Место твое впереди - Николай Ивушкин

Наступила ночь. Она не принесла отдыха ни командирам, ни политработникам, ни тыловикам. В кромешной тьме, по глубокому снегу, бойцы на самодельных санях доставляли боеприпасы. Маскировали в оврагах задымившиеся кухни. Медицинские работники продолжали борьбу за жизнь раненых. Во время боя санинструкторы Василий Тетеревков, Петр Шафоростав, Илья Салтысек вынесли десятки тяжелораненых бойцов и офицеров на ротные участки. Военфельдшеры — командиры медсанвзводов И. М. Еганов, Н. Т. Шахов, Д. И. Турчак — обеспечивали эвакуацию раненых с ротных участков в БМП (батальонные медицинские пункты). Тут же в шалашах и землянках проводили противоэпидемические мероприятия и готовили раненых к отправке на ПМП (полковой медицинский пункт).

Эвакуация раненых проходила в трудных условиях. Под непрерывным обстрелом вражеской артиллерии находились все дороги. Днем самолеты противника гонялись за каждыми санями с ранеными. Примеры мужества и героизма показали старший врач 228-ю полка Нина Григорьевна Клыкова-Маякова, фельдшеры Иван Семенович Лосев и Василий Михайлович Чехондских. Им удалось днем эвакуировать раненых, которым требовалась неотложная хирургическая помощь.

В политотделе оставался в одиночестве не спавший несколько ночей инструктор по информации капитан Б. Л. Айзен. Он познакомил меня с политдонесениями, поступившими из частей, сообщениями работников политотдела, находившихся на передовой.

Теперь я знал не только то, что сам видел, но и то, что видели на поле боя политотдельцы, заместители командиров полков по политической части, секретари партийных организаций. Успехи первого дня наступления воодушевили людей. Об этом доносила из всех частей. Приводилось много примеров возросшего военного мастерства офицеров и солдат, их мужества и отваги, Сообщалось о большом количестве заявлений, поданных в партийные организации с просьбой о приеме в партию.

Парторганизация 111-го полка, например, получила 33 заявления. Секретарь партбюро Василий Степанович Бень доложил, что несколько заявлений уже разобрано. В партию приняты люди, отличившиеся в бою. В их числе рядовой Яков Ефимович Дорофеев. Он участвовал в атаке и даже после ранения оставался на передовой до конца дня.

Я получил донесения и о том, что в ходе боя были убиты и ранены политработники трех подразделений. Подготовил предложения об их замене, сообщил об этом в части и в политотдел армии.

Оставлять в политотделе одного капитана Айзена теперь было нельзя. Обстановка требовала безотлагательно решать многие вопросы. Я позвонил в 111-й полк и вызвал в политотдел своего заместителя майора Е. М. Ровина. Отличный организатор, Ефим Маркович держал в своих руках все нити информации, обобщал донесения, делал выводы, оперативно докладывал мне.

На пути в части я зашел в автофургон под фанерной крышей, где размещалась редакция и типография дивизионной газеты «Победа». Печатался свежий номер газеты. Все были в сборе: редактор капитан Николай Пономарев, сотрудники редакции Юрий Васильев и Александр Карамышев. Здесь же находились наборщики — красноармейцы Илья Болгов и Василий Курбатов. Они вместе с шофером крутили печатную машину «Либерти», или, как ее обычно называли, «американку».

В дивизионной газете я прочитал письмо жителей деревни Левошкино к бойцам и командирам Красной Армии. Не могу не процитировать строки из этого письма:

«...Трудно и невозможно передать словами, что мы выстрадали, когда фашисты занимали нашу деревню. Грабежи и насилия, горе и смерть принесли проклятые супостаты. В первый же день они ограбили всех жителей, отобрали все вещи и продукты, разграбили наш колхоз. Они убили Марию Зуеву и двух ее малолетних детей, Никиту Таманыча, Марью Забавину и многих других... Большая семья была у Андрея Тимофеева. А теперь он одинокий. Жена умерла с голода, а сына Никиту и невестку Валю с детьми фашисты погнали в Германию.

Из деревни нам выходить никуда не разрешалось — грозила смерть. Даже малых голодных детей, ходивших собирать ягоды, расстреливали. Немцы убили мальчика Митю Андреева и искалечили Шуру Линькову.

Много людей умерло с голода. Приходилось часто питаться только травой. Всех стариков, женщин и детей, даже больных, фашисты выгоняли на тяжелые работы.

Мы ждали вас, дорогие товарищи бойцы и командиры, каждый день и каждый час. Вас ждут еще тысячи и тысячи советских людей, измученных и исстрадавшихся под фашистским ярмом. Помните об этом, наши спасители!..»

Я порекомендовал зачитать это письмо во всех подразделениях. Его читали в окопах, блиндажах. Многие воины, беседовавшие с жителями деревни Левошкино, приводили новые факты злодеяний, совершенных фашистами. В подразделениях начались митинги под девизом: «Отомстим фашистским извергам!» Воины клялись сильнее бить фашистов. К этому времени наши люди научились ненавидеть врага всеми силами души. Выдвинутый партией лозунг «Смерть немецким оккупантам!» выражал волю всего народа и его армии.

Бои разгорались. От нас ждали новых успехов. Продвинувшиеся вперед подразделения врезались клином во вражеское расположение. Но у нас не хватало людей, чтобы надежно прикрыть фланги. Командование армии, очевидно, должно было провести перегруппировку сил и направить в прорыв свежие части. Но это не было сделано. По каким причинам — нам тогда не было известно.

Противник разгадал нашу слабость, методично стал теснить подразделения, отрезая дорогу за дорогой. В конце концов в наших руках остался только один грейдер. По нему под непрерывным обстрелом доставлялись боеприпасы, продовольствие и вывозились раненые.

11 января развернулись бои за эту последнюю дорогу. Для координации действий частей командир дивизии направил на танке в район боя начальника оперативного отделения штаба дивизии майора Л. И. Случанского.

Хорошо подготовленный и быстро ориентирующийся в обстановке офицер четко управлял боем. Танк вел непрерывный огонь по вражеской пехоте. Немецким артиллеристам удалось подбить танк. Но и после этого еще некоторое время из танка стреляли по врагу. Потом открылся верхний люк, из него показался человек в горящем обмундировании. Пехотинцы вытянули его наружу, погасили пламя, укрыли танкиста в воронке. Остальные члены экипажа танка и майор Л. И. Случанский погибли.

Противник отрезал последнюю дорогу. В нашем распоряжении было еще несколько танков. Комдив решил бросить их на прорыв. За танками должны были проскочить машины с продовольствием и боеприпасами.

Я направил к бойцам на исходные позиции инструктора политотдела старшего лейтенанта И. А. Иохима. Посоветовал ему побеседовать с людьми, рассказать им о трудностях предстоящего боя, мобилизовать их на преодоление трудностей. Иван Александрович, человек молодой, мягкий и обаятельный, умел говорить просто и задушевно, без трескучих фраз. И это нравилось бойцам. Они открывали ему свои сердца.