Дозор. Питерские тени... - Андрей Бондаренко

– Ёмкое сравнение.

– Стараюсь. Ик! Вот же, привязалось…. Гринь, доставай-ка «Охоту». Иначе будет не избавиться.

– Тебе сегодня рулить.

– Наплевать. У меня же ты есть. Неужели, не отмажешь, если «гаишники» остановят и привяжутся? С твоей-то крутизной…. А?

– Отмажу, – кротко улыбнулся Гришка. – Причём, в любом раскладе. А если, допустим, не отмажу, то застрелю. Хоть – полмира. Хоть – целиком.

– Тронута. Верю. Спасибо, любимый.

– Ты сказала – «любимый»? Я – случаем – не ослышался?

– Нет, не ослышался…. Давай, об этом попозже поговорим?

– Это, собственно, когда?

– Не знаю, – на лице Совы отобразилась неуверенность, граничившая с откровенной паникой. – Потом. Когда-нибудь. Например, после того, как справимся с поставленной задачей…. Согласен?

– Лады, договорились, – задумчиво шмыгнул носом Антонов. – Что касаемо твоей смелой версии – относительно «Афродиты». Белыми нитками всё шито, боевая подруга. Призрачная и весьма сомнительная ситуация. Из серии: – «На безрыбье и серо-бурый рак – красная рыба…». Нет ни одной дельной идеи, вот, ты и цепляешься – за любые совпадения. Мол, логика у всех людей одинаковая. От жары надо, наплевав на всё и вся, бежать – со всех ног – к речной прохладе…

– Логика – вещь упрямая. Как, впрочем, и городская жара, щедро разбавленная бензиновым смогом. Да и других здравых идей что-то не наблюдается на горизонте…. Проверим?

– В обязательном порядке. Срочно заходи на сайт, где можно ознакомиться с подробными картами Ленинградской области.

– Уже зашла. За кого ты меня держишь? – слегка обиделась напарница. – Пожалуйста, знакомься…. Вот, посёлок имени пламенного революционера Якова Свердлова. А выше по речному течению наблюдается поворот с одновременным расширением русла. Эти чёрные точки – разнокалиберные острова и островки. Предположительно на этом и квартирует искомая нами «Афродита».

– Приличных дорог в этом районе нет. По крайней мере, на карте их не нарисовано. То есть, не изображено.

– Лодочка, однако, нужна. Желательно с моторчиком.

– Лодочка, говоришь? Ну-ну, – Гришка оперативно пробежался пальцами по кнопкам мобильного телефона. – Медведь? Здорово…. Да, я. Как жизнь? Понял. Слышал, что твой деверь является записным яхтсменом…. Двоюродный брат жены? А, какая разница? Понял, не лечи. Доктор выискался…. Где, кстати, сейчас находится упомянутое корыто? Понял. Нам подходит, берём. Типа – напрокат. Звони родственнику…

Сова отправилась принять душ, а Антонов извлёк из холодильника и вскрыл очередную банку «Охоты».

Сидел себе на широком подоконнике, попивал пивко, бездумно пялился в окошко, а вредный и подозрительный внутренний голос надоедливо нашёптывал: – «Ничего с Совёнком не понятно. Не, так-то всё, вроде, нормально. И человек она душевный, и как женщина – высший сексуальный класс. Вот, только…. Как разговор заходит о любви, так наша Оля сразу же тушуется, смущается и прячется «в раковину». Это как-то связано с её Прошлым? Может, и ревнивый муж имеется? Надо бы, братец, прояснить этот важный момент…. А, зачем она, следуя в ванну, прихватила с собой мобильный телефон? Неужели, имеются некие секреты и тайны? Ты, братец, о бдительности-то не забывай…. Куда-куда пойти? Понял, не дурак. Покорно замолкаю…».

Плавсредство базировалось по правому восточному берегу реки, примерно в трёх с половиной километрах выше по течению от знаменитого вантового моста.

– Сюрреализм подкрался незаметно, – вылезая из «Шкоды», поделилась ощущениями-впечатлениями Сова. – Еще пару-тройку минут назад петляли между современными многоэтажками. А, это что такое, блин горелый? Самая натуральная деревушка. Причём, насквозь провинциальная. Никаких тебе уродливых коттеджей красного кирпича под чёрной металлической черепицей. Только бревенчатые избушки – ветхие, покосившиеся, много лет некрашеные, но с резными наличниками. Смотри, настоящий журавль-колодец. Несколько чёрных треугольников. Погреба, надо думать. Да, бывает…. Ага, старенький причал, возле которого разместились различные катера и лодки. Ну, куда нам дальше?

– Направо, – ткнул пальцем Гришка. – Видишь, тёмно-синий клотик[1] торчит? Шагаем…. Подожди-ка. Тут такое дело…. С нами поплывут, то есть, пойдут, Медведь и Мазай. Ну, с Медведем все, более-менее, понятно. Да, ты с ним и знакома. А, вот, Мазай…. Он, видишь ли, писаный красавчик и известный сердцеед. Э-э-э…. Короче говоря, если замечу, что ты ему строишь глазки, то сама, наверное, понимаешь, что за этим последует. То бишь, ничего хорошего.

– Ха-ха-ха! Какой смешной! Обещаю, что флиртовать и кокетничать с посторонними не буду. Только с тобой…. Доволен? Подойди-ка поближе, Отелло купчинского розлива. Поцелую…. Кстати, а ты Шефу сообщил о предстоящем маршруте?

– Зачем кипежь – на ровном месте – поднимать? Для начала, Совёнок, проверим твою сомнительную гипотезу-версию. Если обнаружим потерявшуюся фотомодель, то и доложимся. Естественно, по всей форме и с чувством выполненного долга.

На борту яхты – ближе к носу – были закреплены тускло-жёлтые латунные буквы.

– «Кошка», – по-доброму усмехнулась Сова. – Чуть ниже – «Санкт-Петербург»…. Да, очень красивая и ладная яхточка. Длинная – метров двенадцать-тринадцать, узкая, низко посаженная, с мачтой пропорционально невысокой. Борта белые, с редкими синими полосами. Верхняя половина мачты сиреневая. Клотик же тёмно-синий. Эстетика сплошная, бесхитростная и совершенная…. Верно, Гриня?

– Полностью согласен. Очень красивая посудина. И название ей очень подходит. Смотришь со стороны, и что-то такое грациозное – по-настоящему кошачье – ощущаешь. Наверное, очень ходкая и манёвренная штучка…

На корме яхты стояли, беззаботно покуривая и вяло переговариваясь между собой, двое мужчин. Широкоплечий, приземистый и слегка медлительный паренёк звался – «Медведем». А второй – высокий, стройный, кучерявый, однозначно похожий (судя по музейно-парковым статуям), на древнегреческого Бога Аполлона – «Мазаем».

– Всё готово к старту? – вместо приветствия, поднимаясь по сходням, спросил Антонов.

– Всё, – с циничным интересом разглядывая Сову, вальяжно отозвался Мазай.

– Тогда отчаливаем. То бишь, отходим. Медведь, разбирайся с канатами и затаскивай сходни. А ты, повелитель лесных зайцев, у меня, честное слово, когда-нибудь допросишься. Всю смазливую чавку сплющу на фиг. А ещё почки с печёнками отобью. Качественно так, со знанием дела. Как учили – в своё время – суровые прапорщики.

– Да, я ничего такого…

– Об этом ты потом расскажешь, – злорадно оскалился Гришка. – Старенькому очкастому доктору. В ближайшей больнице…. Ещё раз взглянешь в сторону этой сеньоры – голову оторву, насажу её на самый большой рыболовный крючок и поймаю – на данную кучерявую наживку – огромного голодного сома. Которому потом и скормлю – поочерёдно – остальные части твоего фигуристого античного тела…. Всё, надеюсь, ясно и понятно?

– Так точно!

– Тогда иди, заводи двигатель. С парусами, пожалуй, не будем заморачиваться…. Медведь, как дела? Может, помочь?

– Шагай, Брюс, к рулю. Я здесь сам управлюсь.

Яхта, как и предполагалось, оказалась очень ходкой и прекрасно слушалась руля.

За кормой – друг за другом – остались Рыбацкое, Усть-Ижора и посёлок имени Свердлова.

– Подходим к нужной излучине, – объявила Сова, стоявшая на носу яхты с мощным биноклем в руках. – Островки, отмели, почерневшие брёвна, стаи наглых и крикливых чаек…. Вижу баржу! Ржавая-ржавая. Похоже, что она – почти посерёдке – слегка надломилась…. На палубе, недалеко от ходовой рубки, стоит пляжный шезлонг. В шезлонге сидит барышня в цветастом купальнике. Загорает, понятное дело…. Лица не видно. Северина? Извини, не разобрать. Надо подойти поближе…

– А, вот, этого мы делать не будем, – ловко управляясь с рулём, решил Гришка. – Вспугнём ещё, не дай Бог, осторожную фигурантку…. Следуем прежним курсом. Оля, как пройдём ближайший мыс и повернём, высматривай подходящее место для стоянки.

– Слушаюсь, мой капитан!

«Кошка» встала на якорь в крохотной уютной бухточке.

– Чуть дальше в Неву впадает безымянный ручей, – доложила Сова. – Или же это – старица? За плотной стеной камыша виднеется водная гладь. Там, похоже, что-то вроде речного разлива, оставшегося с весны…. Наши дальнейшие действия, господин командор эскадры?

– Четырнадцать сорок пять, – взглянув на наручные часы, задумался Григорий. – Неплохо было бы определиться до вечера…. Надувная лодка имеется?

– Так точно, – дисциплинированно откликнулся Медведь. – С подвесным моторчиком. Правда, с маломощным. Всего-то две с половиной лошадиные силы.

– А всякие удочки? Подсачники? Спиннинги?

– Найдём. Не вопрос.

– Значится так. Накачиваем лодочку. Спускаем её на воду, загружаем удочками-спиннингами, забрасываем моток крепкой верёвки, вставляем в уключины вёсла и прицепляем мотор. Ты, косолапый, остаёшься на борту яхты.