г.) внешнеполитический курс был охарактеризован как самостоятельный и полностью независимый. Ярко выраженный антиамериканизм стал квинтэссенцией этой линии. Другим важным элементом внешней политики была провозглашена «борьба против возрождения японского милитаризма». V съезд ТПК призвал укреплять «боевую сплоченность революционных стран Азии».

Курс на самостоятельность во внешней политике был продиктован попыткой Ким Ир Сена стать лидером стран «третьего мира», добиться вступления КНДР в движение неприсоединившихся стран с тем, чтобы использовать ДН для реализации своих задач в области корейского объединения. Руководство ТПК посчитало, что «третий мир», движение неприсоединения могут быть той политической силой, которая позволит реализовать линию Пхеньяна в корейском вопросе.

С другой стороны, сближение КНДР со странами «третьего мира» и переход на позиции неприсоединения давали Ким Ир Сену возможность дистанцироваться не только от Советского Союза, но и от другого своего союзника — Китая. «Вождь» понимал, что китайская политика по корейскому вопросу неискренняя и что от Китая в любое время можно «ждать подвоха». В этом «великий вождь» лишний раз убедился во время «культурной революции», когда маоистское руководство Китая предъявило территориальные претензии к КНДР, санкционировало вооруженные инциденты на китайско-корейской границе, антисеверокорейские выпады в прессе КНР, в том числе лично против Ким Ир Сена. Не могло не настораживать Пхеньян и начавшееся в 70-е годы сближение Китая с Западом, в первую очередь, с США, а также заявления китайских лидеров о необходимости укрепления военного и политического присутствия США в Северо-восточной Азии, включая Южную Корею.

Активизация внешней политики КНДР в отношении развивающихся государств в начале 70-х годов позволила Пхеньяну укрепить свое присутствие в этой зоне. Если в конце 60-х годов КНДР имела дипломатические и консульские отношения с 44 государствами и осуществляла торговые связи более чем с 70 странами, то в 70-е годы Пхеньян установил дипотношения с 66 государствами, главным образом, с развивающимися.[32] В этот же период КНДР была принята в члены ряда международных организаций: Межпарламентский союз, ВОЗ, ЮНЕСКО, ЮНКТАД и др., получила статус постоянного наблюдателя при ООН.