Кинжал Клеопатры - Кэрол Лоуренс

– У меня есть одна идея.

– Какая?

– На вечеринке у миссис Астор я познакомилась с джентльменом, который может быть чем-то полезен.

– Чем?

– Он связан с музеем Метрополитен.

– Получается, ваше маленькое задание на вечеринке в саду в конце концов не было пустой тратой времени.

– Это еще предстоит выяснить.

– Тогда, конечно, ступайте. Вот, – сказал он, выуживая из кармана немного денег. – Возьмите кеб. И не забудьте вот это, – добавил он, протягивая ей фотографию.

– Я доложу вам, когда что-нибудь узнаю.

– Как можно скорее – я хотел бы, если возможно, опубликовать еще одну статью в завтрашней газете.

– Может, мне также стоит нанести визит мистеру Новаку? Чтобы разузнать о другой жертве.

– Хорошо, но будьте внимательны. Я не хочу, чтобы мы злоупотребляли его радушием.

Надежно спрятав фотографию в сумочку, Элизабет поспешила из офиса, полная энтузиазма и целеустремленности. Ей было поручено важное задание, и она не собиралась его проваливать. Но она не знала, что уготовила ей судьба.

Глава 29

Он стоял, уставившись на стопки книг, выстроившихся перед ним. Опьяненный знакомым запахом кожаных переплетов, пожелтевшей бумаги и пыли. После открытия библиотеки семьей Астор на Лафайет-плейс его детство изменилось. Ему удалось получить достойное образование, чтобы научиться читать. Его учителя всегда отмечали, каким он был способным. Главный библиотекарь сжалился над молодым оборванцем, который лишь хотел примоститься в теплом месте. Где можно было бы посидеть и погрузиться в рассказы о приключениях, героических подвигах и жизни, так непохожей на его собственную.

Были книги по науке и природе, которые он находил интересными, но что ему действительно нравилось, так это книги о преступлениях, особенно истории из реальной жизни. Лучшими были мемуары детективов, которые писали о своих делах. О тех, которые им удалось раскрыть, и о тех, которые так и остались нераскрытыми. Он с интересом следил за каждым случаем, надеясь, что они одержат верх, особенно над глупыми или бесхитростными хулиганами. Но он также наслаждался подвигами более смелых и удачливых преступников, радуясь их победе, когда они одерживали верх над незадачливым детективом.

Но когда, совершенно случайно, он открыл для себя Древний Египет, все изменилось. Книга была оставлена открытой на одном из столов в углу главного читального зала с огромными потолками и гробовой тишиной.

Его не отпугивала могильная атмосфера комнаты. Это было его убежище от шумной и убогой повседневной жизни.

Его лицо горело, когда он переворачивал страницы книги о богах и богинях Древнего Египта. Они казались гораздо более реалистичными, чем библейские божества в том обрывке христианской истории, который он прочитал. Это были боги из плоти и крови: амбициозные, похотливые, мстительные и энергичные. В них бурлили те же желания, что и в людях. Книга, казалось, излучала энергию. Читая, он чувствовал, что его окутывает неведомая сила. Он читал часами, прерываясь только для того, чтобы сходить в уборную, которая находилась в закрытом помещении, что было почти невообразимой роскошью.

Он был сражен мифами. Он потерял связь с реальностью. В голове кружились образы страны солнца и песка, так не похожей на его город пота и сажи. Когда он вернулся домой в ту ночь, впервые на его памяти ему приснился хороший сон.

Проснувшись, он с непоколебимой уверенностью понял, почему книга так живо заговорила с ним. Он был реинкарнацией Осириса – Владыки Подземного мира, Судьи мертвых, властного и могущественного, вечного, как небо. Это был секрет, столь же восхитительный, сколь и непостижимый – для обычных смертных. Он один знал это, что навсегда изменило ход его жизни.

Глава 30

Элизабет начинала думать о Кеннете Фергюсоне в более выгодном свете. Он был не просто быстро разговаривающим, амбициозным редактором, каким она поначалу его приняла. Казалось, он искренне заботился о бедственном положении простых людей. Она смотрела в окно, пока кеб подъезжал к музею Метрополитен. Хотя на первый взгляд здание казалось довольно приземистым и невзрачным, когда экипаж подъехал ближе, она смогла разглядеть фасад из красного кирпича и высокие окна с поразительными бело-серыми каменными арками. Расплатившись с кучером, она поднялась по крутой лестнице, ведущей ко входу, и вошла внутрь, цокая каблуками по черно-белому мраморному полу.

Молодая женщина, сидевшая за стойкой в фойе, поприветствовала ее шепотом, как будто они находились в церкви. На ней была белая блузка с высоким воротом и оборками, темно-бордовая юбка, подпоясанная широкой черной лентой. Ее темно-каштановые волосы были собраны в простой, но элегантный пучок.

– Могу я вам чем-нибудь помочь?

– Доктор Абернати случайно не свободен?

Тень недовольства промелькнула на ее лице.

– Могу я узнать, кто его спрашивает?

– Элизабет ван ден Брук.

– Минутку, пожалуйста. – Встав со своего вращающегося кресла, она быстро и бесшумно вышла из комнаты, исчезнув в длинном коридоре.

Элизабет смотрела вслед, удивляясь, как ей удается так эффектно приглушать свои шаги, когда каждый звук, казалось, отдавался эхом в вестибюле со сводчатыми потолками и мраморными полами.

Вскоре она вернулась, старательно изображая на лице улыбку.

– Доктор Абернати сейчас примет вас. Его кабинет последний слева, – сказала она, указывая на коридор, из которого только что вернулась.

– Спасибо, – сказала Элизабет. Направляясь к коридору, она чувствовала взгляд девушки на своей спине. Она прочитала слова, нанесенные трафаретом на стеклянную панель последней двери.

Доктор Ч. Абернати

Египтология

Когда Элизабет подняла руку, чтобы постучать, она вспомнила, как доктор Абернати смотрел на нее во время вечеринки у миссис Астор и угрюмое лицо его жены. Но ведь наверняка ничего предосудительного не могло случиться в кабинете музея, где любой желающий мог постучать в его дверь, верно? Она снова подняла руку, но прежде чем костяшки ее пальцев коснулись двери, та резко распахнулась.

Перед ней стоял доктор Абернати. Он был даже выше, чем она помнила. Седоволосый, со стройным телосложением и тонкими чертами лица, он был красив. На нем был сизо-серый сюртук с галстуком в тон, а итальянские кожаные ботинки были начищены до блеска. Он округлил свои серые глаза, когда увидел Элизабет, и его лицо расплылось в улыбке.

– Ну и ну, мисс ван ден Брук, какой приятный сюрприз! – сказал он, открывая дверь шире.

– Надеюсь, я вам не помешала, – вежливо сказала она.

– Вовсе нет… пожалуйста, входите.

Когда она засомневалась, он сделал шаг назад, пропуская ее. Не обращая внимания на тихий голосок в своей голове, Элизабет вошла внутрь.

– Присаживайтесь, пожалуйста, –