Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Полковник задумчиво пробежал их глазами, пытаясь найти знакомые фамилии, однако ничего похожего не обнаружил.

– Скажите, – вновь обратился он к собеседнику, – а где работал Винников до вашего центра?

Пригоров наморщил лоб:

– Он жил в другом месте. Приехал, кажется, из Зеленограда.

– Из Зеленограда? – ухватился Гуров за эту информацию – данные о биографии Винникова еще не были готовы. – А почему он уехал оттуда?

Пригоров пожал плечами:

– Ну… Почему все рвутся в Москву? Считают, что в столице жить лучше. Хотя это спорный вопрос. Вот, например, был у меня клиент…

Но Гуров нетерпеливо прервал его, не вступая в обсуждения перспектив жизни в столице:

– А где и кем он работал в Зеленограде?

Пригоров закатил глаза, припоминая:

– Он занимался там частной практикой. Была своя фирма, названия я не помню…

– Но ведь оно должно быть у вас где-то записано!

– Да, где-то записано, – подтвердил Пригоров.

– Я же просил вас принести все документы, касающиеся Винникова! – сердито сказал Гуров.

Пригоров развел руками, словно давая понять, что не думал, насколько это важно.

– Это же давно было, – заметил он.

«Как сказать, – подумал Гуров. – Убийство Светланы Лихачевой тоже произошло давно, если сравнивать со смертью Ирины Умецкой, – разница в полгода. А Винников приехал в Москву восемь месяцев назад. Во всяком случае, когда он пришел к Пригорову. Нужно обязательно выяснить, когда он уехал из Зеленограда и почему».

Ситуацию несколько прояснила Елизавета Спицына, с которой Винникову приходилось сталкиваться чаще, чем с Пригоровым, поскольку она все время находилась в холле и периодически заводила разговор с выходившими покурить сотрудниками.

По ее словам, Винников уехал из Зеленограда незадолго до того, как пришел работать в «Аниму». Причин его отъезда она не знала.

– Юрий Александрович не любил об этом вспоминать, – поведала она. – Было видно, что ему неприятны расспросы на эту тему, ну я и прекратила расспрашивать.

Зато Елизавета, в отличие от Пригорова, хорошо помнила, что фирма, которую возглавлял Винников в Зеленограде, носила звучное название «Харизма».

– А почему он так назвал свое заведение? – полюбопытствовал Гуров.

– Не знаю. Наверное, в честь себя, – усмехнулась Елизавета. – Ведь Юрий Александрович был очень харизматичен. У него было самое большее количество клиентов. Хотя, глядя на него со стороны и не зная близко, можно было подумать, что он недотепа-неудачник. Но это совсем не так! Стоило ему заговорить, приступить к работе, он совершенно преображался. И никто уже не замечал, что у него мятый костюм, а галстук съехал набок. Он был очень хорошим специалистом и… несчастным человеком.

– Почему вы так решили? – удивился Гуров.

– Ну как… – пожала плечами Елизавета. – Человеку далеко за сорок, а у него ни семьи, ни друзей… Живет один, кроме работы, по сути, ничего не имеет. У него даже машины не было, он на метро домой добирался. Он мне говорил, что машина у него была, но он ее продал при переезде из Зеленограда, чтобы хватило денег на квартиру здесь. Добавлять ведь немало пришлось. А он, хотя и зарабатывал прилично, на себя мало тратил. Купил себе дорогой костюм, фирменные ботинки, японские часы, и так и ходил в этом изо дня в день.

– У него когда-нибудь была семья? – спросил Гуров.

– Этого я не знаю, – покачала головой Елизавета. – Ни о бывшей жене, ни детях он никогда не упоминал. Родителей, кажется, у него нет. Но это и неудивительно, он ведь был уже не молод.

– А отношения на работе он не пытался завязать? С сотрудницами, с клиентками? – предположил Гуров.

– Да что вы такое говорите! – сердито посмотрела на него Елизавета. – Такие вещи совершенно недопустимы при работе психотерапевтом! Нельзя смешивать личное и профессиональное! Он бы вмиг потерял работу – Александр Анатольевич подобные вещи сразу пресекает.

Гуров задумчиво смотрел в окно. Наконец решился задать еще один вопрос:

– А Юрий Александрович не делился с вами – ну, может быть, мимоходом, – какими-нибудь наиболее интересными случаями из своей практики? О судьбе своих клиентов, об их поведении?

– Нет, – решительно отвергла подобное предположение Елизавета. – Никогда. Это говорило бы о его непрофессионализме, а он был профессионалом.

Делясь с Орловым и Крячко полученными сведениями, Гуров все время пребывал в задумчивом состоянии.

– Лева, ну что ты так кручинишься? – не выдержал Орлов. – Главное, что преступник обезврежен. Да, пускай все получилось не так, как мы рассчитывали. Пусть не совсем мы его обезвредили, но ведь главное-то в том, что он больше никому не причинит вреда. Можно не опасаться за жизнь еще какой-нибудь молодой женщины.

– А вдруг это не так? – вскинул глаза Гуров.

– Как это? – не понял Орлов.

– Ну, вдруг Гордин ошибся? И Винников – совсем не тот человек, который нападал на женщин?

– А зачем тогда он туда пришел? – недоверчиво посмотрел на него Орлов.

– И почему у него найдены вещи потерпевших? – поддержал его Крячко.

– Не знаю! – Гуров порывисто встал со стула и заходил по кабинету. – Не знаю! Вроде бы многие улики указывают на него. И человек он странный, и одинокий, и эксцентричный… Психотерапевт – тоже можно допустить, что у него от общения с клиентами и занятий гипнозом у самого съехала крыша. Уехал из Зеленограда – время прибытия в Москву совпадает с началом цепи убийств в Свиблово. И все-таки это может быть не он. И коллеги по работе говорят, что этот человек интересовался только своей работой, был отличным профессионалом. Словом, не покидает меня ощущение, что маньяк кто-то другой.

– Лева, но ведь ты не будешь отрицать очевидное? Что Винников имеет отношение к этим убийствам? – не выдержал Орлов. – Этого же нельзя отрицать!

– Имеет, – твердо сказал Гуров. – Это безусловно. Но вот какое? Скажите, вам не приходило в голову, что его просто подставили?

Орлов нахмурился и переглянулся с Крячко. Станислав пошевелил пальцами в воздухе, давая понять, что не думал ни о чем таком. Орлов долго молчал, размышляя над услышанным.

– Лева, но это не так просто сделать, – наконец покачал он головой. – Теоретически – да, можно. Можно выманить его туда под каким-то предлогом, но как, как предугадать, что там будет находиться Гордин? Как злодей мог это знать? Значит, он следил за Гординым и вообще за всем, что происходит вокруг этого фитнес-центра?

– Ну а почему ты считаешь, что этого не может быть? Ведь я уже доказывал вам, что наш злодей прекрасно осведомлен о том, что происходит в центре и его окрестностях! Кстати, я показывал фотографию Винникова жителям близлежащих домов. Так вот, никто из них ни разу не видел этого человека!

– А Гордин? – спросил Орлов.

– Гордин тоже не видел, Правда, он начал следить всего несколько дней назад. После убийства Умецкой. И вот еще что не дает мне покоя… Ведь Винникову кто-то позвонил в тот вечер, когда он погиб, помните? Нам Спицына об этом сказала. Так вот, я попросил проверить номер, с которого ему позвонили. И вот что меня насторожило – номер этот нигде не зарегистрирован. Значит, левая сим-карта. То есть человек либо нашел ее, либо купил где-то, где можно не оформлять карту на свое имя.

– Это как? – не понял Крячко.

– Отсталый ты человек, Станислав, – снисходительно сказал Гуров. – И отсталость твоя от чрезмерной цивилизации. Живешь в мегаполисе и понятия не имеешь, как живет провинция. А еще меня упрекаешь в отдаленности от народа! А ты знаешь, что, к примеру, на Украине сим-карту можно купить как пачку сигарет? Без всякого паспорта и оформления. То есть купил – использовал – выбросил. Вычислить владельца невозможно! Вот тебе как вариант. Эх ты! Не знаешь, как живут твои братья-хохлы!

Крячко забормотал что-то в свое оправдание, но Гуров его не слушал. Он постоял в углу кабинета, заложив руки за спину, потом повернулся к Орлову и сказал:

– Я еду в Зеленоград.