Катулл - Михаил Евгеньевич Бондаренко

Самым большим из ранних произведений поэта считается стихотворение 67, которое представляет собой диалог между Катуллом и дверью одного дома в Вероне, где некогда проживал старик Бальб. Поэт обращается к двери и интересуется, правдивы ли слухи о том, что раньше она верой и правдой служила своему прежнему хозяину Бальбу, а теперь, когда он умер, переменилась и стала очень плохо служить молодым хозяевам. Дверь обиженно отвечает, что она ни в чём не виновата и все обвинения в её адрес абсурдны. Тогда поэт просит дверь рассказать о семейных делах поподробнее. Она с готовностью соглашается и выкладывает всё, что знает. Оказывается, молодая вдова из Бриксии (современная Брешиа, город недалеко от Вероны), которую взял в жены нынешний хозяин дома Цецилий, отнюдь не девственница. Известно, что её первый муж страдал половым бессилием, и поэтому она была признана непорочной, но на самом деле в Бриксии с ней сожительствовал её тесть, а также ещё трое мужчин. А знает об этом дверь со слов самой хозяйки, которая по глупости всё выболтала своим служанкам.

Считается, что к раннему периоду творчества Катулла относится и стихотворение 34 – торжественный гимн в честь богини Дианы, который исполняет хор юношей и девушек. Есть мнение, что он был сочинён Катуллом по заказу властей его родной Вероны для публичного исполнения на каком-то конкретном городском празднике в честь Дианы. Но возможно, что поэт написал этот гимн просто ради развлечения. Богиня Диана (Артемида в греческой мифологии) в этом произведении наделяется несколькими традиционными именами (эпитетами), отражающими её основные функции: Латония – божественная дочь Латоны и Юпитера (ст. 5–8), Владычица гор, лесов и рек – богиня природы и охоты (ст. 9–12), Юнона-Луцина – покровительница деторождения (ст. 13–14), Тривия-Луна – богиня луны, ночи и подземного царства (ст. 15–16), Покровительница календаря («бега месяцев») – богиня сельских работ и плодородия (ст. 17–20). В конце гимна хор заверяет Диану, что её будут чтить под любым из этих имён, лишь бы она оставалась покровительницей римлян.

Детство и юность Катулла пришлись на очень тяжёлые для Римской республики годы. Не успела отгреметь Союзническая война (91–89 до н. э.), разорившая всю Италию и значительно ослабившая Рим, как началась Первая Митридатова война (89–85 до н. э.).

В 89 году до н. э. в Малую Азию с огромным войском вторгся Митридат VI Евпатор (132–63) – грозный властитель Понтийского царства, желавший изгнать римлян из этого региона. Быстро разгромив армию вифинского царя и слабые римские легионы, он захватил Вифинию, Каппадокию и римские владения в Азии. Весной 88 года до н. э. Митридат инициировал настоящую резню проживавших там римских граждан и италийцев, в ходе которой погибло около 100 тысяч человек. Местное население поддержало понтийского царя, поскольку он вернул политические свободы городам, списал долги и отпустил на волю римских рабов. Затем Митридат отправил своего полководца Архелая с войском в Грецию, где тот установил контроль над восставшими против римского владычества Афинами и многими другими городами[20].

Получив страшные вести о вторжении Митридата в провинцию Азия, римский сенат назначил консула 88 года до н. э. Луция Корнелия Суллу (138–78), проявившего блестящий полководческий талант ещё во время Союзнической войны[21], главнокомандующим в войне с понтийским царём и приказал ему набирать войско. Однако известный римский полководец и политик Гай Марий (157–86), снедаемый завистью и желавший вернуть себе былую славу, задумал отнять у Суллы командование. Он сговорился с народным трибуном Публием Сульпицием Руфом, которому, несмотря на активное противодействие консулов и сената, удалось провести через народное собрание несколько неоднозначных законов: 1) закон о распределении получивших гражданство союзников (италиков) и вольноотпущенников по всем тридцати пяти трибам, то есть о предоставлении им равных с римлянами прав; 2) закон, запрещавший сенаторам иметь долги свыше 10 тысяч сестерциев; 3) закон о возвращении изгнанников; 4) закон, лишавший Суллу всех полномочий и передававший Марию верховное командование в войне с Митридатом[22].

Узнав, что его лишили командования, Сулла тотчас отправился в военный лагерь близ города Нолы, где в это время стояли собранные им легионы. Удостоверившись в преданности легионеров, он незамедлительно двинулся с ними на Рим. Сулле удалось довольно быстро сломить сопротивление горожан и занять столицу, вынудив Сульпиция, Мария и его соратников (марианцев) бежать. Второй консул, Квинт Помпей Руф, полностью поддержал все действия своего коллеги. Однако, став хозяином Рима, Сулла не стал впадать в крайности и проявил неожиданную умеренность. Он лишь приказал сенату объявить вне закона двенадцать своих главных противников, включая Мария и Сульпиция, и отменил все законы последнего. Более того, даже позволил провести выборы консулов на следующий год. На них победили Гней Октавий и Луций Корнелий Цинна, рассчитывать на содействие которых Сулле было сложно. Но и в этом случае, смирившись, он не стал ничего предпринимать против будущих консулов и лишь заставил их дать клятву, что они не будут отменять его распоряжения[23].

Тем не менее уже в начале 87 года до н. э. Цинна через народного трибуна Марка Вергилия (Виргиния) попытался привлечь Суллу к суду, но тот не явился на судебное заседание и только посмеялся над обвинителями, пожелав им долго здравствовать. Весной Сулла посадил свои легионы на корабли в Брундизии (современный Бриндизи) и отплыл в Грецию. Целью Суллы были Афины и порт Пирей, где сосредоточились большие силы понтийской армии под командованием Архелая. В свою очередь, полководец Митридата задумал истощить и ослабить римские войска, заставив их вести долгую и тяжёлую осаду Афин, одновременно перекрыв подвоз продовольствия по морю[24].

Пока Сулла осаждал Афины, в Риме разразился новый политический кризис. Камнем преткновения продолжал оставаться вопрос о новых гражданах (италийцах), желавших быть записанными во все 35 триб. Консул Цинна был за положительное решение этого вопроса и предложил реанимировать закон Сульпиция, однако консул Октавий выступил категорически против этого. Не имея возможности достичь соглашения, оба консула вооружили отряды своих сторонников, и на улицах Рима начали происходить настоящие битвы, в ходе которых погибли тысячи граждан. В итоге Цинна со своими сторонниками был вынужден бежать из Рима, за что сенат незаконно лишил его консульской должности. Тем не менее опальный консул не сложил оружия, набрал в Италии большую армию и установил связи с беглыми противниками Суллы, в том числе с Марием, прибывшим с небольшим отрядом в Этрурию из Африки, где он ранее укрывался[25].