Психопат - Энтони Бруно

— Меня можно найти по этому телефону. Если увидите, что мистер Иммордино ведет себя как-то необычно, по-новому, то позвоните мне, я буду очень признателен.

— Ладно.

— Спасибо, что приехали. Извините, что побеспокоил вас в выходной.

— Ничего особенного.

Чарльз поднялся и, скрипя по линолеуму кроссовками, пошел к двери.

Тоцци наклонился к Солу:

— Сол, последний шанс. Хочешь что-нибудь сказать мне?

Иммордино опять стиснул кулаки. Руки его тряслись от бешенства. Хотелось снести Тоцци башку и помочиться ему в глотку. Но он боялся шевельнуть хоть одной мышцей, сделать что-то, показывающее, что он в своем уме. Разговор небось снимают из-за зеркала видеокамерой. В довершение всего Сол не мог решить, действительно ли Тоцци знает что-то о нем, Эмерике и Чарльзе, или просто притворяется, надеясь запугать его и развязать язык. Должен бы уже понять, гад, что ему это не удастся.

Тоцци поднялся и оперся о трость.

— Значит, ничего не скажешь? Ну что ж, Сол, приятно было с тобой пообщаться. — Он собрался было уходить, но обернулся вновь. — Кстати, передать Джуси привет от тебя?

Не поднимая головы, Сол скрипнул зубами и до боли сжал пальцы. Пошел к черту, Тоцци.

—Я так и подумал.

Тоцци пошел к двери, приволакивая ногу.

Сол провожал его взглядом, сцепив кулаки и зубы.

Считай себя покойником, Тоцци!

Глава 8

Тоцци помог Стэси снять кожаную куртку и отдал ее гардеробщице. В тот вечер Мисс Накачивайся выглядела изумительно. Черное платье до половины ляжек, черные замшевые туфли на высоком каблуке и в довершение всего роскошные волосы. Воплощенная мечта. И считал так не только Тоцци.

Двое мужчин у стойки тут же уставились на нее, выражая ошалелыми лицами высшую оценку. Поманили к себе бармена и поинтересовались его мнением. Тот с ними согласился. Тоцци готов был держать пари, что они гадают, действительно ли это Мисс Накачивайся. Все трое, очевидно, загорелись к ней страстью. А Тоцци хотелось бы загореться. Но никаких обнадеживающих признаков не было, и это сводило его с ума. Серьезных причин для бессилия он не видел и обращаться к врачу не собирался. Причина явно психологическая. Тоцци считал, что справится с ней сам. Если Стэси будет рядом, нормальное кровообращение восстановится. При правильной стимуляции все получится. Он был в этом почти уверен.

Тоцци взял у гардеробщицы номерок и, опираясь на трость, подошел со Стэси к метрдотелю. Кожа ее обнаженного плеча была тугой и нежной.

Владелец этого отличного ресторана на Восточной Семьдесят первой улице назвал его «Помпея». Тоцци оглядел зал и остановил взгляд на дальних столиках, где обычно располагались особые клиенты. Ему бросилась в глаза сверкающая лысина Фрэнка Бартоло. Рядом сидел Джуси Вакарини. Вдвоем за столиком на четверых в углу возле пианино. А почему бы нет? Ресторан принадлежит Джуси.

Глядя, как он закуривает сигарету, Тоцци пожалел, что привел Стэси. Джуси определенно положит на нее глаз. А он умеет производить впечатление на красивых женщин. И неудивительно. Крупнейший содержатель публичных домов на северо-востоке страны должен иметь талант для вербовки персонала.

Стэси мило улыбнулась Тоцци и проговорила сквозь зубы:

— Тоцци, этот ресторан похож на места, где гангстеры сводят счеты. Я не хочу попасть завтра на первые страницы газет с лицом в тарелке спагетти.

Тоцци весело улыбнулся в ответ:

— Тогда закажи что-нибудь другое.

— Очень остроумно. — Ее улыбка стала саркастичной. — Энергия этого заведения мне не нравится. Может, пойдем домой? Я что-нибудь приготовлю.

Тоцци видел, что она нервничает.

— Не беспокойся. Ничего не случится. Мы поглядим, что здесь делается, и только. К тому же кормят они превосходно. Как и во всех ресторанах, принадлежащих мафиози.

Тоцци успокаивающе похлопал ее по руке.

Метрдотель, лавируя между столиками, направился к ним. Лицом он напоминал покойника.

— Вы заказали столик, сэр?

— Да. На фамилию Томпсон.

Тот посмотрел книгу записей и кивнул:

— Прошу.

Идя вслед за метрдотелем, Стэси наморщила лоб и шепотом спросила:

— Томпсон?

— Нам нельзя пользоваться настоящей фамилией в таких случаях, — вполголоса ответил Тоцци. — Иначе могут подготовить неприятную встречу. Только не беспокойся, — торопливо добавил он. — С нами ничего не случится.

И украдкой глянул на ее лицо — поверила ли.

Потом обратил взгляд на метрдотеля. Он знал его, но не мог припомнить фамилию. Этот человек отбывал срок за ограбление грузовика с мехами. Взял на себя вину одного парня из команды Джуси. И в награду получил работу в ресторане. На его застывшем лице явственно читались радость и признательность.

Следуя за Счастливчиком, они миновали большой стол, сидящие за ним тучные пары ели пирожные и пили cafe-glace. Никто не поверит, что его появление здесь случайность, но надо делать вид, будто это именно так.

Счастливчик подвел их к столику у стены напротив двух капо. По другую сторону пианино сидели трое рядовых из команды Бартоло с тремя женщинами, слишком юными и соблазнительными, чтобы можно было принять их за жен. Луис Нардоне — Хитрюга Лу, Доменико Джамелла — Джип и Джимми Турано были главными людьми в команде, когда ею руководил Сол Иммордино.

Маленький Джимми Т. сколотил состояние на том, что организовывал маклерства, которые скупали и продавали сотни тысяч тонн бензина, а когда приходило время платить налоги — скрывался. Лишая Дядю Сэма его законной доли, Джимми мог продавать бензин розничным торговцам с большой скидкой и иметь хорошую прибыль.

Кривой Лу Нардоне заправлял на Лонг-Айленде несколькими компаниями по удалению асбеста. Он нанимал ищущих работу нелегальных польских иммигрантов, которые шли на риск и обдирали без всяких защитных приспособлений асбестовые потолки и теплоизоляцию труб, затем глубокой ночью сваливали токсичный материал у какой-нибудь фермы в районе Олбани.

Джип владел компанией школьных автобусов, перевозящих детей-инвалидов. Он ухитрился получить эксклюзивный контракт на обслуживание всех школ в Бруклине, Куинсе и Манхэттене. Не имея конкуренции, он мог заламывать какие угодно цены. И заламывал.

Однако, судя по недавним сообщениям осведомителей, эти люди были не особенно довольны своим новым капитаном. У Джипа оставался его парк школьных автобусов, но в дела Хитрюги Лу и Джимми Т. вмешался Фрэнк Бартоло. По приказу Фрэнка они сосредоточились на ростовщичестве и доходы получали гораздо ниже, чем при Соле. Очевидно, Бартоло не хотел ничем быть обязанным Иммордино, поэтому все предприятия, организованные во времена руководства Сола, теперь прикрывались.

Тоцци глянул на лица этих троих. Недовольными они в данную минуту не выглядели, но, видимо, тут не последнюю роль играли девицы. Отметил, что Бартоло не сидит со своими солдатами. Видимо, он умышленно пренебрегал ими, а они — им. Похоже, Фрэнк не желает водить компанию со своими людьми. Считает себя выше этого. Интересно.

Ощупав сквозь брюки перевязанную ляжку, Тоцци вспомнил, как Сол Иммордино накануне играл с ним в молчанку. Гиббонс навел справки о двух других мафиози, которые могли подослать к нему убийцу. Зучетти находился на какой-то ферме в дождливых джунглях Бразилии, прятался от конкурента-сицилийца, пытавшегося убить его, а Ричи Варга уехал в Калифорнию, подвизался там в роли кинопродюсера. Не занимался там ничем противозаконным и в течение восьми месяцев не покидал Голливуда. Разумеется, это ничего не гарантировало, но Тоцци с Гиббонсом решили, что Варга и Зучетти слишком далеки от нью-йоркских дел, чтобы думать об агенте ФБР, когда-то доставившим им неприятности. Таким образом, оставался только Сол Иммордино, и, учитывая, что дон этой семьи недавно убит, Тоцци не мог отделаться от мысли, что убийство Мистретты и его «ограбление» связаны между собой. Если за этими делами стоит Сол, значит, он ведет с Джуси борьбу за власть, и Вакарини, очевидно, может кое-что сказать по этому поводу. Конечно, в мафии существует обет молчания, однако если Джуси решит, что ФБР может позаботиться о его главном сопернике, то обронит несколько тонких намеков. Такое уже случалось.

Обернувшись к Бартоло и Вакарини, Тоцци заметил, что Джуси глядит в их сторону, но не на него. На Стэси. И, сжав губы, медленно выдохнул через нос. Он не собирался использовать ее как приманку, но...

Тоцци помахал Джуси рукой и заставил себя широко, приветливо улыбнуться.

— Там сидит мой знакомый, — сказал он девушке. — Пошли поздороваемся с ним.

Встав, он отодвинул стул Стэси и повел ее к столику капо.

—Они, кажется, не очень рады тебя видеть, — сквозь зубы процедила Стэси."

— Не волнуйся. Такие уж это люди. Сдержанные в проявлении чувств.