Катулл - Михаил Евгеньевич Бондаренко

Как известно, Клодий происходил из очень древнего и уважаемого патрицианского рода Клавдиев и был третьим сыном Аппия Клавдия Пульхра (II век до н. э. – 76), консула 79 года до н. э., и Цецилии Метеллы. У Клодия было два брата и три сестры. Среди последних более всего «прославилась» его сестра Клодия Метелла – жена консула Метелла Целера, блестящая светская львица, постоянно менявшая любовников и ставшая на некоторое время возлюбленной Катулла, о чём речь ещё впереди.

Несмотря на знатность рода и полученное блестящее аристократическое воспитание, Клодий отличался весьма неуравновешенным характером, крайней беспринципностью и авантюризмом. Более того, этот яркий представитель римской «золотой молодёжи» вёл настолько распутный образ жизни, что постоянно шокировал римлян своими откровенными выходками[137]. Вот как охарактеризовал этого человека знаменитый итальянский историк Гульельмо Ферреро: «Клодий был один из тех дегенератов, которые иногда встречаются в знатных фамилиях в последней степени их падения. Со слабой и почти женственной внешностью, с движениями и вкусами женщины (ходить в женских платьях было для него одним из величайших удовольствий), он был так развращён, что находил удовольствие только в скотских наслаждениях. Откровенный и бесстыдный в своих пороках, необузданный и страстный в своих личных влечениях, он был скорее искусен в мелкой злобной борьбе, чем в разработке какого-либо обширного проекта, и слишком ненормален и неуравновешен для того, чтобы последовательно идти к какой-нибудь разумной цели, кроме ежедневного и ежечасного удовлетворения своих отвратительных страстей»[138].

Совратив одну за другой всех своих трёх сестёр, молодой Клодий не придумал ничего лучшего, как соблазнить Помпею, жену Юлия Цезаря. В начале декабря 62 года до н. э. в доме Цезаря, занимавшего в то время должность претора, должна была проводиться праздничная ночная церемония в честь Доброй Богини (Bona Dea), присутствовать на которой имели право только женщины – матроны и весталки. У Клодия же возникла дикая идея устроить свидание с Помпеей именно во время данной церемонии. По свидетельству Плутарха, «он любил Помпею, супругу Цезаря, и, одевшись кифаристкой, незаметно проскользнул к нему в дом, где в то время были одни женщины, справлявшие тайное и строго сокрываемое от всякого мужского взгляда празднество. Но Клодий, ещё безбородый мальчишка, рассчитывал остаться неузнанным и, затерявшись между женщин, проникнуть к Помпее. Однако, попавши ночью в большой незнакомый дом, он заблудился, его заметила какая-то из служанок Аврелии, матери Цезаря, и спросила мнимую кифаристку, как её зовут. Клодий вынужден был заговорить и отвечал, что ищет Абру, рабыню Помпеи, а служанка, узнав по голосу мужчину, в ужасе закричала и стала скликать женщин. Те немедленно запирают двери и, обшарив всё сверху донизу, обнаруживают Клодия, забившегося в комнату рабыни, которая провела его в дом»[139]. Разразился жуткий скандал. Клодия привлекли к суду, обвинив в страшном преступлении и ужасном святотатстве, поскольку праздник в честь Доброй Богини был общественным.

Чрезвычайное судебное разбирательство по этому делу, состоявшееся в мае 61 года до н. э., имело далеко идущие политические последствия, поскольку насмерть рассорило Цицерона и Клодия и, напротив, склонило последнего к сотрудничеству Цезарем. По свидетельству Плутарха, «Цицерон был другом Клодия, который во время борьбы с Катилиной оказывал консулу самую ревностную поддержку и зорко оберегал его от покушений. Но теперь, когда Клодий, пытаясь отвести от себя вину, стал утверждать (на суде. – М. Б.), будто его тогда (во время праздника в честь Доброй Богини. – М. Б.) и в Риме-то не было и он находился в своих самых отдалённых поместьях, Цицерон показал, что как раз накануне Клодий приходил к нему и о чем-то беседовал. Так оно и было, но все считали, что Цицерон дал показания против Клодия не из любви к истине, а желая оправдаться перед Теренцией, своею супругой. Теренция ненавидела Клодия из-за его сестры, Клодии, которая, как ей казалось, мечтала выйти замуж за Цицерона и вела дело через некоего Тулла, одного из самых близких приятелей Цицерона. Этот Тулл жил по соседству с Клодией, часто бывал у неё и оказывал ей всевозможные услуги, чем и возбудил подозрения Теренции. А так как добротою и кротостью эта женщина не отличалась и вдобавок крепко держала мужа в руках, она и заставила его выступить свидетелем против Клодия. Неблагоприятные для Клодия показания дали многие из лучших людей Рима, изобличая его в ложных клятвах, мошенничестве, подкупе народа и совращении женщин. Лукулл даже представил суду рабынь, которые утверждали, что Клодий находился в связи с младшею из своих сестёр в пору, когда та была женою Лукулла. Впрочем, упорно говорили, будто он спал и с двумя другими сёстрами – Терцией, супругою Марция Рекса, и Клодией, мужем которой был Метелл Целер. <…> Однако народ был страшно недоволен свидетелями, единодушно выступившими против Клодия, так что судьи, в испуге, окружили себя вооружённой охраной и очень многие подали таблички с неразборчиво написанными буквами. Всё же, как выяснилось, большинство голосовало за оправдание, и говорили, что дело не обошлось без подкупа. <…> Цезарь был тоже вызван в суд, но против Клодия не показывал и жену в прелюбодеянии не винил, развод же с нею объяснял тем, что не только грязные действия, но и грязная молва не должны пятнать брака Цезаря»[140].

Странное поведение Цезаря учёные объясняют по-разному. Возможно, будущий триумвир не стал выступать против Клодия потому, что хотел заполучить его в союзники, ведь тот пользовался большой поддержкой народа. Кроме того, Цезарь заботился и о собственной репутации, поэтому сделал вид, что ничего не произошло, хотя и развёлся с женой.

Оправданный Клодий был взбешён предательством Цицерона, давшим против него показания в суде, а также многочисленными обвинениями со стороны патрициев. Он решил добиваться должности народного трибуна, чтобы сплотить вокруг себя чернь и отомстить всем своим обидчикам. Однако по закону народным трибуном мог стать только представитель плебса (народа), следовательно, сначала нужно было перейти из патрицианского сословия в плебейское, что сделать было весьма непросто. В 60 году до н. э. Клодий впервые попытался отречься от звания патриция, но у него ничего не вышло из-за противодействия магистратов[141]. В 59 году до н. э. обстановка стала более благоприятной, и он обратился за помощью к Цезарю, который как раз занимал должность консула и обладал большим влиянием. В итоге Клодий был усыновлён юным плебеем Публием Фонтеем и автоматически перешёл в плебейское сословие. В связи с этим он сменил свое патрицианское родовое имя Клавдий на плебейское – Клодий.