Бандитский Петербург. 25 лет спустя - Андрей Константинов

Есть еще любопытный момент — у Кумарина были не очень хорошие отношения с ворами. Но этот контингент, по имеющейся у меня информации, не сильно обрадовала вся эта история — воры понимали, что отныне к ним будет больше внимания, им придется самим решать какие-то вопросы. А такие вещи увеличивают и риск, и ненужную публичность. Словом, воров такой оборот дела не сильно вдохновил. Так что ситуация возникла очень сложная, и, наверное, не было ни одного человека, который бы абсолютно четко понимал, как она будет развиваться. Не исключена, кстати сказать, и возможность появления людей, которые станут выдавать себя за наследников и представителей Кумарина. Подобным самозванцам вполне по силам замутить воду.

Между тем некоторые специалисты полагали, что преемником Барсукова на питерском хозяйстве мог бы стать порядком подзабытый глава малышевских Александр Малышев, покинувший родину и направившийся на Кипр еще в 1996 году. Напомню, что до вынужденной эмиграции Александр Малышев успел трижды предстать перед судом и провести около восьми лет в изоляции. Последний раз его обвиняли в бандитизме, но ограничились отсиженным за хранение огнестрельного оружия. В 1998 году Малышев получил эстонское гражданство — что называется «кривым образом», за что попал в розыск в 2000-м. Обладателем паспорта на имя Гонсалеса Малышев стал в 1999 году, после того как женился на латиноамериканке. В 2002 году в Германии его арестовали по запросу эстонских властей, но за комфортной прибалтийской решеткой он просидел совсем недолго.

Примечательно, что за все эти годы Малышев не растерял финансовые активы в Санкт-Петербурге, — механизмы, созданные им в конце прошлого века, до сей поры рентабельны. Захватить бизнес Малышева в Санкт-Петербурге никто не отважился — все хорошо помнят, как приходили к нему, согнувшись, а удалялись на четвереньках. Выжившие в потасовках «рыцари» его стола образовали феодальные княжества, признавая, тем не менее, как минимум моральное право Малышева на вето. Тот, кто хотел видеть его лично, мог легко это сделать, прилетев в испанскую Малагу, — в этом курортном дорогом городке любой таксист показал бы его дом.

В самом конце 2007 года король организованных предпринимательских сообществ 1990-х годов Александр Малышев посетил Санкт-Петербург с неофициальным дружеским визитом. Говорят, что товарищеские встречи прошли в теплой, братской обстановке. Дабы не смущать любопытную общественность и правоохранительные органы по пустякам, на аэродроме Александра Ивановича Малышева не встречали официальные лица его характерного прошлого. Тем более что формально в Питер прилетел не Малышев, а подданный Испании Гонсалес. Тем не менее люди знающие уверяли, что помимо прочих Александр Иванович провел ряд рабочих встреч с непростыми должностными лицами ГУВД, на которых заверил, что поднимать свой штандарт над Невой не намерен. Дескать, нет уже ни тамбовских, ни малышевских. Всё это прошлое. Словом, последнее посещение Малышевым Северной столицы было поступком исключительно политическим и скорее демонстрирующим хозяйскую поддержку узкому кругу джентльменов.

А полгода спустя Санкт-Петербург снова прогремел на весь мир. Прогремел как город, породивший тамбовско-малышевскую группировку.

В июне 2008 года в Испании прошли массовые аресты русской мафии. Были задержаны два десятка человек, среди которых оказались сам Александр Малышев и Геннадий Петров. Фамилия последнего широкой общественности практически ничего не скажет, хотя этого человека знают все, кто начинал заниматься бизнесом в столицах с конца восьмидесятых. Между тем именно о Петрове, а не о Малышеве в последние годы писали больше всего, называя его «человеком с кремлевскими связями».

Сосед по лестничной площадке

Геннадий Петров, корни благосостояния которого исторически растут из тени Малышева, обязан своим возвышением тем смутным временам, когда спортсмены еще не делили себя на тамбовских и малышевских. Раскол движения произошел на вещевом рынке в Девяткино — не случись той знаменитой разборки, не было бы никакого скандала, связанного с арестами в Малаге. И если бы не миротворчество Павла Кудряшова, который успокаивал народ и в конечном итоге остановил безумство, порожденное всего-то лишь кражей куртки (пусть и кожаной), неизвестно, кто бы в кого в тот день воткнул ножи. И где бы сейчас был Геннадий Петров.

Тогда в Девяткино, где с обеих сторон вышло около восьмидесяти человек, плечом к плечу с остальными малышевцами стоял и Геннадий Петров. К тому времени он не так давно освободился из мест лишения, где временно находился за «благородные» статьи советского Уголовного кодекса (халатность, денежный подлог).

А начинал свою трудовую деятельность Петров как бригадир (в гражданском понимании этого слова) на Московском вокзале. После освобождения в августе 1986 года он поначалу (преимущественно от безденежья) сошелся с братьями Гавриленковыми, но позже, когда дела улучшились, примкнул к Александру Малышеву. В марте 1993 года вместе с Малышевым и десятком других соратников его арестовали по обвинению в бандитизме и вымогательстве. Но в отличие от своего старшего товарища Геннадию удалось доказать собственную непричастность к грехам группировки — он был освобожден еще до приговора Малышеву. Но и тот, как известно, тогда ограничился отсиженным и вышел из зала суда.

Вскоре Александр Малышев перебрался в Испанию. Петров уехал вслед за ним два года спустя, но за это время зело преуспел. Говорят, что опыт, полученный им еще в бытность бригадиром на Московском вокзале, сыграл свою весьма весомую роль. Каким-то образом Петров стал близок к стремительно делавшему карьеру заместителю начальника Октябрьской железной дороги, а впоследствии железнодорожному министру Николаю Аксененко, помог встать на ноги Балтийской строительной компании, которая ныне является жемчужиной его бизнеса (своего рода прототип кумаринской Петербургской топливной компании).

А потом… То ли в России Петрову стало жарче, чем в Испании, то ли он просто устал, но в Марбелье рядом с домом Малышева появился и особняк Петрова. Там же в 1999 году у него родилась дочь Александра. Однако Петров не только ей уделял время. Занимался он и управлением своих активов, которые вложены в его второго сына, Антона. Молодой человек всюду является учредителем наравне со многими сильными мира сего; основным активом в бизнесе Петровых является Балтийская строительная компания (БСК).

Приблизительно с 2003 года Петрова стали посещать мысли о возвращении. В самом дорогом месте Санкт-Петербурга — на Каменном острове — строительная компания, в управлении которой присутствует сын Петрова Антон, начала возведение фешенебельного жилого дома, где появилась и квартира, оформленная на супругу Петрова. К настоящему времени в ней закончен ремонт, и она ожидает приезда хозяина.{ Помимо этого у семьи Петровых в Санкт-Петербурге имеется и другое жилье. Так, изначально за супругами числятся 260 квадратных метров в элитном доме на Таврической, на одной лестничной площадке с… Владимиром Кумариным! Тот, правда, несколько опережает Петрова в метраже — у Кумарина 440 квадратных метров.}