Проклятый город. Однажды случится ужасное... - Лоран Ботти

— Я его почти не помню… Я тогда только недавно начала работать.

— Пока, Соня!

Бертеги на мгновение повернул голову: молодая женщина, прежде сидевшая за ноутбуком, направлялась к выходу, одетая в замшевое пальто, слишком шикарное для здешних мест. Но официантка не обратила на нее внимания. Она с сосредоточенным видом ожидала новых вопросов.

— Я понимаю, что для вас этот разговор несколько… неожиданный, но мне хотелось бы разобраться в подробностях этой истории. Узнать, что именно их связывало.

Она кивнула, но ничего не ответила.

— А откуда вы узнали, что он игрок? — спросил Бертеги.

— Ну, Лавилль — маленький город… А «Сент-Экзюпери» — это как Лавилль в миниатюре. В основном здесь приличная публика, но этот был явный проходимец. В те времена многие думали так: если он до сих пор не за решеткой, то это только потому, что у него есть покровители. Какие-то высокопоставленные люди… По мне, так похоже на правду.

Бертеги изобразил удивление.

— У меня есть кузен, он уехал в Дижон много лет назад… Один из тех парней, которых вы могли видеть у себя в кабинете… Словом, он знал этого фрукта.

— Понимаю. В таком случае Одиль вряд ли была с ним счастлива.

— Не знаю… Иногда она действительно выглядела подавленной.

— Вы не знаете, что с ним стало?

На мгновение глаза собеседницы как-то странно блеснули.

— Нет.

— И ваш кузен тоже не знает?

— Я редко с ним вижусь, а когда такое случается, не говорю с ним о его знакомых.

В этот момент дверь снова распахнулась, и вошли двое посетителей.

— Мне нужно вернуться к работе, — сказала Соня, поворачиваясь к кофейному автомату.

Бертеги в задумчивости еще некоторое время сидел возле барной стойки, озадаченный как неожиданной словоохотливостью Сони, так и резким прекращением разговора. Во всяком случае, его визит сюда нельзя было назвать бесполезным: если приятель Одиль Ле Гаррек действительно принадлежал к какой-то местной преступной группировке, то касательно него будет легко найти информацию. Надо поручить это Клеману, у того наверняка есть своя сеть информаторов, решил Бертеги. Сам он, как новоприбывший, еще не успел обзавестись собственными осведомителями.

Комиссар достал из кармана пару монет, и тут у него зазвонил мобильник. Он положил деньги на стойку, нажал клавишу соединения и направился к выходу.

— Комиссар Бертеги.

— Добрый день…

Женский голос. Нерешительный и тревожный одновременно.

— Это Анна-Лаура Мансар…

Бертеги не сразу ее узнал.

— Помните… вы просили меня позвонить, если кто-то из моих детей что-нибудь вспомнит?..

Да, точно: мать двух мальчишек, которые были вместе с жертвой ночью в парке…

— Я вас слушаю, мадам.

— Так вот… Знаете, наверно, будет лучше, если вы приедете… Младшему три ночи подряд снятся кошмары, и… я даже не знаю… кажется, он что-то видел…

— Он вам сказал, что именно?

— Я… видите ли, по телефону это… сложно…

— Хорошо, я еду, — сказал Бертеги.

Он уже прошел по аллее десятка два метров в сторону выхода, когда чьи-то торопливые шаги за спиной заставили его обернуться. «Доктор Рут», она же Соня.

— Я ничего не знаю, — проговорила она, поравнявшись с ним. — Действительно ничего. Но если вам понадобится информация об этом Анри, вот…

Она протянула ему клочок бумаги. На нем было написано торопливым почерком: «Пьер Джионелли, кафе „Геранда“, квартал Моншапэ, Дижон».

— Это мой кузен, — пояснила она. — Думаю, он сможет вам помочь. Он теперь более-менее исправился, но по-прежнему не любит лега… полицейских, поэтому скажите ему, что вы от меня.

Бертеги пристально посмотрел на официантку.

— Почему вы решили это сделать? — спросил он.

Лицо Сони было сумрачным и, несмотря на макияж, казалось каким-то выцветшим. Ее взгляд скользнул по внутреннему двору «Сент-Экзюпери», по кронам деревьев, затем потерялся где-то над крышами.

— Я не знаю, что именно вы расследуете, — сказала она, не глядя на комиссара. — И не знаю, кто по-настоящему вас интересует… Но здесь происходит очень много странных вещей. Я думаю, Одиль Ле Гаррек в каком-то смысле тоже была… одной из этих странностей.

Глава 29

Дверь мягко закрылась за спиной Одри. Она торопливо вышла во двор, слегка удивленная тем, что Соня с ней не попрощалась: уже второй раз за недолгое время она видела официантку подавленной и озабоченной, хотя обычно та пребывала в жизнерадостном настроении. В первый раз это совпало с первым туманом, и вот сейчас опять то же самое — когда Соня разговаривала с каким-то незнакомым человеком с головой породистого умного пса, элегантным, как пожилой римлянин, прогуливающийся по виа Кондотти.

Одри взглянула на часы: оставалось еще сорок минут до начала следующего урока. Достаточно времени, чтобы начать поиски, которые она не смогла предпринять в кафе: оттуда невозможно было выйти в Интернет через вай-фай.

Избегая смотреть на окна Рошфора, она вошла в галерею, где ученики иногда играли в мяч, потом спустилась по ступенькам с другой стороны. Теперь перед ее глазами оказались спортивные площадки и теннисные корты, а также крытый бассейн (который летом превращался в открытый). С футбольного поля доносились резкие, почти военные приказы тренера месье Пеллегрена, заглушающие голоса обеих команд, а с гимнастической площадки — пронзительные звуки свистка мадемуазель Лакост; видимо, громкие трели должны были взбодрить учениц, боявшихся прыжков в высоту через слишком высокую, по их мнению, планку.

Чуть дальше, за стволами тополей, виднелось здание библиотеки — очаровательный особнячок, увитый виноградом, чем-то напоминающий Малый Трианон.

Именно туда и направлялась Одри, не обращая внимания на перемигивания и перешептывания старших учеников — здоровенных детин с волосатыми ногами, торчащими из спортивных шорт.

Войдя в библиотеку, где, как в истинном храме науки, царила благоговейная тишина, лишь изредка нарушаемая особенно громкими выкриками, доносящимися со спортплощадок, Одри поздоровалась с мадам Бланшар (у той, как всегда, был недовольный вид) и направилась в компьютерный зал.

Она включила компьютер — суперсовременный, подключенный к высокоскоростному Интернету, — повесила в углу пальто и сумочку и открыла «Гугл».

В поисковом окошке она напечатала: Жюль Моро, несчастный случай.

Эта идея пришла ей после разговора с Бастианом. Ему снились кошмары, возможно — точнее, несомненно! — связанные со смертью младшего брата, попавшего под машину. Бастиан также получал послания по ICQ — неизвестно от кого, — связанные с этой драмой. Она четко не знала, что именно хочет выяснить, но для того, чтобы помочь Бастиану и разоблачить истинные намерения какого-то взрослого человека, связавшегося с ним (ей представлялся то ли педофил, то ли иной злоумышленник, который хотел во что бы то ни стало завоевать доверие Бастиана ради каких-то своих целей), нужно было начать с источника всех проблем. С того несчастного случая.

«Гугл» выдал ей полтора десятка страниц ссылок, но все это оказалось не то, что нужно.

Одри решила сформулировать запрос иначе. Теперь она набрала: Моро+автомобиль+Париж.

По прошествии нескольких секунд появились новые ссылки. Всего две страницы.

Она быстро их просмотрела. Ее внимание привлекла статья в «Паризьен»:

Это ужасное событие, погрузившее в траур целую семью, произошло вчера у самого входа в парк «Тенистые кроны», в 19-м округе Парижа. Каролина Моро, гуляющая с двумя своими детьми, зашла в кондитерскую палатку, чтобы купить им сладостей, и в это время ее младший полуторагодовалый сын выбрался из коляски на проезжую часть и был насмерть сбит машиной на глазах своего старшего брата, мальчика девяти лет.

Причиной трагедии, возможно, стала родительская невнимательность или неисправность спортивной коляски — одной из тех, в которых любители воскресных семейных прогулок катают своих младенцев по набережным Сены. Очевидно, малыш раскачал коляску и вывалился из нее или сумел расстегнуть удерживающие ремни и выбрался на проезжую часть, пока его мать расплачивалась за покупки в кондитерской.

Несмотря на ее попытку спасти сына, все же не удалось избежать самого худшего: темно-синий «мерседес», мчавшийся на высокой скорости, насмерть сбил ребенка, едва не задел мать и, проехав еще несколько метров, сбил прохожего, который сейчас находится в больнице (к счастью, его жизнь вне опасности). Затем «мерседес» свернул за угол парка и скрылся из вида, а свидетели происшествия буквально окаменели от изумления и ужаса.

Позже они говорили, что все случилось буквально в течение нескольких секунд, и никто из них не смог разглядеть номер машины, хотя некоторые назвали цифры «9» и «1». Два свидетельства были воистину ошеломляющими: люди утверждали, что «мерседес» вначале ехал очень медленно, но резко прибавил скорость, когда ребенок выбрался на проезжую часть.