Забава для избранных - Алексей Викторович Макеев

Гуров вышел в коридор и набрал номер профессора. Изментьев на звонки не отвечал. Возможно, был на паре или где-то на мероприятии, во время которого не мог разговаривать с посторонними. Как бы то ни было, Гуров собирался съездить в Павловский Посад, где уже должен был находиться Крячко, занимаясь поисками Рахимова. Сыщик хотел проверить информацию об изъятых из тайника Максима предметах. Об этом можно было бы попросить и Станислава, но Гуров хотел проветриться. Тем более что работа компьютерщиков в его кабинете, какой бы тихой она ни была, мешала сыщику сосредоточиться. Все-таки не привык он к присутствию посторонних во время усиленной работы своих мыслительных процессов.

В Павловском Посаде сыщик собирался подтвердить или опровергнуть одну из версий, которая тоже возникла у него прошедшей ночью, пока он не мог заснуть. Гурову нужно было знать, числится ли в списке украденных когда-либо вещей что-то из тех «артефактов», которые нашли на чердаке бани Рахимова. Ему не давал покоя вопрос о том, откуда Коллекционер мог взять паспорт Рахимова, и Гуров предположил, что квартирный вор мог быть лично знаком с Максимом и бывал у него неоднократно. И сыщик не исключал, что Рахимов и Коллекционер могли в прошлом вместе заниматься кражами, пока Максим не решил, что эта криминальная специализация не подходит к его характеру. И если хоть что-то из тайника над баней окажется в списке ранее украденных вещей, эта теория получит свое подтверждение, а значит, поможет навести на след преступника.

В том случае, если что-то из тайника Рахимова окажется украденным, высока вероятность, что эти кражи совершались и в Павловском Посаде. И если преступления еще не раскрыты, то сыщик на месте пообщается с потерпевшими, чтобы найти новую зацепку. В противном случае можно будет поднять материалы дел о кражах, которые сразу же и укажут, среди каких именно воров следует искать Коллекционера. Гуров понимал, что шансы на положительный результат этой версии не слишком большие, но проверить ее следовало. Тем более пока было время и приходилось ждать окончания работы компьютерщиков. И когда сыщик уже подъезжал к отделу полиции в Павловском Посаде, ему перезвонил Изментьев.

– Лев Иванович, я тебя поздравляю! Я нас поздравляю! Я всех поздравляю! – завопил в трубку профессор, слегка ошарашив сыщика.

– Разреши поинтересоваться, Александр Владимирович, с чем именно ты собираешься всех поздравить? – иронично поинтересовался Гуров.

– Мой коллега оказался прав, и его методы дали прекрасный результат. Он, можно сказать, сделал прорыв и теперь войдет в анналы мировой науки, – ринулся в объяснения Изментьев. – Теперь осталось доработать детали, а затем подготовить доклад, и можно будет защищать инновационный метод в Российской академии наук!..

– Ну, тогда и я его поздравляю, – перебил ученого сыщик. – А что там с теми анализами, которые вы для меня должны были сделать?

– Вот тебе и здрасте! – удивленно воскликнул профессор. – Я же тебе об этом и говорю. Анализы твоих орехов, роз и кусочка грунта все подтвердили. Метод работает! Конечно, нужно все хорошенько откалибровать и еще пару раз перепроверить, но те результаты, которые были получены в ходе этого исследования, можно смело назвать революционными…

– И опять я вас поздравляю, но давай без пафосных речей. – Гурову пришлось осаживать ученого и в третий раз. – Орехи, розы и грунт – все из одного места, и это Павловский Посад? Я правильно понял?

– Лев Иванович, ну зачем сводить триумфальные решения к ответам на простые будничные вопросы? – обиженно поинтересовался Изментьев и, догадавшись, что сейчас последует очередная реплика сыщика, не стал дожидаться ответа на свой риторический вопрос. – Да! Ты абсолютно прав. И грецкие орехи, и розы росли в грунте, который по составу на девяносто процентов схож с тем образцом, который ты мне дал позже. То есть с погрешностью в десять-пятнадцать процентов можно сказать, что все это – и плоды, и цветы, и земля – из Павловского Посада.

Капитана Ежов, который и занимался в Павловско-Посадком отделе поиском сведений о предметах из коллекции Рахимова, на месте не оказалось. Гурову сообщили, что его отправили проводить экспертизу по другому делу. А вот документы, которые подготовил капитан, были в приемной начальника отдела, и сыщик получил их без труда. А заодно и пустующий кабинет, в котором можно спокойно изучить собранную криминалистом информацию.

Гуров стал внимательно просматривать документы в том порядке, в котором они лежали в стопке, стараясь подавить желание быстро пролистать все и отобрать только те бумаги, которые могут быть интересны. Сыщик понимал, что сейчас важна каждая мелочь и, если что-то упустить при спешном изучении данных, потом за это можно серьезно поплатиться.

На большинство предметов из коллекции Рахимова капитану Ежову не удалось найти никакой информации – сведений о них в полицейской базе данных не было. А вот другие вызвали у Гурова интерес, который постепенно сменялся разочарованием, впрочем, вполне ожидаемым. Советские «Командирские» часы были первыми в этом списке. Согласно материалам дела, их неизвестные отобрали у футбольного болельщика, избив того, чуть больше десяти лет назад вместе с деньгами, сотовым телефоном и еще кое-какими ценными предметами, дело было в Тушино. Участников этого московского «гоп-стопа» так и не нашли.

Такая же участь постигла и женский серебряный браслет. Как сообщалось в документах, его хозяйка вместе со своим приятелем около семи лет назад подверглись нападению грабителей в подмосковном Раменском. Парня, который попытался оказать налетчикам сопротивление, жестоко избили. Досталось и девушке, которой разбили лицо и сломали нос. А этот самый браслет был одним из предметов, которые забрали у своих жертв грабители. Аналогичная судьба оказалась и у серебряного очечника с рубиновой розой. А вот информация о часах фирмы Longines заставила Гурова застыть от удивления и перечитать документ снова. Он внимательно просмотрел информацию о том, где и как потерпевший лишился этого дорогого аксессуара, а затем достал телефон и позвонил Крячко.

– Стас, попридержи павловопосадских орлов с поисками Рахимова, я сейчас свяжусь с Главком и пришлю подкрепление! – распорядился Гуров, когда Станислав ответил на звонок. – Судя по всему, он член «Банды Слепого Пью». У меня тут лежат часики, которые изъяли в его бане во время обыска. Так вот, судя по данным, которые мне собрал местный эксперт, раньше они принадлежали одной из жертв этой банды и пропали во время ограбления…

Крячко примчался в отдел минут через пятнадцать после звонка Гурова. К тому времени тот уже