Бандитский Петербург. 25 лет спустя - Андрей Константинов

А сколько копий было сломано по поводу того, следует ли отменять смертную казнь как высшую меру наказания за тяжкое преступление? В очередной раз победу одержали «либералы». И что же? Бандиты как убивали, так и продолжают убивать, а государство не в состоянии адекватно противостоять насилию, чинимому против его сограждан. Между тем сами бандиты прекрасно осознают, что физическое устранение конкурентов это наиболее эффективный способ быстрого достижения своих целей. Не случайно за все время официальной борьбы с организованной преступностью милиции не удалось обезвредить столько преступных лидеров и авторитетов, сколько их было ликвидировано своими же собратьями по оружию.

Но, может быть, попытаться тогда еще немного пожить по старым законам? Раз уж они есть?{ Притом что, на мой взгляд, в России не такие уж и плохие законы — чудовищно их практическое применение в условиях безвластья. Власть она только тогда Власть, когда она применяется. А это, увы, до сих пор не совсем так. Не зря же говорят, что самые используемые части нашего законодательства — это дыры в нем.} Есть, например, в Уголовном кодексе РФ замечательная статья за номером 77 — о бандитизме: «Организация вооруженных банд с целью нападения на государственные или общественные предприятия, учреждения, организации либо на отдельных лиц, а равно участие в таких бандах и совершаемых ими нападениях наказываются лишением свободы на срок от трех до пятнадцати лет с конфискацией имущества… или смертной казнью с конфискацией имущества…»

В комментариях к этой статье УК говорится, что для признания группы лиц бандой достаточно, если в ней участвуют два лица и если хотя бы один из двух имеет оружие. Члены банды могут совершать различные преступления — хищения, изнасилования и т. п., но все эти преступления охватываются составом бандитизма и дополнительной квалификации не требуют.

В новой редакции Уголовного кодекса, который вступил в действие с 1 января 1997 года, наказание за бандитизм, с одной стороны, еще более ужесточено: нижняя планка от 10 лет в случае создания банды и от 8 лет за участие в банде. Правда, с другой — «расстрельной» эта статья быть перестала. Кроме того в новом УК появилась и принципиально новая статья, «организация преступного сообщества (преступной организации)», где за формирование ОПГ можно получить от 7 до 15 лет, а за участие в группировке — от 3 до 10 лет. Кроме того, третья часть настоящей статьи предусматривает еще более серьезное наказание лицам, деяния которых в составе ОПГ совершаются с использованием своего служебного положения. Другое дело, что так же, как и в случае с бандитизмом, эта статья «выстреливает» крайне редко. Равно как фактически не работает зафиксированная в новом УК статья 174, предусматривающая ответственность за легализацию доходов, полученных незаконным путем.

А ведь, казалось бы, все предельно ясно. Россия переполнена преступными группировками, которые уже превратились в высокоорганизованные сообщества со строгой иерархией и дисциплиной, обладающие высочайшей технической оснащенностью и вооружением (самое современное оружие есть практически во всех группировках){ Самым вопиющим примером может послужить чудо-автомат, ставший основанием для ареста в Москве в гостинице «Минск» Рафика Багдасаряна, больше известного под кличкой Сво. Этот автомат последней модификации с лазерным прицелом, стоящий на вооружении американских спецслужб, был прислан ему в подарок из США. Сотрудники московской милиции вообще раньше о таком оружии даже не слышали. Более поздний пример: на месте убийства депутата Госдумы Галины Старовойтовой киллеры бросили американский пистолет-пулемет «Агран-2000» и пистолет «Беретта-Кордоне». «Агран» был сконструирован в США в 1992 году. В открытой продаже это оружие не находилось, а в настоящее время даже не выпускается. Специалисты считают достаточно сомнительным то обстоятельство, что выстрелы в Старовойтову были произведены из подлинного «Аграна-2000», так как для этого его должны были похитить из одного из американских подразделений, где он находится на вооружении. Скорее всего, это оружие было изготовлено в Югославии. Но даже такой паленый образец на российском черном рынке стоил порядка 3–4 тысяч долларов.}, а также значительными финансовыми возможностями. На эти сообщества работают высокопрофессиональные юристы, бывшие и действующие сотрудники правоохранительных органов, политики и бизнесмены, журналисты, формирующие общественное мнение.{ В подобных случаях журналисты могут использоваться и открыто, и втемную. Вообще, четвертая ветвь власти точно так же подвержена коррупции, как и первые три. В последнее время активизация организованной преступности в отношении средств массовой информации резко усиливается. Возможно, кому-то еще памятно, например, выступление в программе «600 секунд» году в 1993-м небезызвестного в Петербурге Артура. Нонсенс ситуации заключался не в том, что на экране появился один из лидеров организованной преступности — героем журналистского материала может быть кто угодно. Но тогда, пожалуй, впервые эфир государственного телевидения был предоставлен структуре организованной преступности исключительно для решения ее внутренних проблем (за счет налогоплательщиков!). Для тех, кто уже подзабыл те времена, напомним, что в начале 1990-х Артур Денисултанов (он же Динго), ранее судимый за вымогательство, считался одним из авторитетов питерских чеченцев. Официально числящийся тогда руководителем торговой фирмы «Арго», Денисултанов, обожавший саморекламу, в 1993–1994 гг. был частым гостем различных телешоу и круглых столов, на которых с пафосом рассуждал на тему «что такое оргпреступность и как с ней бороться».} Члены этих сообществ прекрасно отдают себе отчет в том, что представляет собой их деятельность, — в обиходе, нисколько не смущаясь и не комплексуя, они сами называют себя бандитами. Конечно, подобная откровенность рождалась не сразу: на первых порах братки предпочитали именовать свои группы коллективами, бригадами, командами. Это уже позднее уходивших в криминал спортсменов, военных и т. п. стали (и не без подачи журналистов) называть бандитами. В конце концов они и сами согласились с таким определением. И правда, чего стесняться? А главное — кого?

Словом, опасность таких сообществ как для отдельных граждан, так и для государства в целом более чем очевидна. И казалось бы, суды должны быть завалены делами о бандитизме, ведь в любом баре и ресторане между бандитами не протолкнешься… Ан нет! К примеру, по всей России за 1993 год едва наберется с десяток дел по 77-й бывшей «расстрельной» статье.{ Взять, к примеру, еще совсем недавнюю ситуацию в Республике Татарстан, которая на протяжении длительного времени является кузницей кадров для оргпреступности России (знаменитые казанские, кстати, — некогда мощнейшая группировка Санкт-Петербурга). В конце 1990-х в Верховный суд республики поступило несколько десятков уголовных дел по обвинению в бандитизме, однако ни одно из них в суде не устояло. Такой вот парадокс: казанских бандитов знают все, но в самой республике бандитизма вроде как и не было. Впрочем, с началом 2000-х за бандитов в Татарстане серьезно взялись — видимо, все-таки припекло.} Наиболее же распространенной статьей УК РФ, применяемой к бандитам, стала 148-я (в настоящее время это статья 163 — вымогательство, преступление, которое, кстати, не относится к разряду тяжких).{ На практике же опытным адвокатам нередко удается переквалифицировать для своих подопечных вымогательство в пограничную статью УК — «самоуправство» (ст. 330), за которую назначается еще более мягкое наказание. К тому же впоследствии дело по самоуправству и вовсе может быть прекращено. Например, «в связи с деятельным раскаянием» обвиняемого.}