Лес разбуженных снов - Антон Леонтьев

Они встретили его в парке и решили проверить физическую форму. Максиму пришлось отжиматься, делать приседания и наклоны. И каждый раз его ударяли в спину или в живот, харкали в лицо или отпускали шуточки по поводу его внешности.

Сергий открыл блокнот и завопил:

– О, да это же дневник нашего лунного мальчика! Чего-то про любовь пишет… Ты случайно не в меня втюрился? А то в спортивной раздевалке постоянно пялишься…

Марцел и Денис захохотали. Максим жалобно произнес:

– Прошу вас, отпустите меня! Уже ведь очень поздно, а завтра же тест по английскому. Мне подготовиться надо! Чтобы все правильно сделать и вам дать списать…

Только бы он не увидел… Только бы не увидел. Только бы…

– Что за хрень? – раздался озадаченный возглас Сергия.

Максим судорожно сглотнул и опустил взгляд. Увидел! Что же теперь будет?

Дрожащим от ярости голосом Сергий воскликнул:

– Знаете, в кого этот урод втрескался, про кого оды пишет, кому сонеты посвящает? Моей Альбине!

Альбина, твердо уверенная в том, что станет знаменитой супермоделью или, возможно, сделает карьеру в Голливуде, была самой красивой девушкой в школе. И подружкой Сергия.

Возникла пауза. Максим бросил быстрый взгляд на Марцела и Дениса. Те протянули:

– Ну ты и попал, дерьмук! Не завидуем мы тебе!

Сергий, с бледным лицом и пылающими глазами, подскочил к Максиму и ударил его в пах. Максим со стоном упал. Сергий принялся избивать его ногами. Удары сыпались со всех сторон, Максим сжался в комок, стараясь защитить лицо и голову.

– Уймись, босс, – произнес взволнованно Денис.

Ему вторил Марцел:

– Ты же его так убьешь!

– Пусть сдохнет, мразь! – рычал Сергий. – Альбина – только моя, ты даже в мыслях не смеешь ее осквернять своей любовью! Понял, уродец?

Сергий употреблял наркотики – Максим сам видел, как он глотал разноцветные таблетки. В гневе Сергий был страшен. Он не так давно во время баскетбольного турнира набросился на игрока команды противников – тот якобы намеренно толкнул его – и успел нанести ему несколько ударов по черепу. Молодой человек провел несколько недель в больнице. Сергию удалось уйти от ответственности, ведь он был лучшим игроком в школьной команде. Да и избитый им сознался, что толкнул Сергия. Однако шептались, что не оттащи Сергия тренер, он бы попросту до смерти забил обидчика. Максим был уверен, что вспыльчивый характер Сергия изменился под воздействием таблеток, и юноша превратился в неуправляемого психопата, готового на убийство.

Марцел и Денис с трудом успокоили Сергия. Максим, размазывая кровь по лицу, поднялся на четвереньки. Каждый вдох давался с трудом, тело пронзала острая боль. Наверняка сломано ребро, возможно, даже несколько. Голова трещала, правое веко не открывалось.

– Что ты с ним сделал, босс! – произнес с беспокойством Марцел. – Ты его обработал, как боксерскую грушу!

Сергий снова рванулся к Максиму, но друзья его удержали.

– Да уж, точно перестарался, – поддержал Марцела Денис. – Лучше бы в лицо ему поссал или заставил собачье дерьмо сожрать, от такого много следов не остается. Родители урода, наверное, уже его ищут, а когда он домой припрется, они в полицию заявят…

Бедный Максим подхватил рюкзак и поплелся, пошатываясь, через парк. Его догнал Марцел и, по-братски обняв, зашептал:

– Ну, ты, того, скажи, что упал. Или что на тебя неизвестные напали и деньги отобрали. Сергий, ты же сам знаешь, если речь об Альбинке идет, с катушек слетает. Родителям про нас не говори! Тебе же еще с нами учиться, паря!

Максим, сбросив лапу Марцела, обернулся и, с трудом шевеля разбитыми губами, произнес:

– Что, боитесь? Боитесь меня, слабака? Меня, тормоза? Меня, уродца?

Сергий уже пришел в себя и исподлобья смотрел на Максима. Денис нерешительно произнес:

– Ты че, на нас обижаешься? Так мы при чем? Если бы не мы, он бы тебя вообще в фарш превратил. Ты нам спасибо должен сказать!

– Спасибо за то, что вы в течение семи лет издевались надо мной? – фальцетом крикнул Максим, чувствуя, что из глаз хлынули слезы. – Спасибо за то, что я с воскресенья ждал следующей пятницы, считая каждую минуту в школе? Спасибо за то, что вы сделали из меня всеобщее посмешище?

– Ну, чего не бывает, – примирительным тоном заявил Марцел. – Хочешь, я тебя домой провожу, родакам твоим скажу, что на тебя напали грабители, а я тебя защитил от них? А деньги мы тебе, само собой, вернем.

Денис приблизился к Максиму и протянул набухшие учебники и мокрые тетради.

– Вот твои вещички, – сказал он заискивающе. – Чего скандал поднимать? Клянусь своей бабушкой, мы тебя больше не тронем!

Максим через силу улыбнулся и ответил:

– Вы все поплатитесь за это! Все трое! А в особенности ваш предводитель! Как дома окажусь, полицию вызовем, и вас арестуют. И я добьюсь, чтобы вы по заслугам получили.

– Вот как ты запел… – проронил Сергий, направляясь к Максиму.

Денис и Марцел бросились к своему боссу, упрашивая:

– Оставь его, он передумает!

– Не передумает, – ответил, сплевывая на асфальт, Сергий. – Такой ублюдок, как наш ботаник, не передумает. Все годы молчал-терпел-страдал и вот решил нам отомстить. Что, чувствуешь себя всесильным, падла? Нет ничего страшнее загнанной в угол крысы. А ты и есть крыса!

– Не передумаю, – ответил Максим и, развернувшись, зашагал по направлению к дому. «Стоять!» – услышал он крик Сергия, но не остановился, а ускорил шаг. «Кому сказал, стоять, гадина!» – надрывался психопат-наркоман.

Сергий настиг его и ударил в спину. Максим полетел на землю.

– Босс, хватит! – с испугом воскликнул Марцел. – Он и так весь в крови. Нам неприятности не нужны. Ты, паря, сколько хочешь за молчание? Сотню, две, три?

– Он – наша неприятность, – указав на лежавшего на холодном асфальте Максима, заявил Сергий. – Что, не просекли, дебилы? Он ведь нам не простит всего, что было. Мнит, что мы сейчас будем унижаться, на коленях прощения просить, упрашивать его.

– Если он заявит, то придется отвечать, – ляпнул Денис. – Это у тебя отец влиятельный, отмажет, но я молчать не буду, скажу все, как было, что ты его бил, а не мы с Марцелом.

– Я в армию хочу, а оттуда – в спецназ, – добавил Марцел. – А если судимость будет, то меня не возьмут. И что, из-за твоей выходки, босс, мне всю жизнь будущую ломать?

Сергий, снова пнув Максима в бок, ответил:

– Не из-за моей выходки, а из-за него. Если суд будет и тебя в колонию отправят, то уж точно никаких элитных войск и карьеры в армии тебе не видать как своих ушей. А я хочу на юриста потом учиться, адвокатом, или судьей стать, или прокурором… Но кто ж мне позволит с судимостью?

– Меня отчим убьет, – запричитал Денис. – Сказал, что, если я еще раз в историю впутаюсь и его с матерью опозорю, он меня пришьет. И ведь не преувеличивает, прихлопнет, как муху!

– Он нам всем жизнь испортит, – подвел итог Сергий. – Ведь так, урод? Что вылупился? Знаю, что так!

– Я… я никому ничего не скажу, – пролепетал Максим. Только бы сбежать от них, только бы… только…

– Теперь это уже не имеет значения, мразь, – продолжил Сергий. – Ты сейчас готов с три короба наврать, чтобы свою шкуру спасти. А как только к мамулечке и бабулечке под крылышко прибежишь, то сразу воспрянешь духом и полицаям нас заложишь.

– Так что ты предлагаешь-то, босс? – спросил озадаченный Денис.

А Марцел, не отличавшийся большими интеллектуальными способностями, поддакнул:

– Не понимаю, к чему ты клонишь.

Сергий пояснил:

– От него надо избавиться. Сейчас. Раз и навсегда.

– Как – избавиться? – спросил тупо Денис.

– Как ты от соседской кошки избавился – взять и убить, – ответил Сергий.

– Убить? – вздрогнул Марцел. – Но ведь это… преступление!

– Ты же в солдаты собираешься, потом хочешь наемником в «горячие точки» ездить или, будучи в числе избранных, врагов государства уничтожать, – заявил насмешливо Сергий. – Убивать тебе придется пачками. Так почему сейчас дрейфишь? Можешь сейчас на нем потренироваться, потом не так противно будет!

Максима охватила дрожь. Сергий не шутит – сразу понятно по его тону. Он в самом деле предлагает друзьям совершить убийство.

– Кошка кошкой, но он – человек! – сказал неуверенно Денис.

– Тонкое замечание, – усмехнулся Сергий. – Ты прав, в холодильник не поместится, разве если на кусочки разрезать.

– Если нас поймают, тогда плохо будет, – вставил Марцел. – За нанесение тяжких телесных дадут полгодика, может, даже и условно. А за убийство… до конца жизни ведь засадят!

– А ты сделай так, чтобы никто тебя не поймал, – заявил холодно Сергий. – Ты что, один из тех идиотов, которые оставляют отпечатки пальцев или прочие улики?

– Так мы… то есть бил-то его ты… И на нем эта, как бишь ее, кислота осталась. Ну, как она называется… Эй, ботаник, ты же все знаешь, скажи!

Денис неловко ударил Максима носком кроссовки по коленке. Максим прошептал: