Зелёные против «зелёных» - Ирина Лейк

– Ну пожалуйста, Жорж! Тебе нужно поесть! – уговаривал его Юра с кусочком сырника на крошечной вилочке.

– Ва не фуфу! – отвечал ему насупившийся Жорж, крепко сжав зубастые челюсти.

– Что? – не понял Юра.

– Я не буду! – выкрикнул Жорж. – Я не хочу! Они мне не нравятся.

– Но они же такие вкусные! – всплеснул руками Юра, уронил сырник, и его тут же слизнул с пола вовремя подоспевший кот Мурзик.

– А я не буду! Дайте мне уже муху! – заорал Жорж.

– Это невыносимо, – сказала из-под потолка лиана Диана. – Каждое утро одно и то же. Жорж, съешь уже свой сырник и угомонись. Нет у нас тут мух, мы же миллион раз проверяли. И на окнах у нас сетки, так что взяться им неоткуда.

– А я хочу мух! – не унимался Жорж. – Юра! Юра-а-а! Ты же каждый день ходишь в магазин! Неужели так трудно купить мне полкило несчастных мух? Да какое полкило, хотя бы сто граммов!

– Вот именно несчастных! – строго сказал Юра. – Зачем тебе непременно есть живых существ?

– А есть магазины, где продают мух? – заинтересовался гиацинт Василий. – Может, там и бабочки есть? – Он был большим любителем всего красивого.

– Мне уже всё равно! – вопил Жорж. – Я согласен и на не очень живых. Можете сначала хорошенько треснуть муху газетой, я и так её съем! Я страдаю, Юра!

– Вот опять, – вздохнул Юра. – Опять эта твоя кровожадность. Сначала бить кого-то газетой, а потом его есть. Я хочу тебя перевоспитать, Жорж. Ради твоей же пользы. Ты должен понять, что можно стать счастливым и без мух. Есть много другой вкусной и полезной еды. Прояви же характер! И тогда мы с тобой поедем на Всемирную выставку растений и покажем всем, на что способно растение, у которого есть сила воли. Вон, посмотри на Покусая, – и Юра махнул вилочкой в сторону бонсая Покусая, который как раз занимался гимнастикой: вытягивал ветки в разные стороны и замирал в странных позах с чрезвычайно довольным видом. – Мы с ним даже выступали по телевидению! Потому что Покусай большой молодец. Он дисциплинированный, у него железная воля.

– Если хочешь, Жорж, мы с тобой вместе займёмся гимнастикой, – отозвался бонсай Покусай. – Я могу показать тебе парочку отличных упражнений. Заодно расскажу про кодекс самураев, он отлично поможет подтянуть дисциплину. А ещё я в последнее время увлёкся древней поэзией японских растений. Вот, послушай, что написал один знаменитый бонсай-поэт.

Он качнул ветками и нараспев произнёс:

О проснись, о проснись!

Стань товарищем моим,

Спящий мотылёк.

– Тащите его сюда! – завопил Жорж. – Этого вашего мотылька! Я его съем!

– По-моему, ему пора давать успокоительное, – сказала китайская роза Розалия Львовна, которую Юра когда-то спас из поликлиники, где её выставили на помойку, заменив модными пластиковыми пальмами. – Ишь, как разошёлся. У нас в регистратуре мы частенько такое наблюдали. Называется «истерика».

– Никакая не истерика! – рявкнул на неё Жорж. – Это не истерика, а мечта!

– Да кто в здравом уме станет мечтать о мухах? – возмутился кактус Кирилл, высунув из горшка две ноги в крошечных кедах. – Как мечта может жужжать? Мечта должна быть прекрасной, огромной, весомой! Это же… мечта-а-а-а!

– Например, как твоя – всемирный заговор против людей, – с ехидцей напомнил ему папоротник Демьян.

– Да, заговор, – обиженно прищурился кактус Кирилл. – И что такого? Да, это была моя мечта! Грандиозная! Великая!

– Так ты же от неё отказался.

– Я не отказывался. Просто она сама по себе… как-то… растворилась. Потому что Юра меня спас. И всё выяснилось, и справедливость восторжествовала! Вот. А мечтать эту мечту мне очень нравилось.

– Му-у-у-уха-а-а! – снова заорал Жорж, и все вздрогнули.

– Ну хорошо, раз тебе так не нравятся сырники, я дам тебе немного кошачьего корма, – вздохнул Юра. – И хватит уже вопить. Мне пора бежать на лекцию, а я ещё не залил воду вам в увлажнители. Да и позавтракать было бы неплохо, – и он отправил себе в рот кусочек сырника.

– Му-у-уха-а-а! – не унимался Жорж. – Или хотя бы таракан! Или пчела-а-а! Или мо-о-оль!

– Сухой корм, – строго сказал Юра и отправился на кухню. Там он пошелестел пакетом и крикнул: – Со вкусом домашней птицы.

– А-а-а-а-а! Обма-а-а-ан! – заголосил Жорж.

– Заметил обман – зови банан! – неожиданно проснулся банан Степан и немедленно влез в дискуссию.

– Уймись, Жорж, – вздохнула орхидея Галатея. – В конце концов, мухи – почти домашние птицы. Не так уж всё и плохо. Может, тебе понравится этот «корм со вкусом».

– И хватит отвлекать Юру, – возмутилась герань Антонина, – всё утро ему голову морочил, а у нас, между прочим, тоже есть что с ним обсудить. Юра! Юрочка! Мне кажется, меня лучше переставить повыше…

– Куда тебе повыше, деревенщина! – тут же фыркнула орхидея Галатея, свесив из прозрачного кашпо свои длинные воздушные корни. – Стой в своём углу и помалкивай, всё равно от тебя никакого толка. Твоё место внизу, а вот моё – наверху, потому что я красивая!

– Ах ты ж! – задохнулась от возмущения герань Антонина, и цветки у неё стали пунцовыми. – Вот я тебе задам! Вот подожди: Юра уйдёт, и я до тебя доберусь.

– Ага! Угрозы? – взорвалась Галатея. – Все слышали? Она мне угрожала! Угрожала! Мне!

– Перестаньте сейчас же! – бросилась разнимать их Розалия Львовна. – Что за эгоистичная молодёжь, думаете только о себе, нисколько не заботитесь о Юриной нервной системе. Стресс очень вреден. А Юре, между прочим, на лекцию идти.

– Да потому что она нахалка невоспитанная!

– А она – деревенщина завистливая! И от неё никакого толку! Только угрожает всем!

– Ничего подобного! – Розалия Львовна пригрозила орхидее Галатее длинным побегом, похожим на указательный палец. – Герань, между прочим, полезное растение. У нас в поликлинике было много гераней, они содержат целебные эфирные масла и убивают опасных бактерий.

– Слышала? – закричала герань Антонина и попыталась плюнуть в орхидею Галатею эфирным маслом. – Я полезная! Я убиваю бактерий. И не только. Вот подожди, я и до тебя доберусь.

– Да-да, – подтвердила Розалия Львовна. – А ещё герань отпугивает насекомых. Ой! – Она, конечно, тут же пожалела о том, что сказала, но было уже поздно.

– Что-о-о?! – закричал Жорж. – Так вот почему у нас тут нет ни одной мухи! Ни одного малюсенького комара, ни одного тощего тараканчика! Так это ты, Антонина, всех распугала? Ты? Признавайся сейчас же!

– Вот-вот! – ехидно поддакнула орхидея Галатея. – И мне угрожала! И распугала все Жоржевы мечты! А вы давайте, защищайте её, подкармливайте, заботьтесь, грунт ей рыхлите! Не успеете оглянуться, она нас всех пораспугает.

– Ну началось, – вздохнула лиана Диана.

– Чего вы все на меня набросились! – чуть не плакала герань Антонина. –