Весь Валентин Пикуль в одном томе - Валентин Саввич Пикуль

Опираясь на палку, дряхлый вояка П. С. Банковский сразу же подковылял к убийце.

— Вы, сударь, не офицер, — заявил он ему. — Так офицеры не одеваются… Дайте сюда оружие!

Под истекающего кровью министра пихали подушки. Послали за женой и за лазаретной каретой. Тот же Ванновский грубо окликнул Мышецкого, не вылезавшего из-за колонны:

— Молодой человек, что же вы стоите? Помогайте…

До Максимилиановской лечебницы было две минуты езды. Мышецкий — в своем ярком камер-юнкерском мундире — простоял этот путь на подножке кареты.

Сипягин сказал ему на прощание:

— Такова судьба, князь. Не сожалейте обо мне — я не последний римлянин в России! И верьте, что я никому не сделал зла намеренно…

Убийство министра настолько потрясло князя Мышецкого, что он тут же, на Вознесенском проспекте, выбросил яд из кармана. Оставив на время честолюбивые мечты, он вскоре надолго укатил за границу…

Зиму проводил в Биаррице — в обществе русских шалопаев и мотов, где однажды познакомился с интересным человеком, доктором В. Б. Бертенсоном.

В один из пасмурных дней, поджидая доктора в скромном ресторанчике «Резерв» в Болье, что на полпути между Ниццей и Монте-Карло, Сергей Яковлевич был привлечен видом… пальца, манившего его из-за двери.

Палец был украшен блестким бриллиантом и явно подзывал к себе Мышецкого, который сразу же возмутился (не лакей же он, чтобы откликаться на палец). Но тут в двери просунулась и голова — великого князя Алексея Александровича, родного дяди императора Николая II.

Генерал-адмирал русского флота обидчиво произнес:

— Князь, я вас зову, зову… Что же вы?

— Простите, ваше высочество. Но я никак не предполагал, что встречу вас именно здесь, в Болье!

Мышецкий, оторопев, проследовал на кухню, где великий князь самолично готовил для себя марсельский «буй-аббес» с шафраном. Угостив камер-юнкера кошмарным варевом, Алексей Александрович доверительно признался:

— Вы, душа-князь, должны помочь мне. Я сильно поиздержался в этом сезоне, просить из России мне уже стыдно! А мною, как на грех, увлеклась Ивонна Бурже, и — согласитесь — я не имею права отказать ей в незначительных презентах!

Сергей Яковлевич не знал, что и ответить.

— Ваше высочество, но мои доходы…

— Да знаю, знаю! — отмахнулся генерал-адмирал. — Так не у вас же я собираюсь просить. Вон тут уже с весны кутят прокеросиненные армяшки Лианозов с Манташевым, — да просить-то у них, душа-князь, подло! Но вы же ведь Рюрикович, я слышал, знаток статистики?

— Отчасти — да, ваше высочество, — согласился Мышецкий.

Все «восемь пудов августейшего мяса» (как звали генерал-адмирала в России) заколыхались от оживления.

— Ну вот, — обрадовался флотоводец. — Так о чем же речь? Большего и не нужно… Давайте же совместными усилиями обчистим казино в Монте-Карло.

— Мы… каким образом? — поразился Мышецкий.

— С божьей помощью посредством статистики, — деловито пояснил Алексей Александрович. — Ну, не грабить же их в масках, с пистолетами за пазухой… В газетах и так черт знает что обо мне пишут. А в баккара важен математический расчет, и только! Система, милейший князь!

— Но я ведь лишь статистик, ваше высочество. Пожалуй, тут и сам Араго вряд ли справится…

— Чепуха, — возразил генерал-адмирал. — Я знаю одно: вы не смеете отказать мне в этом!

Действительно, как откажешь дяде царя? Сергей Яковлевич две недели подряд не вылезал из казино. Проигрывал по мелочи, примериваясь и соображая. Вскоре ему стало казаться, что система и в самом деле существует.

Престарелый генерал А. К. Имеретинский, набивший себе руку на игре в рулетку, поддержал в нем эту уверенность.

— Секрета своей методы я вам не выдам, — сказал он жадно, — но к старости я убедился — система безусловно есть!..

В один из дней заговорщики прибыли в казино.

— За последний стол, — шепнул Сергей Яковлевич. — Один на тридцать пять… Должно получиться!

— Нет уж, душа-князь, — скромно уступил Алексей Александрович. — Для начала поставьте вы, а я посмотрю, что получится…

Номер «тридцать пять» так и звенел в левом ухе. С первым же ударом шарик покатился и застрял в лузе. Голос крупье возвестил:

— Rien ne va plus: номер тридцать пять!

Мышецкий загреб выигрыш и поставил снова. Прямо в затылок ему горячо дышал генерал-адмирал российского флота.

— На тот же номер, — сказал Сергей Яковлевич.

И снова лопатка крупье придвинула к нему горку золота.

— На тот же… до трех раз!

И золото с тяжелым звоном снова потекло к нему. Мышецкому становилось уже неудобно грабить казино в одиночку, без помощи августейшего компаньона.

— Я не ошибся… Не угодно ли и вам, ваше высочество?

— А куда? — сразу побледнел Алексей Александрович.

— Тридцать пять минус семь равно двадцати восьми, — подсчитал Мышецкий. — Ставьте, и успех вам обеспечен.

Возбужденный громадным выигрышем, он отошел в сторону, и ровно через минуту великого князя обчистили так, что Сергей Яковлевич зашатался от страха. Вытирая со лба пот, генерал-адмирал подошел к нему с выговором:

— Ну, князь! Этого-то я не ожидал от вас.

— Ваше высочество, но я ведь только статистик…

— Однако вам хватило для себя и одной лишь статистики. Не правда ли?

Мышецкий склонился в вежливом полупоклоне — один Рюрикович перед другим Рюриковичем:

— Ваше высочество, я потрясен не менее вас. Но… вы не совсем правильно меня поняли: выигрыш с тридцать пятого номера принадлежит нам поровну…

После этого случая оставаться в Биаррице