Воспоминания адъютанта Паулюса - Вильгельм Адам

Со времени ожесточенной битвы на берегу Волги и особенно в результате бесед в плену с такими людьми, как профессор Арнольд, Вильгельм Пик, подполковник Пузырев, не в последнюю очередь также в результате чтения литературы, размышлений и рассуждений во мне росло понимание того, что мой «прямой путь» в одном существенном пункте был самообманом. Я ошибся в действительной цели этого пути, в ответах на вопросы «зачем?» и «куда?». Как солдат, я слепо повиновался приказу. Но верховным главнокомандующим был Адольф Гитлер. В его руках находилась такая огромная власть, какой не имел ни один глава германского государства со времен кайзера Вильгельма II. Он добился такой власти путем насилия, бросая в концентрационные лагеря сотни тысяч политических противников национал-социализма — коммунистов, социал-демократов, либералов, христиан, — хладнокровно уничтожая их или посылая на эшафот. Большинство населения было обработано в нужном духе с помощью изощренной национальной и социальной демагогии и участия в ложном экономическом расцвете, достигнутом в значительной мере за счет вооружений. Пушки, танки, бомбардировщики, истребители, подводные лодки, линейные корабли вырастали как из-под земли. Росли сухопутная армия, военно-воздушные силы и военно-морской флот. Гитлер вел себя все более заносчиво, угрожающе и грубо.

Германия распространила во всем мире атмосферу страха и ужаса. Еще никогда другие народы не боялись Furor Teutonicus[105] так, как в первые десять лет Третьей империи. Когда гитлеровская Германия сочла себя достаточно сильной, она напала на соседние страны, захватила их, использовала до последней возможности, присоединила к себе. Затем наступил перелом. Он начался с поражений вермахта в Советском Союзе зимой 1941/42 года, завершился уничтожением 6-й армии на Волге и поражением под Курском летом 1943 года.

Прошло уже полгода с того времени, когда в последнюю ночь в котле, в ночь с 30 на 31 января 1943 года, я размышлял над вопросами: «Когда началась сталинградская трагедия?», «Чем была моя жизнь?», «Счастье или несчастье Германии?». Теперь я многое видел яснее. Прежде всего мне стало ясно, что беззастенчивая гитлеровская политика силы и войны могла стать возможной лишь потому, что генералы «верно» служили Гитлеру, слепо подчинялись, активно помогали ему. Гитлер использовал мой «прямой путь» в целях ведения беспощадной захватнической войны, которая теперь обратилась против немецкого народа как ужасная Немезида.

Гитлер и его режим уничтожили все этические и правовые основы взаимоотношений между государственным руководством и народом, между командованием вермахта и вермахтом. Если Гейтц, Шмидт, фон Арним и другие генералы все еще сохраняли ему «верность», то тем самым они брали на себя тяжелую вину не только за несчастье, которое уже случилось, но и за все, что еще принесет с собой Молох войны.

Мой «прямой путь» вынуждал меня отойти от генералов, которые недавно устроили такой недостойный спектакль в своем неистовстве, направленном против попытки переоценки и переориентации, перешли всякие границы, от генералов, которые в своем упрямстве готовы были скорее обратить в развалины весь мир, чем честно разобраться в происходящем.

Я стыдился post festum,[106] что под влиянием «корпоративного духа» поставил свою подпись под коллективным приговором, предающим анафеме сторонников Союза немецких офицеров. Этого со мной больше не произойдет. Я решил более основательно, чем до сих пор, заняться изучением деятельности и целей Национального комитета «Свободная Германия» и будущего Союза немецких офицеров.

Союз немецких офицеров создан

Лагерь Войково вновь забурлил, когда пришло известие о создании Союза немецких офицеров. 11 и 12 сентября 1943 года в Луневе под Москвой собралось более ста делегатов от пяти офицерских лагерей, а также члены Национального комитета «Свободная Германия» и гости. Тяжелые поражения немцев на всех фронтах явились последним толчком для группы старших офицеров, которые начали действовать в духе движения «Свободная Германия». Инициатива Коммунистической партии Германии и ее Центрального Комитета, а также Национального комитета путем создания собственной организации облегчить офицерам присоединение к движению «Свободная Германия» и тем самым придать этому движению более широкую основу нашла благодатную почву.

После посещения генералов фон Зейдлица и Латтмана, полковника Штейдле и майора фон Франкенберга в Войкове были к этому готовы. В результате предания их анафеме все было определено окончательно. Теперь стало известно, что генерал фон Зейдлиц был избран председателем Союза немецких офицеров, генерал Эдлер фон Даниэльс, а также полковники Штейдле и ван Хоовен — вице-председателями. Генерал-майоры и д-р Корфес и Латтман вошли в президиум Союза. Чтобы обеспечить постоянное сотрудничество между Национальным комитетом и президиумом Союза немецких офицеров, несколькими днями позже генерал фон Зейдлиц был кооптирован в вице-председатели Национального комитета. Кроме того, состав Национального комитета «Свободная Германия» был расширен путем введения в него фон Даниэльса, Латтмана, д-ра Корфеса и нескольких других офицеров.

Когда мы узнали обо всем этом из газеты «Фрейес Дейчланд», задающая в Войкове тон группа снова подняла крик. Она опять подвергла остракизму Зейдлица, Даниэльса, Корфеса и Латтмана. Старик Пфеффер сердито воскликнул:

— Тем самым они окончательно отделились от нас. Мы не хотим больше иметь с ними ничего общего и будем их бойкотировать, где бы мы их ни встретили.

Паулюс, фон Ленски, Вульц и я не присоединились к этому вою. Паулюс дал понять, что лично он не согласен с предложенным Пфеффером бойкотом.

Союз немецких офицеров в своем документе «Задачи и цели» исходил из того, что глубокое сознание долга и чувство ответственности перед нашим народом должны побудить каждого офицера приложить все силы, чтобы спасти Германию от грозящей катастрофы. В соответствии с анализом Национального комитета Союз немецких офицеров заявлял:

«Война стала бессмысленной и безнадежной. Дальнейшее продолжение ее — исключительно в интересах Гитлера и его режима. Вот почему национал-социалистское правительство, действующее против блага народа и нации, никогда само не вступит на путь, который один только способен привести к миру.

Это сознание побуждает нас вступить на путь борьбы против губительного режима Гитлера, за создание правительства, опирающегося на доверие народа и располагающего достаточными силами. Таким образом, и с нашей стороны было бы сделано все, что сможет обеспечить нашей родине мир и счастливое будущее».[107]