Героин - Михаил Маковецкий

— Хомяк, не вежливо вмешиваться в беседу интеллигентных людей. Чему тебя только в дивизии ВДВ учили. Не обращайте на него внимания, Аркадий. Его хотели наградить медалью толи за взятие Грозного, толи за его оборону, но, хорошенько все взвесив, выперли из армии вообще. После этого он стал такой несдержанный. Так что, вы говорите, встало на пути нового взгляда на самое интимное?

— Мама всегда мне говорила: «Аркадий, большой спорт и крепкое здоровье несовместимы. Запомни это». Моя мама знает, что говорит, она по профессии акушер-гинеколог, но сейчас на пенсии. Я представлял вас своей маме?

— Пока нет, но мы в нетерпении.

— А вы мне поможете? Прошу вас! Вы же не хотите оставить мою маму безутешной?

— Разумеется. Ведь это наш священный долг перед целым пластом столичной культуры. А вас что, поставили на счетчик?

— Вот именно! Именно меня и именно на счетчик! Ну зачем я занялся большим спортом? Я же погубил «Уникум»! Тайсон недоделанный.

— Аркадий, голубчик, вы что, приняли участие в соревнованиях по боксу?

— И до вас это уже дошло? Впрочем, что же здесь удивительного. Да, я победил в абсолютной весовой категории техническим нокаутом в пятом раунде. Идиот, зачем мне все это было нужно!

— Аркадий, вы себя хорошо чувствуйте? Подумайте хорошенько и вспомните, в соревнованиях по какому виду спорта вы приняли участие перед тем, как вас поставили на счетчик. Только не нервничайте. Наверное, это были шахматы, я почти уверен. Нет? Ну, тогда настольный теннис. Ну конечно! Именно в супер тяжелой весовой категории у вас были реальные шансы на победу. В финале ваш противник не смог нагнуться и поднять с пола шарик, после чего вам засчитали техническую победу.

— Ноготь, ты почему в спортивные комментаторы не пошел? Там бы тебе цены не было. Аркадий, не обращайте на него внимания, он садист по натуре. Итак, вы победили в абсолютной весовой категории техническим нокаутом в пятом раунде. Несомненно, это была яркая, добытая в честном бою победа. И к каким же драматическим событиям это привело? Расскажите подробнее, быть может мы вам поможем.

— Вы добрый, отзывчивый человек, господин Хомяк. Я обязательно расскажу об этом своей маме. А поставили меня на счетчик вот почему. Я все с начало расскажу, можно?

— Если только это никоим образом не задевает честь и достоинство вашей вышедшей на заслуженный отдых мамочки. Скажите, Аркадий, только честно. А по вечерам она не скучает без гинекологического кресла?

— Ноготь, мать твою! С твоим гинекологическим креслом мы никогда до сути не дойдем. Аркадий, прошу вас, доложите обстановку. Строго и по существу, как в армии. Вы в армии служили?

— Так точно, не служил. Был комиссован в связи с многочисленными неизлечимыми заболеваниями. Но строго и по существу доложить обстановку могу. Как вы знаете, руководимое мною учреждение оказывает высококачественные сексуальные услуги штучного характера. Каждая сотрудница «Уникума» неповторима в своем роде. У нас есть девушка ростом более двух метров. У другой нашей сотрудницы в каждую грудь влито по бидону силикона. Вы себе представить не можете…

— Мы себе уже представили. Дальше.

— Далее. У меня работает девушка, у которой на руке шесть пальцев. Казалось бы мелочь, ерунда. Но вы должны видеть, как…

— Обязательно взглянем. Дальше. — Недавно к нам поступила сотрудница. 1 метр, 49 сантиметров…

— В обхвате?

— Ноготь заткнись, дальше.

— Вы напрасно иронизируете. Каждая девушка по-своему действительно уникальна. Взять, к примеру, Офелию. Какое будущее ее ждало в глухом дагестанском районом центре? В «Уникуме» же ее дарование расцвело ярким цветом.

— Она что, меняет окраску при изменении освещения? Или писает кипятком на счет «четыре»?

— Вот вы, господин Ноготь, все время шутите, а Офелия у нас настоящая мазохистка. Она даже в психиатрической больнице лечилась, слава Богу, безуспешно. Настоящий талант ничем не испортишь.

— Что!? Что значит «настоящая мазохистка»!?

— Она испытывает оргазм в тех случаях, когда ей причиняют боль. Правда мне приходится следить, чтобы клиенты ее не покалечили, но…

— Да я их сам покалечу! Блин, я даже вспотел весь. Да я ее, голубушку, на руках носить буду, пылинки с нее сдувать. Где моя Офелия? Аркадий, блин, я твой должник на веки. В натуре, блин.

— Она педагог по образованию, но чуточку полновата…

— Да хоть с шестью пальцами, совершенно конкретно! Ты пойми, братан, мне скоро тридцатник, я так истосковался…

— Заткнись, Ноготь. Аркадий, я хочу обрисовать вам нашу ситуацию. Мой друг Ноготь, при всей его крутизне, в сущности, хороший добрый парень. Не жадный, толковый, в драке за друга на нож пойдет. Клянусь. Но мать природа его чуточку обидела. Он садист. Кайф ловит, только когда кому-то больно делает. Мы в Москву приехали по делу. Мы — это Ноготь, я, и состоящие под моим началом братаны, бригада моя. Чтобы у вас создалось ясное представление о том, что мы собой представляем, я расскажу вам следующую историю. В свое время в Чечне сковский ОМОН попал в засаду. Погибла большая часть. В том бою я с ними случайно оказался, меня прикомандировали к ним для поддержания связи и организации боевого взаимодействия. После того, что я сказал открытым текстом по рации в том бою своим командирам, меня судили судом офицерской чести и из армии попросили. Подмога не пришла вовремя, так как все вертолеты были задействованы на обслуживании делегации Европарламента, которая прибыла выяснить положение с правами человека в мусульманской республике Ичкерия. Почти все, кто остался жив и не был покалечен — это моя бригада. Занимаемся мы рэкетом и всем тем, где нужна грубая сила. Половина заработка у нас идет себе, половина — тем, кто покалечен и семьям погибших. Как вы понимаете, в бою права человека мы не соблюдаем и на помощь с прилетевших вертолетов не надеемся. В силу ряда обстоятельств туда, откуда мы приехали, мы уже не вернемся. Мы собираемся пустить корни в Москве. В конце концов, это столица нашей родины, за которую мы кровь проливали. У меня к вам, Аркадий, такое предложение. Вы передаете Ногтю, не на временное пользование, а насовсем, педагога-мазохистку. Он ее не покалечит, уверяю вас, тут вы имеете дело не просто с садистом, а мастером своего дела. Далее. Как я понимаю, в Москве вы знаете, что к чему и кто почем. Продумайте форму нашего будущего плодотворного для обеих сторон сотрудничества. Мне оно кажется вполне возможным.

— Девушку-мазохистку пускай берет, не жалко. Все равно «Уникуму» осталось жить до вечера. Да и мне, скорее всего, тоже. Ситуация здесь такова. В Москве в последнее время вошел в моду женский бокс. Правила там такие. Это настоящий боксерский поединок, с судьями, с рингом, все как положено. Там работает тотализатор, и организаторы боев гарантируют, что покупных боев там нет. Кстати, это правда. Я проверил, денег не пожалел. Там все по-честному. Единственное, чем правила московской ассоциации женского бокса отличаются от общепринятых, это то, что там нет весовых категорий. А так все как обычном боксе. Деньги крутятся там астрономические. Об этих соревнованиях я, конечно, знал, но думал, что к моему бизнесу это не имеет никакого отношения. А у меня свой сайт в интернете есть. Я там приглашаю обращаться ко мне всем, кто является чем-то уникальным в сексуальном плане. Обычно обращаются со всякими глупостями, но иногда пишут серьезные люди. И вот как-то приходит мне письмо из Польши. Так, мол, и так, пан Аркадий. Был я мужчиной, но сделал себе операцию по перемене пола и сейчас я девица чистой воды. Не могла бы я у вас поработать сезон-другой? Отчего же, отвечаю, приезжайте, попробуйте себя, жду с нетерпением. Приезжает. Девица девицей, блондинка, глазки хлопают, грудь высокая, ножки длинные, по-русски еле-еле. Мой сайт его знакомый нашел, он же и письмо по электронной почте прислал. Начал работать. Спроса особого не было, но это естественно, по началу ни у кого нет. Тут важно репутацию хорошую создать, это время берет. Вот однажды Ядвига, Ядвигой его звали, мне и говорит: «Пан Аркадий, я тут афишу видела, там женщины боксируют, может я не поняла чего?»

— Все правильно, — говорю, — это бои московской ассоциации женского бокса. Сейчас это у нас большой популярностью пользуется. А ты что, хочешь с женщиной-боксером познакомиться? Аттракцион «Лесбиянки на ринге»?

— Ну, что вы, пан Аркадий. Это чисто спортивный интерес. Я ведь до того, как сделать операцию по перемене пола сделать, был боксером полусреднего веса, в профессиональных боях вступал. Потом серьезную травму глаза получил, пришлось бросить ринг, чтобы не ослепнуть. Потом свою истинную сексуальную вспомнил, сделал из нее профессию. Но к боксу сантименты остались, у меня же вся молодость на ринге прошла. А сейчас афишу увидел, нахлынуло. А я ведь человек очень чувствительный, это у меня от мамы передалось.