Прокурор - Анатолий Безуглов

- Это точно, - подтвердил Коршунов, зная, как хотел перейти на "Жигули" Федосеенко. У него был служебный "Москвич".

- Смотрю я, значит, и глазам своим не верю: за рулем не Зубцов. Другой кто-то за рулем. А сам Зубцов рядом.

- И что в этом особенного?

- Выпивши?.. Зубцов?

- Так уж и видно в темноте! Может, спал...

- Я тоже сначала подумал. А когда через день услышал, что он разбился под этим делом... - шофер щелкнул себе по воротнику.

- Ну, выпил, с кем не бывает?

- Это Зубцов-то? - протянул Зеньковецкий. - Честное слово, я так и не поверил. Поэтому сегодня и спрашивал специально Федосеенко... Я-то знаю. Не скажу, что сам святой, все мы человеки, - улыбнулся шофер. - Как-то Зубцов мне телик здорово поправил. У меня на дому. Жена, естественно, закусон спроворила. Как у людей водится. А как же иначе? Я по этому случаю коньяк открыл. А Зубцов - ни-ни! То есть категорически ни грамма... И еще заметьте, товарищ старший лейтенант, никогда и никому он не доверял руль своего "Жигуленка".

- Это почему же?

- Не знаю. Как-то сказал мне, что есть такое правило: нельзя доверять даже самому близкому другу машину, деньги и жену...

- Значит, все-таки сидел пьяный, - вернулся к главному Юрий Александрович.

- Да, вот так голову свесил, - показал Зеньковецкий, опустив голову на грудь.

- А кто за рулем?

- Этого не разглядел, - ответил шофер.

- Ну хоть что-нибудь? Какую-нибудь деталь?

- В шляпе, - дотронулся до своей макушки шофер. - С короткими полями. Очки. Кажется, темные...

- Точно темные?

- А может, обычные. Наверняка сказать не могу.

- Что же так, - покачал головой Коршунов.

- Ей-богу, - начал было оправдываться водитель, но Юрий Александрович продолжал укоризненно:

- Больше трех недель прошло...

- Верно.

- А вы такое скрывали.

Зеньковецкий растерялся, похлопал своими светлыми ресницами и, вздохнув, сказал:

- У меня у самого хватало неприятностей. Затаскали...

О неприятностях Зеньковецкого Коршунову уже рассказал Федосеенко. Не то его КрАЗ задел трактор, не то трактор зацепил машину Зеньковецкого. Авария была не ахти какая, однако пока все выяснилось, оба водителя переволновались...

В тот же день Коршунов связался с железнодорожниками. В 2 часа 18 минут ночи мимо Желудева обычно следовал скорый поезд. Именно в это время Зеньковецкий мог видеть зубцовский "Жигуленок" возле переезда. А минут через пятнадцать - двадцать машина слетела в обрыв.

В акте судебно-медицинской экспертизы было указано, что Зубцов скончался приблизительно между двумя и тремя часами ночи...

* * *

Поразмыслив, где мог напиться в ту роковую ночь Зубцов, Коршунов пришел к выводу, что, скорее всего, - в ресторане "Привал" - от железнодорожного переезда у Желудева до кемпинга на машине рукой подать. Ресторан стоял на оживленной магистрали союзного значения, работал до середины ночи, и туда частенько ездили кутнуть зорянские гуляки.

Старший лейтенант поговорил с официантами, работавшими вечером двадцать третьего июня, предъявил им фотографию радиомастера. Но все они в один голос заявили, что Зубцов в тот вечер в их ресторане не был, хотя раньше и заезжал иногда. Как правило, с какой-нибудь девушкой. Характерно, что никогда спиртного для себя не заказывал.

Оставалось еще одно предположение: Зубцов мог выпить с кем-нибудь из тех, кто остановился в кемпинге.

К услугам автотуристов было около ста крохотных домиков со стоянкой для машины. Тут же находился магазин. В продовольственном отделе было и спиртное.

Расспросы сотрудников кемпинга ничего не дали. "Жигуленка" с двухцветной раскраской, как у Зубцова, они в тот вечер не видели. На всякий случай Коршунов ознакомился со списком автотуристов, заночевавших в ночь с двадцать третьего на двадцать четвертое июня. Но это тоже не дало никаких результатов.

- Ладно, это не страшно, - сказала Гранская, когда они собрались в ее кабинете, чтобы наметить дальнейшие мероприятия. - Главное, мы знаем теперь, что Зубцов находился в машине не один...

- И за рулем сидел другой человек, - уточнил Юрий Александрович.

После того, как они получили показания Зеньковецкого, у Инги Казимировны поднялось настроение: дело, кажется, сдвинулось с мертвой точки.

- Понимаете, Юрий Александрович, меня настораживает одно обстоятельство, - сказала Гранская. - Посмотрите, все люди, ну, все до единого, которые знали Зубцова, твердят, что он не пил. Прямо-таки не выносил спиртное. И вдруг напился...

- Мы уже с вами об этом говорили. Да и Глаголева это тоже удивляло. Может, его специально напоили?

- Как это можно? Вспомните, он даже в ресторане воздерживался.

- Точно, - подтвердил Коршунов. - Девушкам заказывал шампанское, а себе - ни-ни.

Гранская перелистала "дело", нашла заключение судебно-медицинской экспертизы.

- Еще одна деталь, - сказала она. - Не так уж много он и выпил. Содержание алкоголя в крови совсем маленькое, чтобы мертвецки спать, как утверждает Зеньковецкий. - Следователь покачала головой.

- А это уж штука индивидуальная. Есть мужики - литр нипочем. А другой со ста грамм гуляет. Особенно тот, кто непривычный. А Зубцов именно такой.

- Скажу честно, меня такое объяснение не удовлетворяет, - призналась Инга Казимировна. - Хорошо, придется, видимо, назначить повторную судмедэкспертизу.

- Конечно, это будет вернее, - согласился Коршунов. - Потому что есть одна штука, которая не дает мне покоя. И вам, уверен, тоже. Смотрите, Зеньковецкий утверждает: в машине было двое - Зубцов и неизвестный человек, сидящий за рулем. Однако утром, когда обнаружили разбитый "Жигуленок", в нем находился только Зубцов.

- Да, я тоже все время об этом думаю. Если это несчастный случай, то должны были погибнуть оба.

- Вот именно! - подхватил Юрий Александрович. - Но не исключено и другое. Тот самый неизвестный, что вел машину, вышел до злополучного поворота над обрывом. А за руль сел сам Зубцов.

- Вот вам еще одна версия, - сказала Инга Казимировна. - Неизвестный доезжает до поворота, останавливается, отпустив тормоза, выходит из машины, захлопывает дверцу, и "Жугуленок" катится вниз, помните, там приличный уклон. И сваливается в обрыв...

- Можно выскочить из машины и тогда, когда она едет на маленькой скорости, - уточнил старший лейтенант.

- Или еще одна возможность: когда машина падала в обрыв, тот, кто сидел за рулем, выпал или выскочил. А к нам не пришел, потому что боится...

- Верно, но это дела не меняет. Главное, нам надо точно знать: в момент, когда машина падала в обрыв, ее вел Зубцов или она была неуправляема? Тогда прояснится, с чем мы имеем дело - с несчастным случаем или преднамеренным убийством.

Коршунов развел руками:

- А как это узнать?

Он вдруг застыл, забыв опустить руки и уставившись каким-то отрешенным взглядом в окно. По выражению Гранской, "сделал стойку".

- Осенило? - спросила она, подождав некоторое время.

- Постойте, постойте, Инга Казимировна, - улыбнулся старший лейтенант. - Помните одежду Зубцова?

- В гараже?

- Да. Сверток, который дали его матери из морга?

- Помню, конечно...

- Мы никак не можем это использовать? - взволнованно спросил инспектор ОБХСС.

Инге Казимировне передалось его возбуждение:

- Что вы имеете в виду?

- Когда какой-то предмет ударяется о другой, на поверхности этого предмета... - начал объяснять Юрий Александрович.

Но Гранская его уже отлично поняла.

- Остаются частицы, - закончила она. - А в данном случае микрочастицы... Ну что ж, Юрий Александрович, это идея. И неплохая. Кстати, я подумала, что помимо химиков и медики могут внести свой вклад...

...Через час, заехав за Хлюстовой, они были в Госавтоинспекции.

Подойдя к разбитой машине Зубцова, Инга Казимировна обратилась к судмедэксперту:

- Мария Алексеевна, вот какую задачу хочу поставить перед вами. Можете ли вы по характеру повреждений на теле человека узнать, где он находился в момент аварии - за рулем или рядом с шофером?

- Я вас поняла, - кивнула Хлюстова. - Конечно, повреждения будут разные. Если человек сидит за баранкой, обычно прежде всего страдает грудная клетка. Самая характерная травма! У пассажиров совсем другие ранения...

...Гранская вынесла постановление об эксгумации и повторном исследовании трупа.

Назначила она и химическую экспертизу. У матери погибшего была изъята одежда, в которой находился сын в момент аварии.

Химики должны были дать ответ: какие микрочастицы въелись в замшевую куртку? С баранки рулевого управления или с панели перед правым передним сиденьем?

* * *

Измайлову позвонил Авдеев. Из Рдянска.

- Хочу завтра подъехать к вам в Зорянск, - сказал он после обмена приветствиями. - Узнай, пожалуйста, может нас принять Железнов?

Егор Исаевич Железнов был первым секретарем горкома партии.