Книга о судах и судьях - неизвестен Автор

Так и поступили, и рассказ жены совпал с рассказом Мансура. Лже-Мансура присудили к наказанию и выставлению на позор и с сотней унижений изгнали из города, а настоящий Мансур вернулся домой со своей праведной супругой и до конца дней своих жил с ней вместеxcviii.

Персидская, 50, 123

102. [Сусанна и старцы]

В Вавилоне жил муж, по имени Иоаким.

И взял он жену, по имени Сусанну, дочь Хелкия, очень красивую и богобоязненную [...]

Иоаким был очень богат, и был у него сад близ дома его; и сходились к нему иудеи, потому что он был почетнейший из всех.

И были поставлены два старца из народа судьями в том году [...]

Они постоянно бывали в доме Иоакима, и к ним приходили все имевшие спорные дела.

Когда народ уходил около полудня, Сусанна входила в сад своего мужа для прогулки.

И видели ее оба старейшины всякий день приходящую и прогуливающуюся, и в них родилась похоть к ней, и извратили ум свой и уклонили глаза свои, чтобы не смотреть па небо и не вспоминать о праведных судах [...]

И было, когда они выжидали удобного дня, Сусанна вошла, как вчера и третьего дня, с двумя только служанками и захотела мыться в саду, потому что было жарко.

И не было там никого, кроме двух старейшин, которые спрятались и сторожили ее.

И сказала она служанкам: "Принесите мне масла и мыла и заприте двери сада, чтобы мне помыться".

Они так и сделали, как она сказала: заперли двери сада и вышли боковыми дверями, чтобы принести, что приказано было им, и не видели старейшин, потому что они спрятались.

И вот, когда служанки вышли, встали оба старейшины и прибежали к ней и сказали:

"Вот, двери сада заперты, и никто нас не видит, и мы имеем похотение к тебе, поэтому согласись с нами и побудь с нами.

Если же не так, то мы будем свидетельствовать против тебя, что с тобою был юноша, и ты поэтому отослала от себя служанок твоих".

Тогда застонала Сусанна и сказала: "Тесно мне отовсюду; ибо если я сделаю это, смерть мне, а если не сделаю, то не избегну от рук ваших.

Лучше для меня не сделать этого и впасть в руки ваши, нежели согрешить перед господом".

И закричала Сусанна громким голосом; закричали также и оба старейшины против нее, и один побежал и отворил двери сада.

Когда же находившиеся в доме услышали крик в саду, вскочили боковыми дверями, чтобы видеть, что случилось с нею.

И когда старейшины сказали слова свои, слуги ее чрезвычайно были пристыжены, потому что никогда ничего такого о Сусанне говорено не было.

И было на другой день, когда собрался народ к Иоакиму, мужу ее, пришли и оба старейшины, полные беззаконного умысла против Сусанны, чтобы предать ее смерти.

И сказали они перед народом: "Пошлите за Сусанною, дочерью Хелкия, женою Иоакима", - и послали.

И пришла она, и родители ее, и дети ее, и все родственники ее. Сусанна была очень нежна и красива лицом, и эти беззаконники приказали открыть лицо ее, так как оно было закрыто, чтобы насытиться красотой се.

Родственники же и все, которые смотрели на нее, плакали.

А оба старейшины, вставши посреди народа, положили руки на голову ее[...]

И сказали старейшины: "Когда мы ходили по саду одни, вошла эта с двумя служанками и затворила двери сада и отослала служанок; и пришел к ней юноша, который скрывался там, и лег с нею.

Мы, находясь в углу сада и видя такое беззаконие, побежали на них и увидели их совокупляющимися, и того не могли удержать, потому что он был сильнее нас и, отворив двери, выскочил, но эту мы схватили и допрашивали: кто был этот юноша? Но она не захотела объявить нам. Об этом мы свидетельствуем".

И поверило им собрание, как старейшинам народа и судьям, и осудили ее на смерть [...]

И, когда она ведена была на смерть, возбудил бог святой дух молодого юноши, по имени Даниила, и он закричал громким голосом: "Чист я от крови ее!"

Тогда обратился к нему весь народ и сказал: "Что это за слово, которое ты сказал?"

Тогда он, став посреди них, сказал: "Так ли вы неразумны, сыны Израиля, что, не исследовавши и не узнавши истины, осудили дочь Израиля? Возвратитесь в суд, ибо эти ложно против нее засвидетельствовали".

И тотчас весь парод возвратился, и сказали ему старейшины:

"Садись посреди пас и объяви нам, потому что бог дал тебе старейшинство".

И сказал им Даниил: "Отделите их друг от друга подальше, и я допрошу их".

Когда же они отделены были один от другого, призвал одного из них и сказал ему: "Состарившийся в злых днях! [...] Если ты сию видел, скажи, под каким деревом видел ты их разговаривающими друг с другом?" Он сказал: "Под мастиковым". Даниил сказал: "Точно солгал ты на свою голову" [...] Удалив его, он приказал привести другого и сказал ему: "Под каким деревом ты застал их разговаривающими между собою?" Он сказал: "Под зеленым дубом".

Даниил сказал ему: "Точно, солгал ты па свою голову; ибо ангел божий с мечом ждет, чтобы рассечь тебя пополам, чтоб потребить вас".

Тогда все собрание закричало громким голосом [...] и восстали на обоих старейшин, потому что Даниил их устами обличил их, что они ложно свидетельствовали; и поступили с ними так, как они зло умыслили против ближнего, по закону Моисееву, и умертвили их; и спасена была в тот день кровь невинная...

II Даниил стал велик перед народом с того дня и потомxcix.

Древнееврейская, 32, 13

103. Как один глупец покупал пекинский диалектc

Жил-был один глупый бездельник. Целыми днями он ничем не занимался, только болтал со своими приятелями, такими же, как н он, бездельниками. Едва где-нибудь соберутся поговорить - он тут как тут.

Однажды зашел при нем разговор о пекинском диалекте, языке чиновников.

- Да, - говорил один, размахивая руками, - пекинский диалект прекрасен. На нем можно разговаривать с начальниками. А другие кивали головами:

- Да, да, пекинский диалект удивителен. Владеть им - большое дело.

Глупцу запали в память эти слова. Пришел он домой, продал все свое имущество и решил во что бы то ни стало купить пекинский диалект, чтобы разговаривать на нем с чиновниками.

С вырученными деньгами отправился он прямо на базар. По дороге ему встретился человек, торговавший фальшивыми лекарствами. Увидев глупца, который шагал с таким видом, как будто у него было важное дело, хитрец окликнул его:

- Куда ты спешишь так озабоченно? Может, я могу тебе помочь?

- Я хочу купить пекинский диалект, - сказал глупец.

- Пекинский диалект? - спросил хитрый торговец. - У меня ею сколько угодно.

- А сколько ты берешь за одну фразу?

- Тебе я уступлю дешево: за одну фразу двести долларов. Глупец решил, что это в самом деле дешево, и стал учиться у хитреца пекинскому диалекту. Первым делом пошли они оба к берегу реки. Глупец увидал птиц, плававших по воде, и спросил, как они называются.

- Это гуси, - сказал торговец.

Глупец взял это себе на заметку.

Через некоторое время они подошли к павильону.

- Не зайти ли нам отдохнуть? - спросил глупец.

- Нам некогда отдыхать, - ответил торговец.

Глупец и эту фразу запомнил.

Потом они увидели корабли, и он спросил:

- Л это что такое?

- Это корабли, - сказал торговец, и глупец опять постарался все как следует запомнить.

Он уже считал, что может разговаривать обо всем, что встретит по пути.

Напоследок они увидели в поле людей, которые что-то сажали. Глупец спросил, что они делают.

- Они сажают тыквы, - ответил торговец.

Тут он заметил, что уже дал дураку обещанные четыре фразы, и если тот действительно расплатится с ним по договоренности, то ему причитается восемьсот долларов. Поэтому он сказал;

- Я уже продал тебе четыре фразы пекинского диалекта. Пожалуйста, расплатись со мной.

Глупец отдал ему все свои деньги и гордо пошел домой, беспрерывно повторяя про себя выученные фразы.

Через год случилось так, что по соседству убили человека. Уездный начальник начал расследование. По семья боялась, что не сможет понять языка начальника, и была этим очень озабочена.

Вдруг кто-то вспомнил:

- Да ведь тут неподалеку живет человек, который учил пекинский диалект и отдал за это много денег. Лучше всего обратиться к нему.

Семья убитого так и сделала. Глупец был горд, он решил, что наконец-то настал его час, и с удовольствием отправился в путь, повторяя про себя заветные четыре фразы. Все в деревне смотрели на него с огромным уважением, а он шел ни па кого не глядя, с высоко поднятой головой.

Не дожидаясь вызова, он явился к уездному начальнику, чтобы от имени семьи убитого дать показания на настоящем пекинском диалекте.

- Кто убил этого человека? - строго спросил его начальник. Глупец быстро ответил:

- Это я. (По звучанию совпадает с "это гуси".)

- Почему же ты его убил? - спросил чиновник. Дурак в ответ произнес:

- Его нельзя было оставить в живых. (Звучит как "нам нельзя отдыхать".)

Услышав такие откровенные признания, начальник сказал:

- Раз ты сам сознаешься, что убил его, у меня больше вопросов пет. Ты подлежишь наказанию. Дурак ответил: