Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Хорошо, я ему скажу, – кивнул Верховский и вышел.

– Пока никого еще нет, давай тут все осмотрим, – предложил Лев. – Я осмотрю убитого, а ты проведи обыск в комнате. Думаю, время у нас будет: ведь секретарю надо не только разбудить хозяина, но и объяснить ему новую расстановку сил в поместье.

Он наклонился над телом Капралова и осмотрел карманы его брюк. В них было пусто. В это время Крячко ползал по полу, внимательно изучая все углы.

– Вот, нашел! – вдруг воскликнул он.

Гуров подошел ближе. Крячко держал в руках пистолетную гильзу.

– Где-нибудь и вторая должна быть, – сказал он. – Сейчас найду.

Стас начал искать вторую гильзу, а Гуров в это время окинул взглядом комнату. Еще в самый первый момент, когда только вошел сюда и включил свет, он обратил внимание на страшный беспорядок: на полу возле шкафа валялось белье, постель погибшего охранника, до этого аккуратно застеленная, была перевернута. Складывалось такое впечатление, что здесь что-то искали.

Между тем Крячко отыскал под шкафом вторую гильзу и аккуратно положил обе в пластиковый пакет.

– Ну вот, начинают накапливаться вещдоки, – заметил он.

В коридоре послышались шаги, и в комнату вошли сначала Верховский, а за ним и Стратонов.

Олигарх остановился на пороге и горестно всплеснул руками:

– Не может быть, не может быть! Федор Кузьмич! Да, это зашло слишком далеко…

– Совершенно с вами согласен, – заметил на это Гуров. – Я тоже считаю, что дело зашло слишком далеко и пора всем открыть карты. Садитесь, Аркадий Семенович, и давайте побеседуем.

– Что, прямо здесь? Над мертвым телом? – удивленно воскликнул хозяин поместья.

– А чего откладывать? С вами поговорю здесь. Потом тело уберем… Кстати, в доме есть место, где его можно было бы разместить до утра? Большой холодильник или что-то подобное?

Стратонов пожал плечами – он явно не разбирался в устройстве своего поместья. За него ответил Верховский:

– У нашего садовника Глухарева, я знаю, есть ледник, он на нем держит луковицы цветов, которые не переносят избыточного тепла.

– Вот туда и уберем убитого, – кивнул Гуров. – А после этого я побеседую с остальными обитателями дома. Вас, как человека занятого, я хочу отпустить первым. Вы не возражаете?

– Нет, против такой постановки вопроса я не возражаю, – сказал олигарх.

Он поискал глазами стул, поставил его поудобнее и сел. Гурову оставалось сесть на кровать. Прежде чем начать беседу с хозяином дома, он обратился к Крячко:

– Слушай, пройди в комнату Капралова, осмотри там все хорошенько, а потом опечатай.

Крячко вышел, вслед за ним, немного помедлив у дверей, вышел и Верховский. Гуров и хозяин поместья остались вдвоем.

– Прежде чем вести речь об убийстве Капралова, я хотел спросить вас о другом, – сказал сыщик. – Сегодня я вместе с вашим водителем Бурилкиным ездил в Пензу по поручению вашей дочери. Ей срочно потребовалось купить спортивное питание для своего жениха. В ходе поездки обнаружилось несколько странностей. Например, когда Бурилкину потребовалось оплатить товары, на счетах не оказалось денег. А на обратном пути нас ожидала засада. Какая-то машина перегородила нам дорогу, оттуда открыли стрельбу. Если бы не мастерство Бурилкина и не моя помощь, водитель не вернулся бы в поместье. После возвращения у нас с ним состоялся разговор, из которого я понял, что он считает вашу дочь виновной в организации этой засады. Правда, когда я спросил его об этом впрямую, он все отрицал. Я говорил и с вашим секретарем. Он признался, что Диане не стоит доверять. Теперь у меня вопрос к вам: почему нельзя доверять вашей дочери? Какие у вас с ней отношения?

Олигарх выслушал энергичную речь Гурова с безразличным видом, лицо его ничего не выражало.

– Вы закончили? – сказал он. – Хорошо, я отвечу на ваши вопросы, хотя не вижу, как они связаны с гибелью моего управляющего. Итак, какие у меня отношения с Дианой. Отвечаю: отношения самые лучшие, о каких можно только мечтать. Диана – любящая, внимательная дочь. У нас с ней нет никаких разногласий. И я не могу поверить, что Владимир мог сказать такую чушь – что, мол, Диане нельзя доверять. Вы, наверное, его как-то не так поняли. Вообще-то он очень толковый, преданный мне работник и никак не мог сказать что-то плохое про мою дочь. Что касается Бурилкина, то он отличный водитель, но в голове у него настоящая каша. Он, конечно, мог вообразить какие-то происки Дианы, какую-то засаду… У него пылкое воображение, и его нельзя принимать всерьез.

– Вы забываете, Аркадий Семенович, что я тоже был в машине вместе с Бурилкиным, – напомнил Гуров. – И тоже попал в засаду. Я отстреливался, выпустил целую обойму. Вы считаете, что это тоже мое воображение?

– Нет, конечно… – нехотя согласился Стратонов. – В таком случае это те же бандиты, что пытаются меня убить. Ничего нового. Нет никаких оснований припутывать Диану к этой криминальной истории.

– Хорошо, я понял. Тогда перейдем к Капралову. Вы вполне доверяли своему управляющему?

– Да, Федор Кузьмич, безусловно, человек, заслуживающий доверия, – твердо произнес олигарх. И затем, после некоторой паузы, добавил: – Был.

– Он не страдал от избытка воображения? От пылкой фантазии – как вы сказали про водителя?

– Нет, Федор Кузьмич был человек весьма рассудительный.

– Как вы думаете, что в таком случае могло заставить его среди ночи идти в комнату убитого охранника Цыплакова – замечу, комнату, опечатанную полицией?

– Ума не приложу! – признался Стратонов, разводя руками. – Надеюсь, что вы это выясните. Ведь это входит в вашу задачу.

– Сегодня ночью, примерно полчаса назад, вы слышали выстрел, донесшийся из этой комнаты?

– Нет, я крепко спал и ничего не слышал – ни криков, ни выстрелов.

– Значит, вы считаете, что никто в вашем доме не связан с теми людьми, которые покушаются на вашу жизнь?

– Ну, я не могу ручаться за охранников… – задумчиво произнес Стратонов. – Я их недостаточно знаю, ведь их нанимали Капралов с Верховским. Также я не могу полностью положиться на горничную и садовника. А вот о поваре Семене могу говорить более уверенно. Принимая его на работу, мы выяснили его прошлое, долго с ним беседовали, даже проверили на детекторе лжи… Ну, о Бурилкине я уже говорил.

– Что ж, спасибо за сведения, которые сообщили, – сказал Гуров. – Больше не буду вас задерживать. Что касается ваших подчиненных, то замечу, что за горничную Настю вы не готовы ручаться, а между тем она, не далее как вчера, спасла вам жизнь, когда отказалась дать вам яд по приказу Цыплакова. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи… – машинально повторил Стратонов, поднимаясь и направляясь к двери. – А про горничную – это вы правы. Это я как-то забыл…

Глава 20

После того как хозяин дома вернулся к себе наверх, Гуров вместе с Крячко разбудили двух охранников, Алексея и Юрия, и садовника Глухарева. Эти люди были нужны, чтобы отнести убитого управляющего на ледник. При этом оба оперативника внимательно следили за реакцией охранников и садовника на сообщение о смерти Капралова, но никаких признаков волнения или смущения не заметили.

Тело убитого унесли, а комнату Цыплакова вновь опечатали. Теперь предстояло допросить всех людей, находившихся в доме. Гуров решил разделить эту работу с другом: тот должен был побеседовать с Дианой, охранниками, садовником, поваром, горничной и водителем, а себе он оставил обитателей второго этажа – Ирину Стратонову, Клочкова, Соболя и Сотникова с его секретаршей. При этом он намечал допросить Ирину Сергеевну в последнюю очередь – не отдавая себе в этом отчета, Лев почему-то жалел жену хозяина поместья, хотя она вроде бы не нуждалась в жалости, и хотел дать ей подольше поспать и последней узнать печальное известие.

Однако вышло иначе. Не успел Гуров расположиться в гостиной, как на лестнице послышались легкие быстрые шаги, и вниз спустилась Ирина Сергеевна.

– Мне Аркадий сообщил, – сказала она, стремительно подходя к Гурову. – Это правда? Федор Кузьмич убит?