Прошлое мстит - Эмили Гунис

волнистому коричневому ковру в гостиную. По телевизору показывали музыкальные клипы в стиле софт-рока восьмидесятых, на столе стояла бутылка дешевого вина, половина содержимого которой была налита в стакан; куча окурков лежала в блюдце на полу. Грязный кофейный столик был завален старыми газетами, а занавески задернуты. Контейнеры из-под готовой еды валялись на полу среди разбросанной одежды и пустых банок из-под пива. В комнате пахло сыростью, и, несмотря на прокуренный воздух, все окна были закрыты. Отец остановился посреди комнаты с затравленным видом. Уиллоу сразу ощутила укол вины за то, что не навещала его больше месяца. Она была слишком занята на работе и избегала отца из-за разговора, который ей предстояло провести с ним сейчас.

– Ты подождешь минутку, пока я переоденусь? – спросил он, взглянув на нее, когда Уиллоу нашла свободное место на диване и села.

– Конечно, – кивнула она, осматривая весь этот кавардак.

Уиллоу оказалась плохой дочерью; это была ее работа – присматривать за отцом, и она с ней не справилась. Она глубоко вздохнула, вспомнив: «Не позволяйте ему внушать вам чувство вины». Отец – взрослый мужчина, и дочь не несет за него ответственности. Может, у него просто выдалась плохая неделя. Пока он не нарушает условия своего досрочного освобождения, все будет в порядке. Уиллоу долго и усердно работала, но теперь проект почти завершен, и она сможет взять небольшой отпуск, чтобы побыть с отцом.

Пытаясь отвлечься, Уиллоу покосилась на кипы бумаг и писем, разбросанных повсюду, и ее взгляд упал на коробку с фотографиями возле дивана. Она посмотрела на верхнюю: черно-белый снимок девушки в свадебном платье, танцующей со своим женихом.

Бобби вернулся, полуодетый, и взял сигарету из пачки на столе.

– Сделай себе кофе, – сказал он.

– Я принесла готовый для нас обоих. – Она приподняла пакет из закусочной.

Когда отец снова ушел, Уиллоу опять взглянула на фотографии, затем наклонилась и взяла одну. Похоже, на ней был отец в детстве, лет в тринадцать. Он опирался на калитку, на которой сидела маленькая девочка с темными волосами. У девочки была лучезарная улыбка, и она смотрела на Бобби с обожанием. На заднем плане по дороге к ним приближалось стадо коров.

Уиллоу присмотрелась внимательнее. Она была уверена, что девочка – это Нелл. Уиллоу никогда не встречалась со своей тетей, а отец отказывался говорить о ней. Все, что она знала, – Нелл причинила ему глубокую боль, а это означало, что, как обычно, он замкнулся и вычеркнул сестру из своей жизни. Уиллоу вспомнила о записке, которую обнаружила. Этот листок словно обжег ее через карман. Она видела, как Нелл похожа на Бобби; у нее было то же лицо в форме сердечка, та же улыбка, те же глаза. Уиллоу очень хотелось бы познакомиться с ней поближе.

Бобби вернулся в комнату.

– Прекрасная фотография, папа. Это Нелл?

Отец выдержал паузу и кивнул. Уиллоу отложила фотографию, прочитав на его лице обычные признаки того, что данная тема под запретом.

– Как поживаешь, дочь? – В его поведении было нечто такое, что заставляло Уиллоу чувствовать себя неловко.

– Нормально. Правда, мне сейчас нездоровится, наверное, простудилась.

Она снова отхлебнула свой кофе, и он показался ей странным на вкус.

– Ты не беременна, а? – спросил отец, подмигивая.

Уиллоу рассмеялась:

– Нет! Господи, конечно нет. Никаких шансов. – Она нахмурилась, поняв двоякий смысл своей фразы.

– Как там твой парень? Чарли, не так ли?

Уиллоу, все еще размышлявшая над его последним вопросом, помолчала, прежде чем ответить.

– Он помогал мне с квартирой. Мы закончили шлифовать пол и красить спальню. Теперь я действительно чувствую себя как дома. – Она положила фотографию обратно в стопку.

– Отлично. Чарли – хороший парень, он мне нравится. Ты же знаешь, я могу помочь в любое время, – произнес отец, доставая очередную сигарету из пачки и взъерошивая пальцами свои грязные волосы. – Не понимаю, почему ты никогда не просишь.

– Папа, – тихо произнесла она, – мне нужно с тобой кое о чем поговорить. Я не уверена, что сильно тебя этим обрадую, но хочу быть честной с тобой.

– Звучит зловеще, – усмехнулся он, шаря вокруг в поисках зажигалки.

– Я просто… – Уиллоу запнулась, сердце бешено колотилось в груди, голос начал дрожать. – Я просто хочу, чтобы ты знал – то, что я собираюсь рассказать, было действительно важным для меня, и это было нелегкое решение, к которому я отнеслась легкомысленно.

– Я слушаю. – Отец откинулся на спинку выцветшего кресла и скрестил ноги.

Уиллоу нервничала от его взгляда, хотя сам он, похоже, контролировал эмоции. У нее пересохло во рту, однако она продолжила:

– В общем, я уже почти год работаю над строительным проектом в Кингстоне близ Льюиса. – Она улыбнулась, пытаясь снять напряжение, но отец продолжал сидеть неподвижно и хмуро смотрел на нее.

– Папа, Хилтоны – твои прежние соседи – сносят Дом викария, чтобы построить на этом месте десять домов и новый общественный центр. И моя фирма, мое архитектурное бюро… Короче, я работала с Лео Хилтоном и вела данный проект.

Бобби опустил голову, закурил и глубоко затянулся.

– Я знаю, – кивнул он.

Из всего, что Уиллоу ожидала от него услышать, это даже не приходило ей в голову. То есть отец знал – давно ли? Опять секреты друг от друга, как обычно между ними. Претензии оставались невысказанными, трудные разговоры отложенными. Так происходило всю ее жизнь.

Отец посмотрел на сигарету, которая дотлела до фильтра.

– Я же не идиот, Уиллоу. – Его губы дрогнули, и он отвернулся. – Люди болтают, и это печатали в местной газете. Хотя я предпочел бы сначала услышать это от тебя.

Уиллоу снова ощутила, как тошнота подкатывает к горлу.

– Я хотела сообщить тебе раньше, но не знала, как ты отреагируешь.

Уиллоу раздражалась все сильнее. Как обычно, она получалась во всем виноватой. Отец никогда не брал на себя ответственность в разговорах с ней, не пытался понять, под каким давлением она находилась. Ее сердце бешено колотилось, а руки дрожали. Миновало много времени с тех пор, когда она в последний раз видела вспышку его гнева, и Уиллоу почти убедила себя, что их больше не будет. Но это присутствовало в нем, глубоко внутри. Ничего не изменилось.

Отец сидел молча, пепел от сигареты падал к его ногам.

– Мой босс попросил меня взяться за данный проект, да я и сама хотела. Беспокоилась, как ты отреагируешь, но я ждала подобного проекта много лет. Я очень усердно работала. Если бы отказалась, мне, вероятно, не представилось бы другого шанса.

– Значит, ты работала с Лео Хилтоном. Ему известно, кто ты