Похищение лунного камня - Владимир Сотников

- Слушаем внимательно, - не поворачивая головы, напомнила она Ларику его обязанность. - А то и объяснить не успеешь. До самой церкви молчать будешь?

- Стойте! - остановил всех Ларик. - Зайдем в гараж. Надо прихватить с собой кусок колокола.

Петич хмыкнул:

- Ну, все теперь стало ясно. Ларион спятил. Просто перенапряг свои извилины.

Но Ларик не обратил внимания на издевательский тон друга.

- Сейчас мы вернем осколок отцу Николаю. Извинимся и все расскажем. Нам надо во что бы то ни стало завоевать его доверие. Если он не вор, то обязательно поможет нам.

- Не вор! - хмыкнул Петич. - А если вор?

- Тогда... Тогда не знаю, - честно признался Ларик. - Но я думаю, если он вор, это мы сможем определить по его реакции. Не актер же он великий и гениальный, чтобы скрыть свои чувства! Испугается или хотя бы разволнуется. Выдаст себя, короче.

- Что-то я не пойму тебя, Ларион, - вздохнул Петич и остановился. - То умные вещи говоришь, то чепуху несешь. Непоследовательный ты в своих мыслях.

- И в чем же выражается его непоследовательность? - язвительно спросила Вилька.

Ясно было, что она морально поддерживает Ларика.

- Вот ты сейчас предлагаешь, - продолжал Петич, - встретиться с отцом Николаем. Извиниться к тому же предлагаешь. А между прочим, он подозреваемый. Не буду уж говорить о том, что я вообще уверен в его виновности. А только что мы встречались с человеком - я имею в виду Леонида, ученого - к которому просто мечтали обратиться за помощью. Вилька даже выслеживала его для этого. И - ничего не спросили! Ни слова, ни полслова даже не сказали! Это как назвать? Вот это и есть непоследовательность. Я хорошо объяснил? - обернулся Петич к Вильке.

Та молча кивнула. Она ждала, что скажет Ларик.

- Во-первых, вся помощь Леонида состояла бы в том, что он указал бы на отца Николая. Мы это и так знаем. Во-вторых, если честно, не понравился мне этот Леонид, - тихо ответил Ларик. - Хоть и похож он на Якубовича, хоть и метеориты нам показал. Даже то, что в милицию уже обратился - сам, без художника - не понравилось. Какой-то он... не грустный, что ли. Подозревает своего друга в краже и рад этому! Да нормальный человек - как тот же Ганнибал - должен переживать подобное как самое большое горе! А ученый как с цепи сорвался, набросился на священника...

- А по-твоему, можно воровать, и друзья тебя по головке должны гладить? - сердито спросил Петич.

- Не гладить, конечно, - грустно вздохнул Ларик. - Но и не прыгать от радости. Это же друг. А Леонид и Ганнибала изо всех сил на него натравливает, и уже милицию, наверное...

И вдруг, произнеся эти слова, Ларик чуть не подпрыгнул.

- Да что же мы тут стоим! - вскричал он. - Развели рассуждалки! Так мы вообще ничего не успеем! Ладно, Петич, не надо в гараж, не надо брать этот осколок... Нам бы хоть просто так успеть поговорить со священником!

И Ларик со всех ног рванул к остановке. Петичу с Вилькой ничего не оставалась, как поспешить за ним. Петич, правда, успел ещё разок крутнуть у виска пальцем. Жест был направлен в Лариков адрес, разумеется.

В автобусе то Вилька, то Петич открывали было рты для вопросов, но переглядывались и умолкали. Потому что у Ларика был такой сосредоточенный вид, что друзья боялись сбить его с толку. Раз уж Ларик задумался, знали они, то пусть продолжает свои размышления. Тем более что ни Вилька, ни Петич просто не представляли, что делать дальше.

Они думали о том, что расследование зашло в тупик. И так никакого плана у этого расследования не было, все шло само собой. А сейчас и вовсе сплошная неразбериха. Художник сидит себе дома, ничего не предпринимает, да ещё и милицию запрещает подключать. Интересно получается - а как это он собирается таким образом найти метеорит? Камень сам к нему прилетит, что ли, во второй раз? Ларику, видите ли, не понравился "Якубович". Тоже интересно. Оказывается, если кто-то что-то украл, то надо сочувствовать ему, плакать навзрыд от горя! Вот дает Ларик! А к священнику, главному подозреваемому, спешит, как на встречу назначенную!

Ничего не понимали Вилька с Петичем, потому и помалкивали. А что можно сказать, если никаких предложений у них нет? Ларик - другое дело. Что-то соображает, тащит их в церковь. Правда, толком пока ничего не объяснил. Объяснит, никуда не денется! Вот провалится по его вине вся операция, пусть тогда и объясняет. Петич уже один раз прокололся, сейчас, видно, Ларикова очередь.

Примерно такие одинаковые мысли крутились в головах Петича и Вильки. И настроение у них было - хуже некуда. Потому что они почти смирились с тем, что оказались в этой истории посторонними наблюдателями. Наверное, прав Ларик в том, что их опередили. "Якубович" опередил. Не послушал художника, обратился в милицию - и правильно сделал, если рассудить здраво и встать на его место. Жалко, что не подружились с ним вовремя... Хоть какое-нибудь участие приняли бы в расследовании. А так... Просто глупо все. Будто смотрят неинтересный фильм, в котором им не досталось ни одной, самой маленькой, роли.

Они выскочили из автобуса на знакомой Петичу остановке, возле автозаправки.

- Куда теперь? - спросил Ларик.

Петич недовольно махнул в сторону церкви. Не нравилось ему быть обычным проводником, не нравилось! Не привык он к таким простым вещам. Если Ларик такой умный, то пусть сам бы и нашел церковь. Чего её искать? Вон она, за деревьями.

- А сейчас меня ждут самые обыкновенные неприятности, - проговорил Петич.

Ларик обернулся на ходу:

- Какие неприятности?

- Сцапают меня, и все, - обреченно объяснил тот. - Рабочий узнает и сцапает. Скажет: вот он, держите вора!

- Ну... ты пока не ходи туда, - предложила Вилька. - Подожди нас где-нибудь рядом, ладно? Мы все разведаем, Ларик поговорит, если хочет, со священником, а потом и тебя позовем. Да, Ларик?

- Конечно, - подтвердил тот. - Хотя, я думаю, бояться нечего. Мы ведь, можно сказать, и пришли затем, чтобы все объяснить.

- Это я-то боюсь? - возмутился Петич. - Да я, если хотите знать...

- Знаем, знаем, - улыбнулся Ларик. - Только ты прав. Может, нас и не пустят дальше ворот. Так что для пользы дела лучше останься где-нибудь за стеной. И правда, сначала мы все объясним, а потом и тебя позовем.

Петич молча согласился.

Но как только они вышли за деревья, то остановились все втроем как вкопанные. У церковных ворот стояла та самая милицейская машина, которую они видели во дворе дома Ганнибала.

- Вот, я же говорил... - пробормотал Ларик. - Опоздали.

А дальнейшее и вовсе поразило их.

Из ворот вышел священник в сопровождении незнакомого человека.

- Следователь, - сказал Ларик.

Это было понятно и без его объяснения.

Отец Николай шел, понуро опустив голову.

- Как на эшафот идет, - проговорила Вилька с некоторым сочувствием.

Следователь и священник сели в машину, и она проехала мимо ребят. На всякий случай отвернувшись в сторону, друзья подождали, пока машина скроется из виду, и рванули к церкви. Даже забыв о всяких неприятностях, ждущих там Петича.

Но у ворот не было ни рабочих, ни охраны. Сидели только на скамейке две старушки в черном. К ним и бросилась Вилька.

- Ой, а куда это отца Николая повезли? - жалобным голоском спросила она. - Он сказал, что целый день здесь будет...

- Будет, будет, - успокоила её одна из старушек. - Раз сказал, значит, будет. Через полчаса обещал вернуться. Он ещё никого не обманывал... А вы про воскресную школу хотели узнать?

Вилька закивала и вернулась к ребятам.

- Слышали? Обещал вернуться.

Петич махнул рукой:

- Так все преступники говорят, когда их арестовывают. Уверяют, что они не виновны, что это недоразумение. А милиция им в ответ: разберемся, спокойно, гражданин. Вот и уехали разбираться. Конечно, священник бабкам этим напудрил мозги - мол, вернусь скоро. Ждите. Пишите письма.

Каким-то обреченным и виноватым голосом Ларик произнес:

- Все. Опоздали. Слишком явные улики против священника. Во-первых, "Якубович", наверное, все свои подозрения милиции красочно изложил. Во-вторых, свидетели, конечно же, нашлись. Даже вы видели его во дворе как раз во время кражи. А уж мамаши, которые из окон выглядывали... Так что отец Николай, скорее всего, все-таки обманул старушек. Не вернется он через полчаса.

- А чего ты переживаешь? - спросил Петич. - То тебе хочется, чтобы ученый плакал из-за своего друга-преступника, то сам всхлипываешь от жалости. Так ему и надо, вот что я скажу. Ты, Ларион, лучше себя пожалей. Выглядели мы в этой истории как котята слепые. Туда сунулись, сюда сунулись - везде ошибки, везде опоздания. Как в школе!

- Как на вокзале, - поправила его Вилька. - Говорит же Ларик: опоздали.

- Ну, а если так, - чуть не заорал, выплескивая всю свою обиду, Петич, - то сдаю я свой билетик обратно! Тем более что поезд ушел!

И, не оглядываясь, он пошел по знакомой тропинке. Вилька, а за ней и Ларик побрели следом. Они и правда напоминали отставших от поезда пассажиров.