Психопат - Энтони Бруно

Встав, он отодвинул стул Стэси и повел ее к столику капо.

—Они, кажется, не очень рады тебя видеть, — сквозь зубы процедила Стэси."

— Не волнуйся. Такие уж это люди. Сдержанные в проявлении чувств.

— Кто они? Убийцы?

Тоцци положил руку ей на плечо:

— Не волнуйся. Ничего не случится.

— Прошу прощения, сэр. — Когда они уже подходили к столику Джуси, на пути у них встал Счастливчик. — Ваш столик там, сэр.

Тоцци поглядел мимо него на владельца ресторана.

Джуси Вакарини лениво покуривал сигарету, поставив локти на стол и переплетя пальцы перед подбородком. Он, щурясь, неотрывно глядел сквозь дым на Стэси. Серо-стальные волосы этого худощавого человека с длинным лошадиным лицом были зачесаны на уши по последней моде. Одет он был безупречно, кожа его отливала тем восковым блеском, какой Тоцци видел у актеров, сделавших косметическую операцию по удалению морщин. Выглядел Джуси молодо, но Тоцци знал, что он немолод — за пятьдесят.

Фрэнк Бартоло, наоборот, олицетворял разжиревшего обжору. Согнувшись с вилкой в пухлой руке над горой золотистых жареных кальмаров, он сверкал на Тоцци взглядом из-под густых, кустистых бровей. При совершенно лысой голове они придавали его лицу какое-то злобное выражение.

Не сводя сощуренных глаз со Стэси, Вакарини еще раз затянулся сигаретой:

— Это вас я видел по телевизору, не так ли?

Вздохнув, Стэси закатила глаза и кивнула. Ей осточертело, что ее все узнают.

— Знаете, всякий раз, смотря ваш ролик, я говорю себе: «Талант. Зачем она тратит время на дешевую коммерческую рекламу?» — Он погрозил ей двумя пальцами с зажатой между ними сигаретой. — Вам нужно играть серьезные роли. — Струйка дыма поднималась над его рукой, словно лассо. — В кино.

Тоцци стиснул челюсти. Он видел, что поистине обворожительная улыбка этого человека действует на Стэси. Не стоило приводить ее сюда.

— Джуси, как дела?

Капо безраздельно отдавал свое внимание девушке и не замечал Тоцци.

— Прошу вас, присаживайтесь.

Он указал на стул перед собой.

Стэси поглядела на Тоцци, как бы спрашивая разрешения. Ему этого не хотелось, но он, кивнув, придвинул ей стул. Потом сел сам напротив Бартоло.

Тот заворчал:

— Кто приглашал тебя, Тоцци?

Майк повесил трость на край стола.

— Мы неразлучны.

— Вот как? Она тоже из ФБР?

Тоцци искоса глянул на Стэси:

— По-твоему, похожа?

Стэси гневно сверкнула взглядом на обоих:

— Почему вы не зададите этот вопрос мне?

Бартоло хмыкнул и нанизал на вилку несколько кальмаров.

Джуси поднял взгляд на Счастливчика:

— Принеси нам бутылку «Кристалла».

Метрдотель кивнул и направился к бару.

Джуси поглядел в глаза девушке:

— Я предпочитаю «Кристалл». По-моему, у него более изысканный вкус, чем у «Дом Периньон».

Тоцци ухмыльнулся:

— Не эта ли марка досталась грабителям грузовиков на прошлой неделе?

Джуси словно бы не видел его. Он не сводил взгляда со Стэси. Как и все мужчины в зале, за исключением Бартоло — тот набивал свой противный маленький рот кальмарами и недобро поглядывал на Тоцци.

Они смотрели друг на друга с минуту, потом Бартоло неожиданно выпалил:

— Ну так что тебе нужно?

— Пообедать.

— Тогда садись за свой столик.

— Этот мне нравится больше.

— Знаешь что? Это правительственное вмешательство. Ты вызываешь у меня изжогу. Я напущу на вас своих адвокатов.

Тоцци взял свою трость и завертел изогнутым набалдашником.

— Фрэнк, я в отпуске по состоянию здоровья. Следовательно, служебных обязанностей не исполняю. Поэтому просто пришел по-хорошему.

Бартоло заворчал:

— Дерьмо ты.

Джуси глянул на них и недовольно нахмурился. Ему не нравилось, что они употребляют крепкие выражения при даме. Потом пожал плечами и покачал головой, как бы извиняясь перед Стэси. Тоцци он по-прежнему в упор не видел.

Вернулся пианист. Джуси бросил ему многозначительный взгляд. Тот сел к инструменту и заиграл «Очарование». Джуси подался вперед и стал что-то говорить Стэси. За звуками музыки Тоцци не мог разобрать ни слова. Он рассчитывал, что все так и будет: Стэси овладеет вниманием Вакарини, а ему тем временем удастся поговорить с Бартоло. Ладно, пусть. Он это стерпит.

— Ну и как идут дела, Фрэнк?

Бартоло, уставясь в тарелку, продолжал жевать.

— Фрэнк, скажи мне кое-что. Изо всей этой ерунды, что пишут в газетах, можно хоть чему-то верить?

Тот потянулся к бокалу, отпил глоток вина и снова принялся за кальмаров.

Тоцци подвинулся к нему поближе и прошептал:

— Некоторые газеты пишут, что Джуси прикончил Мистретту и стал новым доном. Это так?

— Убери-ка подальше свою рожу.

Тоцци откинулся назад.

— Слушай, Фрэнк, я спрашиваю просто из любопытства. Последние дни я не появляюсь в конторе. И не знаю, что происходит.

Бартоло направил зубцы вилки на Тоцци:

— Слушай, умник, не хитри со мной. Думаешь, я ничего не понимаю? Вы хотите пришить это дело нам, потому что неспособны найти настоящего убийцу. Ты никого не проведешь, Тоцци. Джерри и старика прикончил какой-то псих. Это всем ясно. Только сумасшедший мог так изрешетить пулями тела.

— То есть ты сделал бы все иначе. Чисто. Пулю в затылок, может, для гарантии, две, и быстро бы смотался.

— Эй! Не извращай моих слов. Я никого никогда и не собирался убивать. Джуси тоже.

— Хорошо, хорошо. Я верю тебе, Фрэнк. Правда... А как Сол Иммордино? Мог он это сделать?

При упоминании Сола Джуси быстро глянул на них и отвернулся. Значит, прислушивается. Хорошо.

Бартоло перестал жевать и уставился на Тоцци.

— Иммордино должен находиться в психушке. Его что, выпустили?

Тоцци пожал плечами:

— Не думаю. Я навещал его только вчера.

Челюсть Бартоло отвисла.

— Он с тобой разговаривал?

Тоцци не ответил. Пусть думают, что разговаривал.

— Значит, — спросил он, — ты полагаешь, Сол мог сделать что-то в таком духе? Ведь признали же его «невменяемым».

Бартоло бросил вилку и потряс кулаком:

— Как? Как он мог это сделать?

— Не понимаешь? Нанял убийцу.

Бартоло сложил перед собой ладони и затряс руками, словно молился Богу:

— Он же псих. Как он мог заказать убийство? Он не может заказать даже чашки кофе, черт возьми.

Тоцци поглядел на Джуси, но тот упорно смотрел на Стэси.

— А что, Фрэнк? Он уже почти два года в этой больнице. Может, подлечился.

Бартоло махнул рукой:

— Да брось ты.

Тоцци удивился, что Бартоло утверждает, будто Сол действительно сумасшедший. Он рассчитывал, что Фрэнк ухватится за возможность приписать убийство Мистретты Иммордино и тем самым уничтожить его. Сола он ненавидел. И заодно избавил бы от опасности Джуси, свалив убийство на Иммордино. Возможно, Сол, Джуси и Бартоло действовали тут сообща. Однако Тоцци в этом сомневался. Такое примирение, учитывая старые счеты, мало вероятно.

Метрдотель принес бутылку шампанского в ведерке со льдом и четыре высоких бокала. Принялся их расставлять, но Джуси остановил его.

— Только два, — сказал он так, чтобы Тоцци расслышал, и указал на пространство между Стэси и собой.

Девушка бросила взгляд на Тоцци. Вид у нее был слегка нервозный. Ему стало любопытно, что Джуси ей плетет. Однако он не волновался. У нее хватит ума раскусить этого скользкого типа. С неутраченной мужской силой. Черт.

Когда Счастливчик стал откупоривать шампанское, Тоцци снова повернулся к Бартоло:

— Фрэнк, кто же, по-твоему, подослал к Мистретте убийцу, если не Сол?

— Откуда мне знать, черт возьми?

Тоцци понизил голос:

— Кончай, Фрэнк. Не прикидывайся дурачком. Ты знаешь кто.

— Ничего я не знаю.

Бартоло вернулся к своим кальмарам.

Тоцци наклонился к нему:

— Послушай, Фрэнк. А если я скажу, что мы можем защитить тебя? Переселим, изменим фамилию, устроим тебе новую жизнь. И твоему сыну, и всей семье. Твое имя не будет фигурировать ни в каких расследованиях — разумеется, за исключением убийства. Если заключим такую сделку, я все устрою. Только скажи мне, кто прикончил Мистретту.

Бартоло перестал жевать и поглядел ему в глаза:

— Если заключим такую «сделку», ты поселишь меня в доме по соседству с Солом?

Тоцци пожал плечами. Пусть думает, что Сол раскололся и выкладывает все ФБР. Это сведет его с ума. И тогда они наломают дров.

Хлопнула пробка, Тоцци перевел взгляд на Счастливчика. И увидел, что появился телохранитель. Здоровенный тип, втиснутый в двубортный костюм серо-жемчужного цвета, стоял у пианино, пялился на него в упор. Он напоминал буйвола, злобного, тупого. Трудно было понять, что он думает и думает ли вообще. Его большие бледные руки лежали на крышке инструмента, напоминая вареных кур.

Пианист окончил «Очарование» и тут же заиграл «Незнакомцев в ночи». Джуси вышел из-за стола. Помог встать Стэси, взял ее за руку и повел в тесный промежуток между пианино и столиком. Они начали танцевать. Этого в его ресторане не полагалось, однако Джуси танцевал со Стэси, и все смотрели на них, за исключением четырех тучных пар за большим столом посреди зала, поглощавших пирожные и ватрушки. На лице Тоцци заиграли желваки. Он неотрывно смотрел на руку Джуси, которую этот сукин сын держал на талии девушки.