Катулл - Михаил Евгеньевич Бондаренко

После долгой осады, потери значительной части войск, голода и начавшейся эпидемии Рим открыл ворота перед армиями марианцев. Сенат немедленно вынес решение о восстановлении Цинны в должности консула и отменил постановление об изгнании Мария. После этого Марий устроил кровавый террор, казнив прежде всего консула Гнея Октавия, а также многих представителей знати, сенаторов и всадников, среди которых были также и сторонники Суллы. Более того, сам Сулла был лишён всех полномочий и объявлен вне закона. Все его распоряжения были отменены, его дом в Риме был разрушен, имущество конфисковано, а италийские виллы уничтожены[26].

По свидетельству Плутарха, во время марианского террора особенно зверствовали так называемые бардиеи – иллирийские рабы, служившие Марию: «Многих они убили по приказу или по знаку Мария, а Анхария, сенатора и бывшего претора, повалили наземь и пронзили мечами только потому, что Марий при встрече не ответил на его приветствие. С тех пор это стало служить как бы условным знаком: всех, кому Марий не отвечал на приветствие, убивали прямо на улицах, так что даже друзья, подходившие к Марию, чтобы поздороваться с ним, были полны смятения и страха. Когда множество граждан было перебито, Цинна насытился резнёй и смягчился, но Марий, с каждым днём все больше распаляясь гневом и жаждой крови, нападал на всех, против кого питал хоть какое-нибудь подозрение. Все улицы, весь город кишели преследователями, охотившимися за теми, кто убегал или скрывался»[27]. Консулами на следующий, 86 год до н. э. были избраны Марий и Цинна.

В течение всего 87 года до н. э. Афины стойко переносили осаду римских войск, несмотря на разразившийся в городе голод. Полководец Архелай дожидался подхода большой вспомогательной армии, которая должна была уничтожить Суллу у городских стен, но она задерживалась в Македонии. Эта задержка дала римлянам возможность воспользоваться несколькими зимними месяцами, которые они потратили на подготовку штурма Афин и Пирея[28].

В середине января 86 года до н. э. в Риме от пневмонии внезапно умер Гай Марий. По словам Плутарха, «Марий, после обеда, гуляя с друзьями, стал перечислять свои подвиги с самого начала и рассказывать обо всех счастливых и несчастливых переменах в своей участи и при этом сказал, что неразумно и дальше верить в удачу, а потом, попрощавшись со всеми, лёг и, пролежав не поднимаясь семь дней, умер. Некоторые рассказывают, что во время болезни обнаружилось всё его честолюбие, которое привело к нелепой мании: ему чудилось, будто он послан военачальником на войну с Митридатом, и потому он проделывал всякие телодвижения и часто издавал громкие крики и вопли, как это бывает во время битвы. Вот какую жестокую, неутолимую страсть к воинским подвигам поселили в его душе властолюбие и зависть. Потому-то Марий, проживший семьдесят лет, первым из римлян семь раз избранный консулом, накопивший в своём доме богатства, не уступающие царским, оплакивал свою судьбу, посылающую смерть прежде, чем он достиг всего, чего желал»[29].

На место умершего Мария консулом-суффектом был избран Луций Валерий Флакк, которому сенат передал верховное командование в войне с Митридатом и отправил в Грецию отнимать власть у Суллы[30]. Узнав об этом, Сулла понял, что ему необходимо как можно скорее взять Афины, иначе в скором времени он будет заперт между понтийской армией и легионами Флакка. В итоге 1 марта 86 года до н. э. в ходе отчаянного штурма войска Суллы взяли сначала Афины, а затем и Пирей. Культурная столица Греции подверглась страшному грабежу и разрушениям. По свидетельству Плутарха, «Сулла, срыв и сровняв с землёй стену между Пирейскими и Священными воротами, вступил в город в полночь – грозный, под рёв бесчисленных труб и рогов, под победные клики и улюлюканье солдат, которые, получив от Суллы позволение грабить и убивать, с обнажёнными мечами носились по узким улицам. Убитых не считали, и вплоть до сего дня лишь по огромному пространству, залитому тогда кровью, судят об их множестве. Ведь, не говоря уже о тех, кто погиб в других частях города, только резня вокруг Площади обагрила кровью весь Керамик по самые Двойные ворота, а многие говорят, что кровь вытекла за ворота и затопила пригород. Но сколь ни велико было число людей, погибших насильственной смертью, не меньше было и тех, что покончили с собой, скорбя об участи родного города, который, как они думали, ожидало разрушение. <…> Немного спустя Сулла взял Пирей и сжёг большую часть его зданий, в том числе и удивительное строение – арсенал Филона (морской арсенал, вмещавший почти тысячу боевых кораблей. – М. Б.)»[31].

Тем не менее Архелаю с остатками своей армии удалось ускользнуть из Пирея и соединиться с другой царской армией у Фермопил. В этой ситуации Сулла, приняв единственно правильное решение, смело двинулся навстречу превосходящим силам противника. В марте 86 года до н. э. в большой битве при Херонее римские легионы полностью разгромили царские войска. Однако Митридата это не сломило, и он стал готовить новую большую армию под начальством полководца Дорилая, чтобы вторгнуться в Беотию и вновь захватить Грецию[32].

В этой ситуации консул Флакк не стал вступать с Суллой в открытый конфликт перед угрозой нового вторжения Митридата. Но и объединить силы с врагом отечества Флакк тоже не мог, поэтому оба римских полководца, возможно, заключили некий тайный договор и, не мешая друг другу, стали вести войну против понтийского царя. Флакк перенёс военные действия в Малую Азию. Сулла же остался в Греции, дождался появления армии Дорилая, осенью 86 года до н. э. напал на неё и уничтожил в кровопролитном сражении при Орхомене, а затем увёл свои легионы на зимние квартиры в Фессалию[33].

В Риме, где после смерти Мария всю власть сконцентрировал в своих руках Цинна[34], не оценили действий консула Флакка. Зимой 86/85 года до н. э. Гай Флавий Фимбрия, один из легатов консула, взбунтовал легионеров. Они провозгласили его главнокомандующим и убили Флакка. Фимбрия, которого сенат тут же утвердил в должности, был ярым противником Суллы, и ни о каких договорённостях между ними не могло быть и речи. Весной 85 года до н. э. легионы Фимбрии возобновили военные действия в Малой Азии, захватив Пергам и многие другие малоазийские города[35].

Будучи не в состоянии бороться одновременно с легионами Фимбрии и огромной армией Митридата и не имея возможности договориться с Фимбрией, Сулла принял решение начать переговоры с понтийским царем, чтобы предложить ему мирный договор на приемлемых для обеих сторон условиях. Положение Митридата было критическим: он потерял всю Грецию и значительную часть своих вооружённых сил, а Малая Азия была охвачена восстанием. Действовать Сулла решил через подкупленного им понтийского полководца Архелая, которому предложил от его имени передать Митридату следующие условия мира: