Банда - 2 - Виктор Пронин

Сысцов сидел неподвижно, не решаясь даже поднять руку, чтобы вытереть вино с лица. В глазах его была растерянность, был и гнев, но какой-то беспомощный, подавленный.

- Ну что ж... Ну что ж, - повторял он. - Если так... Действительно... Мотор машины заработает и пожалуйста...

- Какой-то вы замшелый, Иван Иванович... Тяжело перестраиваетесь. Не знаю, что вы там Президенту насоветуете, не знаю... До скорой встречи, Иван Иванович, - Пафнутьев поднялся и быстрыми частыми шагами направился к воротам. Ни Сысцов, ни один из его боевиков не пошевелились. Только у самых ворот Пафнутьев решился оглянуться - все оставались неподвижны. Не искушая больше судьбу, он проскользнул в приоткрытые ворота. Его машина стояла на месте. Возле нее торчал еще один боевик. Он посмотрел на Пафнутьева с нескрываемым удивлением.

- Быстро к шефу! - сказал Пафнутьев. - Установка меняется.

Решительно отодвинув парня в сторону, он открыл дверцу, сел за руль, включил мотор и, не теряя ни секунды, рванул с места. Через триста метров остановился - на дороге стоял Андрей.

- Садись быстрее! - сказал Пафнутьев, распахивая дверцу.

- Что вы ему сказали на прощание? - спросил Андрей, когда машина вырвалась на шоссе.

- Что говорят люди, покидая гостеприимного хозяина... До скорой встречи.

- Надо было его все-таки хлопнуть.

- Ни в коем случае! Это всем им развязало бы руки и мы бы отсюда так легко не выбрались.

- А дело бы сделали, - стоял на своем Андрей.

- Нет, Андрюшенька... Нам не только о себе надо думать. Нам еще кое-кого спасать надо.

- Кого именно?

- Начнем с Фырнина. Ему, похоже, крепко досталось. А потом, помолясь, и за тебя возьмемся, - Пафнутьев прибавил скорости, обошел сразу несколько грузовиков и вырвался на простор. Дорога была свободная, холодный осенний воздух охлаждал мотор, врывался в салон, наполняя его запахами поздней осени. - Как же я напьюсь сегодня с Аркашкой и Овсовым, - проговорил Пафнутьев после долгого молчания. - Как же я напьюсь, - и радость предвкушения озарила его лицо.