Шерлок Холмс. Новые заметки доктора Ватсона - Марвин Кей

Холмсу нужны были свои тайны, но в тот день к нему вернулась легкость, и я слышал его смех, а этого уже было достаточно.

— Бедный Гранди, — прошептал я, пока мы шли по пляжу, вспомнив о моряке, которого так ужасно использовали похитители. — Он уже не сможет найти свою дочь или покормить птиц.

— Смотрите, Ватсон! — прокричал Холмс.

В этот миг послышался шум крыльев баклана, и птица взвилась в небо. Она облетела вокруг нас один раз и, издав охотничий клич, улетела к морю.

Шерлок Холмс, истребитель дракона (Приключения Грисов Патерсонов на острове Уффа)

«Даррелл Швейцер» (приписывается Лорду Дансени)

Предполагаемый автор «Шерлока Холмса, истребителя дракона» — великий ирландский фантаст и драматург лорд Дансени (1878–1957). Несмотря на непривычное название, этот рассказ написан прекрасно, хотя официальное объяснение необычных приключений Грисов Патерсонов на неизвестном острове Уффа… неоднозначно. Но Холмс борется за чистоту нравов! Предупреждаю: даже когда загадка уже разгадана, автор продолжает преследовать цели созданного им же Джоркенса. — Дж. А. Ф.

В один из долгих дней в нашем клубе, когда никто не играл в бильярд, разговор зашел о романах. Члены клуба сидели в удобных креслах возле камина. Между нами неслышно перемещался официант, раздавая напитки. Кто-то заговорил о несчастных влюбленных, о Тристане и Изольде, Ланселоте и Гвиневре, Энее и Дидоне, называя эти и другие примеры по ходу обсуждения возвышенной и серьезной темы, но в свете того, что последовало далее, подробности я не могу вспомнить.

Один невежа, которому было, по правде говоря, не место в нашем клубе, начал нахваливать произведения современного романиста, которыми мы все пренебрегали, — это были обычные мелодраматические повествования. Несколько слушателей вздохнули, а может, издали стон. Кто-то попытался перевести разговор на другую тему, но Невежа не понимал намеков и продолжал разглагольствовать.

Оставалось только одно. Я торопливо подозвал официанта и заказал виски с содовой — не для себя, а для одного из присутствующих членов клуба, который до сих пор молчал. Этот джентльмен очень много путешествовал в юные годы, поэтому, заказывая ему порцию выпивки, я рассчитывал, что он расскажет какую-нибудь захватывающую историю из своего прошлого. Если кто и мог спасти нас от выслушивания хвалебных од популярной литературе, то только он.

Этот активный член клуба довольно долго потягивал свой напиток, и я уже стал опасаться, что он не понял моего намека, но это, конечно, было не так.

Он вдруг прокашлялся — это было похоже на звук заводящегося автомобиля.

— Как-то раз я встретил Шерлока Холмса, — начал он.

— Какое отношение это имеет к роману? — спросил Невежа.

Не думаю, что остальным было интересно, имеет это какое-нибудь отношение к роману или нет.

— Это касается одного из дел, которых нет в записках доктора Ватсона, оно упоминается там лишь косвенно.

— А, тогда продолжайте, — Эту фразу бросил Скептик, который был адвокатом; по правде говоря, он всегда завидовал нашему активисту-рассказчику и не упускал возможности доказать, что тот лжет. Теперь он выжидающе смотрел на противника, как кобра на свою жертву.

— Наш добрый доктор, как вы знаете, так и не описал все расследования. В хранилище на Черинг-Кросс есть чемоданчик с ценными записями.

— Да-да, — перебил его Невежа. — Я кое-что читал из этого. Назывался рассказ «Риколетти и его противная жена». По-моему, какая-то бессмыслица об итальянском дворянине, женатом на йети. — Он похлопал себя по бедру, будучи весьма довольным своей шуткой.

Мы все старались не смотреть на него.

— Делу, к которому я оказался причастен, — продолжил рассказчик, — Ватсон дал интригующее название «Приключения Грисов Патерсонов на острове Уффа». Кстати, там не только произошла эта история, но и, волею судьбы, был обнаружен ценный клад.

Я видел, что наш рассказчик вот-вот начнет свое повествование, а его стакан с виски бьш почти пуст, поэтому я заказал ему еще один.

Заговорил Скептик:

— Конечно, вы читали монографию датского ученого Андерсена об этом деле.

— Отличная работа, кстати, — сказал Активист. — Тем не менее в ней допущены некоторые неточности и даже даны ошибочные сведения. Хотя порой рассуждения Андерсена на удивление соответствуют действительности, особенно если учесть, что Андерсен никогда там не был. Я не собираюсь критиковать его способности, но осмелюсь внести некоторую ясность, ведь я присутствовал там и был очевидцем всех событий.

— Где именно это произошло? — спросил Скептик.

— Вы поймете, почему я не могу быть более конкретным, — сказал Активист. — Есть вещи, которые лучше не афишировать. Достаточно сказать, что это было на болотах недалеко от Тетфорда, где немало трясин, привлекающих стольких смельчаков в сезон охоты и рыбалки.

Впрочем, это произошло не совсем в сезон, а ветреной ночью в конце ноября. Неотложные дела привели меня на эти полузамерзшие болота. Смеркалось, но дело не могло ждать. Представьте меня, если вам будет угодно, более молодого и энергичного, чем сейчас, спешащего по делу в такую погоду, с развевающимся на ветру длинным шарфом. На мне были сапоги до колен, чтобы можно было преодолевать заледеневшие ручьи, и электрический фонарик в правой руке. В левой была длинная крепкая палка, которой я прощупывал почву перед собой для обнаружения зыбучих песков.

Так я пробирался, пока вдруг не услышал женский крик.

Естественно, я бросился бежать, и если бы на моем пути попались зыбучие пески, то, я уверен, меня бы просто затянуло. Послышался еще один отчаянный крик женщины, и тут свет моего фонарика упал на нее: она боролась со своим противником на невысоком холме. Она была молода, и даже при таких обстоятельствах я не мог не отметить, что она поразительно красива, хотя и одета почти как мужчина: в сапогах, брюках, запачканных грязью, и тяжелом пальто, — она явно готовилась к рискованному походу. Ну что ж, поход действительно оказался рискованным. Я заметил на ее лице кровь, но больших ран видно не было. Она отчаянно боролась со своим противником, но на таком расстоянии была видна лишь его темная фигура.

Я крикнул, чтобы он отпустил ее, но как только я сделал это, они оба сразу же растворились в воздухе, и ее крики прекратились.

Тогда я решил, что увидел привидение, которое, скорее всего, воспроизвело какое-то ужасное событие из прошлого. Во время охоты на этих болотах происходило всякое, вы же знаете, а в этом районе так особенно. Перед тем как отправиться в путь, я ужинал в трактире в ближайшей деревушке, и до моих ушей доносились подобные истории местных жителей, например о богатом лондонце, отказавшемся «не трогать то, что не следовало». До этого я считал такие россказни проявлением суеверия крестьян, но теперь уже не был так в этом убежден.

Недолго я размышлял на эту тему. С чавканьем вытаскивая сапоги из подмерзшей грязи, я взобрался на холм, он возвышался над окружающими болотами как огромный, выброшенный на берег кит. Это было небольшое возвышение, если быть более точным, но единственное в радиусе мили.

Вдруг кто-то похлопал меня палкой по плечу и сказал:

— Эй вы! Что это значит?

Я обернулся, и луч моего фонарика упал на лицо, которое я не видел уже лет двадцать.

— Господи! Джон Ватсон!

— Мы знакомы, сэр? — осторожно спросил он.

Мы с Ватсоном были в юности приятелями, до того как он поступил в мединститут и ушел в армию. Когда-то мы вместе состояли в тайном мальчишеском обществе. Я переложил свой фонарь в левую руку, протянул ему правую и по-особому пожал, как когда-то.

Его суровое лицо расплылось в улыбке. Он засмеялся и тепло обнял меня.

— Значит, это все-таки ты, дружище!

Я заверил его, что это таки я, и отметил, что восхищаюсь его рассказами в «Стренде» и внимательно слежу за его карьерой. Но он не был расположен к пустой болтовне, к тому же место не совсем подходило для этого.

— Мы с Холмсом здесь в связи с одним из самых сложных расследований, — сказал он.

— Может быть, я могу чем-то помочь?

— Может быть. Давай, иди за мной.

Он быстро повел меня вдоль оси холма, затем вниз по склону, туда, где виднелся тусклый свет, исходивший, казалось, из входа в пещеру. Я остановился, невольно вспомнив некоторые местные суеверия о гоблинах, принимающих знакомые облики и завлекающих путешественников на погибель.

Ватсон, должно быть, прочитал мои мысли. Он, в свою очередь, продемонстрировал секретное рукопожатие, чего не смог бы сделать ни один гоблин. Это рукопожатие имело свою историю и оказалось эффективным средством от гоблинов, но я расскажу о нем в другой раз.