Грязная Земля. Книга 1 - Юрий Викторович Окольнов

– Те чё, жить надоело, мля?

– Ого! – удивился голос Вадика. – Чё, бодрячком сёдня? А то квелый был. Чё, выспался хорошо?

Пахан потерял дар речи от такой наглости. Но придумать адекватный ехидный ответ оказалось несложно:

– Ты я смотрю, тоже бодрячком? С унитаза слез уже?

Теперь Вадик замолчал. Пахан злорадно улыбнулся.

– Ну ты базар фильтруй, – пробурчал наконец Вадик.

– Не наглей! – взорвался Пахан. – Ты меня разбудил с утра, мля!

– Да какое мля утро! – Вадик тоже повысил тон. – Ты вчера сказал, что в двенадцать выдвигаемся как штык. Чиксы мне уже телефон оборвали! Мол, где Пашенька, он обещал!

– А? – тупо сказал Пашенька. – Куда?

Упоминание чикс, которые жаждут его выдвижения, заставило израненную душу наполниться теплом и лёгким довольством. Пахан сбавил тон и заинтересовался.

– Ты вчера на пати обещал всем девчонкам пати на природе за свой счёт! Сбор в двенадцать! Я тебя ещё остановить пытался, мол не по-пацански в двенадцать с бодуна всех тащить – а тебя та шалава Юлька начала подзуживать.

– А потом что? – уточнил Пахан, пытаясь хоть что-то вспомнить.

– А потом ты зуб дал, что будет пати в двенадцать, и она тебя увела к тебе домой.

– Ко мне домой? – тупо переспросил Пахан.

– К тебе домой, – подтвердил Вадик.

Вроде бы в его голосе скользнула нотка злорадства, но, возможно, Пахану это лишь почудилось. Возможно, это была нотка зависти. Да, наверняка. Хотя, чему именно мог бы позавидовать Вадик – Пахан так и не смог вспомнить. У него родилась светлая идея.

– Погоди, – сказал он Вадику и огляделся.

В кровати, к сожалению, было безлюдно, хоть шарами покати. Даже под одеялом не пряталась никакая бухая игривая Юлька. Пахан расстроенно вздохнул. Поглядел сбоку от кровати – вдруг пьяное тело закатилось в порыве страсти? Но нет. Ловко перекатился по кровати, ощутил приступ головокружения и тошноты. Позеленел, переждал. Посмотрел с другой стороны кровати.

И тут Юльки нет. Вот шалава!

Соблазнила мужика, затянула в свои сети, и оставила одного. А у него, может, баки горят!

– Ну ты чо там? – раздалось из трубки. – Чо девкам-то сказать?

Пахан задумался. Голова была тяжёлая. Но сон постепенно уходил. И с чиксами затусить тоже хотелось. Похоже, Юлька вчера сбежала слишком рано и не утолила юную страсть. А он ведь к ней со всей душой. Пати на природе пообещал, вон.

– Давай сбор через час, – решил Пахан. – Будет им пати.

– Ништяк! – обрадовался Вадик. – Всё, пошёл звонить.

А всклокоченный Пахан со стоном поднялся и пошёл умываться. И завтракать.

Когда он спустился на кухню, то услышал голоса Кристины и отца из обеденной комнаты. Пахан начал звенеть посудой и в кухню заглянула Кристина:

– А вот и он! Доброе утро, солнышко! – и она игриво подмигнула.

– Тащи его сюда! – раздался громкий голос Василия.

– Хватай, что хотел, и давай к нам! – передала мачеха.

Тело Кристины в шёлковом вишнёвом халатике было наполовину скрыто косяком двери. При последней фразе она ещё раз подмигнула Пахану, изогнула стан, приподняла обнажённое бедро, как бы обвивая телом косяк, и поманила парня наманикюренным ногтём. А потом упорхнула.

Пахан вздохнул, скривился недовольно – но взял тарелку свежих круасанов, графин с соком, стакан – и перешёл в обеденную.

Василий в халате развалился в кресле у стола. Его голова была мокрой – значит, из душа, а может и из бассейна. На столе был золотистый поднос, а на нём кофейник, чашки, и яичница с беконом. Запах был обалденный и Пахан сглотнул. Кристина устроилась на подлокотнике кресла, прислонившись грудью к голове Василия и приобняв его. Тот же с довольным лицом листал новости на планшете. На отпрыска он глянул с лёгким интересом:

– Явился, не запылился. Что, головка бо-бо?

Кристина хихикнула и внимательно оглядела Пахана. Тот сел за стол подальше от родителя и откусил круасан. Вроде, ругать его не собирались. Да и вроде не за что?

– Ага, болит, – с куском в зубах ответил он.

– Пьянка в пятницу дело святое, – заметил отец довольным голосом. – Если есть, что отмечать, а иначе – алкоголизм.

Пахан не знал, что на это ответить, и продолжал жевать.

– Ты, я смотрю, совсем уже большой стал, – с подначкой начал отец.

– Совсем взрослый! – хихикнула Кристина.

– Уже голой жопой родителей встречаешь, – выдал Василий.

Пахан от изумления подавился соком и круасаном и закашлялся, разбрызгивая сок по столу.

– Ну он же в бассейне был! – встала на сторону парня мачеха.

– Ага, в бассейне типа не считается, – подмигнул отец. – Подумаешь, захотелось по пьяни ночью голому в бассейн. Ну ведь свой бассейн, не чужой, да?

– Но ведь не один! Прямо на глазах у матери с голыми девками в бассейне плескался!

Кристина выдала это сокрушённым тоном, но в глазах её играли чёртики. Пахан, который уже прокашлялся и жевал дальше – снова подавился и теперь кашлял дольше. Отец и мачеха наблюдали за ним с весёлым довольным любопытством.

– Ну это ладно, дело молодое, – продолжил Василий. – На то он и бассейн.

– Но! – подняла палец Кристина.

– Но мы с твоей мамой обсудили – и решили, – подхватил Василий. – Никаких шалав в доме!

Пахан насупился и чуть не ляпнул «а эта тогда кто?». Но удержался. Впрочем, Кристина явно уловила его порыв. Она соскользнула с поручня кресла, обошла стол и обняла Пахана сзади, положив крупную грудь ему на макушку:

– И называй меня мамой! – воскликнула она и подмигнула Василию.

Тот одобрительно улыбнулся, а Пахан покраснел. Горячее тело Кристины было совсем рядом, заставляя сердце биться чаще, а её дорогие тонкие духи туманили разум.

– Спасибо… Мама, – выдавил Пахан из себя.

– Отлично! – хлопнул отец по подлокотнику. – Ну что, какие планы на сегодня? Учиться, небось, весь день?

И сам засмеялся, демонстрируя несерьёзность предположения. Через секунду и Кристина захихикала. Пахан даже не стал реагировать. Он лишь пошевелился, чтобы нехотя вырваться из объятий Кристины. Не то, чтобы ему было неприятно – просто при отце это ощущалось как-то… Дискомфортно. Кристина же не стала дальше обжимать великовозрастного пасынка. Лишь сзади ухватилась ладошками за его пухлые щёчки и потискала:

– Ах ты мой сладенький! Учись хорошо, расти большой!

И, виляя бёдрами, вернулась к мужу, который ждал ответа сына. Пахан, голова которого теперь кружилась в разные стороны, не сообразил, что после вчерашних пьяных купаний говорить про новые пати не стоит:

– Хотели на шашлыки пойти…

– На шашлыки… – протянула Кристина. – Опять, небось, шалав спаивать?

Её глаза нехорошо сощурились. Василий лишь осклабился. «Ей-то какое дело?» – подумалось Пахану – но озвучивать мысль он