Экстрим на сером волке - Дарья Донцова

— Отчества Собакина не знаешь?

— Нет.

— Жалко.

— Зачем оно тебе?

— Думала, через Мосгорсправку его найти, а там требуют паспортные данные.

— Могу дать его координаты, — вдруг предложила Роза, — впрочем, не знаю, там ли он по-прежнему живет.

— Классно! — закричала я. — Вот уж не ожидала, что ты имеешь адрес Юрия.

Роза откашлялась.

— Да уж, некоторые люди наглые, как трамваи.

— Ты о ком?

— О Полкане. Прикинь, столько лет его не видела, да и в прежние годы мы не слишком-то общались, какая у меня дружба с ним могла быть. А тут несколько лет назад звонок раздается. Я прямо офигела, когда сообразила, кто меня беспокоит! Собакин! Знаешь зачем?

— Откуда же?

— Дочь у него в институт поступать надумала, так Полкан вспомнил про Михаила Николаевича, вот ведь какая память, отыскал мой телефон и попросил: «Помогите девочке, отличница, умница, только без блата в вуз сегодня на бесплатное отделение не попасть, а у меня, увы, средств для оплаты курса нет»

— И что ты сделала?

— Объяснила идиоту: отец давно покойник, я сама никаких связей не имею. Прикинь, что дальше произошло!

— Даже и предположить не могу!

— Во! И мне бы в голову не пришло! Думала, он отстанет. Ни фига! Он домой ко мне заявился, вперся в прихожую, давай гудеть: «Уж помогите, девочка отличница, умница, а денег нет». Я ему спокойно втолковываю: торгую продуктами и максимум на что способна: продать ему харчи без наценки, по оптовой цене. Но он просто врос лапами в плитку и трещит свое: «Девочка отличница, умница…»

Тщетно Роза пыталась объяснить просителю, что все связи с учебными заведениями похоронены вместе с папой. Юра не сдавался.

— Вы телефонную книжечку поглядите, — настаивал он, — вдруг чего придумаете.

Роза решила избавиться от докучливого мужика.

— Отстаньте от меня! Уходите! Вас сюда никто не звал! — рявкнула она.

Но Полкан сделал вид, что не замечает откровенного хамства.

— Уж помогите мне, — ныл он, — неужели забыли, как я вас на руках качал!

Первый раз в жизни Роза встретила подобную личность: гонишь ее в дверь, а она лезет в окно. А если надо — просочится в замочную скважину.

Поняв, что от Собакина просто так не избавиться, Роза сдалась.

— Давайте ваши координаты, если узнаю нужные сведения, позвоню.

Полкан протянул ей бумажку с номером. Яковлева сразу после ухода назойливого Собакина занесла его номер в черный список и успокоилась. Хорошо жить в эру научно-технического прогресса. Теперь и домашний, и мобильный аппараты, «распознав» цифры, мигом «отсекут» звонящего. Бумажку Роза сунула в специальную коробочку, куда складывает визитки. Отчего Яковлева не отправила ее в помойку? Она опытный бизнесмен и очень хорошо знает: в жизни может пригодиться любая, даже самая незначительная информация, пусть бумажонка лежит, есть она не просит.

Глава 17

Получив телефонный номер и адрес Собакина, я оперлась о подоконник, вытащила сигареты и с наслаждением затянулась. Значит, девочка Анжелика существовала. Соня сбила ее на шоссе, а Зелимхан решил избавить любимую дочь от тягостных угрызений совести и быстро замял дело. Фима получила квартиру в Москве и ежемесячное содержание, а Соне папа показал манекен и рассказал выдуманную историю про гадких мальчиков-подростков, решивших подшутить над богатеями из «Нивы».

Ладно, до этого момента все более или менее понятно, но дальше начинается темный, непролазный лес.

Зелимхан погибает вместе со всей семьей в авиакатастрофе, Соня чудом остается жива, вот уж к кому в полной мере относится поговорка: «Не было бы счастья, да несчастье помогло!» Адашева забирает к себе племянницу… Кстати! А почему Катя не полетела вместе с матерью в том самолете? Может, тоже занедужила и поэтому осталась? Ладно, не этот вопрос сейчас главный!

Соня успешно занимается бизнесом, она становится богатой женщиной, впрочем, ее и раньше никак нельзя было назвать бедной, но сейчас Адашева сама зарабатывает на хлеб с икрой, все у нее ладится хорошо, бизнес стабилен, в партнерах старая знакомая, почти подруга, Катя растет… И вдруг Адашеву начинает преследовать девочка в белом платье.

Знаете, я не верю в привидения. Кто-то попросту решил свести Соню с ума либо подтолкнуть ее к самоубийству. Но у Адашевой оказалась крепкая психика, она, правда, пугается «призрака», но рассудка не теряет. Соня верующий человек, для нее самоубийство неприемлемо, и кроме того, она не может оставить Катю.

Похоже, Соня начала о чем-то догадываться, она опасалась за свою жизнь, иначе с какой стати попросила меня приглядеть за Катей?

Итак, кто автор затеи? Напрашивается простой ответ: человек, знавший о происшествии на дороге. Круг этих людей узок: Зелимхан и его верный полкан Юрий.

Помните рассказ Леонида Варькина? Мальчик, сидя в сарае, услышал фразу, брошенную Зелимханом: «Юра уже занимается делом».

То есть Собакин, пока хозяин договаривался с родственницами несчастной Лики, увез тело и закопал его.

Кто еще знал о наезде? Сама Соня, Фима, Таня — и, пожалуй, все. Кому из них понадобилось устраивать спектакль? Зелимхану? Он давно мертв. Соне? Совсем смешно. Фиме и Тане? Женщины получали «пенсию», им ежемесячно привозили мзду. Минуточку! А кто это делал? Как на самом деле звали «Леонида Варькина», прикатывавшего на иномарке к Фиме? Настоящий-то сын Серафимы бомжует на вокзальной площади. Есть еще одна странность: Зелимхан умер, а деньги продолжали капать! Кто и зачем платил их? Почему убили Фиму и Таню?

Я захлопнула окно и легла на кровать, забыв раздеться. В голову не приходило ничего достойного, кроме одного, более чем банального соображения: некто задумал прибрать к рукам имущество Адашевой. Вот почему он убил Соню, а сейчас начнет охоту на Катю.

Слава богу, что девочка не собирается гулять по Москве. Очень хорошо, что Катя решила провести время у компьютера. В Ложкино трудно проникнуть незнакомому человеку, но опасность все равно висит над головой ребенка. Лето всего лишь передышка. Осенью Катя пойдет в школу, я не сумею уследить за ней. Может, приставить к Кате охрану? Нет, глупо. Секьюрити способны отсечь толпу фанатов от кумира, задержать нагло лезущих к девушке мужиков, скрутить грабителя. Но с хитрым существом, разработавшим сначала план убийства Сони, а потом устранение Фимы и Тани, им не справиться. Почему же были убиты сестры? Ну кому они мешали? Что знали? Связана ли их кончина с трагической историей гибели Анжелики?

Голова закружилась. Нужно встать, раздеться, умыться, расстелить постель, но сил не было. Я медленно погружалась в сон. Надо непременно отыскать Юру Собакина, вяло шевельнулось в мозгу, похоже, он может много рассказать о той загадочной истории.

Утро началось с гневного восклицания Дегтярева:

— Где мой чемодан?

Я открыла глаза и увидела полковника, который гневно повторил:

— Чемодан куда пропал?

— Чей? — Я спросонок не поняла, о чем он толкует.

— Баул на колесах, зеленый! Я сложил его, оставил в холле, и он исчез!

— У Иры спроси.

— Она велела у тебя поискать.

— Зачем мне твой чемодан?

Александр Михайлович выскочил в коридор.

— Безобразие, — донеслось оттуда, — в командировку собраться нельзя! Отдайте кофр!

— Вот он, — отозвалась Машка, — стоит прямо посреди прихожей.

— Его тут не было!

— С утра стоит!

— Нет!!! Я не идиот! Сто раз ходил мимо! Ничего не видел!

Повисло молчание. Затем начался новый раунд разборок.

— Где кроссовки?! Маша, ты их не брала?

— Послушай, — терпеливо ответила Маня, — у меня сорок второй размер ноги, а у тебя тридцать девятый.

Я хихикнула. Все правильно. При довольно объемистом теле полковник чем-то напоминает Золушку, у него очень маленькая для мужчины ступня.

— Кроссовки, — метался полковник, — это ужасно!

Я опоздаю на самолет! Кто их спрятал? Ну народ.

— Вон они стоят, — спокойно сообщила Ирка, — в галошнице, на второй полке.

— Отвратительно, — рычал Дегтярев, — в доме нет никакого порядка! Паспорт! О-о-о! Все ищите паспорт!

Живо! Бегом! Без документа мне никак нельзя!

— Он у тебя в барсетке, — успокоила его Маня, — вон, между кошельком и «склерозником».

— Ага, ладно, — сбавил тон Александр Михайлович, но уже через секунду вновь заорал:

— Такси пришло?

— Вы его вызывали? — спросила Ирка.

— Да!

— Чего не на своей машине?

— Куда ж я ее потом дену? На площади брошу?

— Охота деньги тратить, — укорила его Ирка, — Аркадий Константинович мог вас подбросить!

— Он в тюрьме!

— Олю бы попросили!

— Она в психушке!

Я усмехнулась. Услышь этот диалог нормальный человек, мигом убежал бы прочь, подумав: ну и семейка! Один в тюрьме, вторая в сумасшедшем доме. И ведь верно. Кеша юрист, поэтому часто посещает следственные изоляторы, а Ольга решила уйти из спортивной программы. Она теперь делает передачу о медицине, и сегодня у группы первые съемки в психиатрической лечебнице.