Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

В дополнительных данных по Эндвердсону, найденных Жаворонковым, вынырнул такой занятный факт, как посещение шведским профессором-нацистом… предприятия «Пламя-Дельта». Случилось это в прошлом году, сразу же после назначения Максима Стебалина гендиректором. Вскоре после этого на бедствовавший до той поры заводишко пролился золотой дождь инвестиций, позволивший его в кратчайшие сроки перевооружить ультрасовременным американским оборудованием, что и позволило ему сделать мощный рывок вперед.

Из глубокой задумчивости Гурова вывело дребезжание телефона внутренней связи. Звонил Орлов.

– Лева, Стас там на месте? Давайте-ка оба ко мне. Тут у меня, понимаешь, гость. Хочет увидеться с вами лично.

– Это тот самый твой знакомый из ФСБ? – спросил Лев не без нотки язвительности в голосе. – У мужика «терпелка» закипает? Решил лично заняться нашим вразумлением?

– Ну, давайте, давайте! Быстренько! – генерал говорил с оттенком непонятной досады в голосе.

– Пошли… – поднимаясь из-за стола, Гуров пощелкал мышкой, поставив ноутбук на режим ожидания. – К нам гость из солнечного ФСБ.

– Скорее уж из лунного. Вернее, полнолу-у-унного… – изобразив угрюмо-угрожающее лицо, парировал Крячко. – У-у-у-у!.. – изобразил он завывание киношного оборотня.

Глава 7

Когда они вошли в приемную, секретарша Верочка, по своему обыкновению без устали болтавшая с кем-то по телефону, прикрыла трубку ладошкой и с таинственным видом сообщила:

– У Петра Николаевича такой красивый мужчина!..

Лев, сдержав улыбку, мысленно отметил, что Верочка, судя по всему, в очередной раз «разбежалась» со своим благоверным, чтобы пару недель спустя снова с ликованием щебетать своим многочисленным подружкам о том, какой триумф она пережила после возвращения изголодавшегося по домашнему уюту ее «ходока». Но в данный момент, как видно, она на какое-то время опять осталась одна и поэтому вновь обращала внимание на мужчин.

– Что ты говоришь?! – с абсолютно серьезным видом, изобразив на лице крайнее изумление, с расстановкой прошептал Станислав. – Даже красивее, чем мы с Львом Ивановичем?!!

Гуров, не выдержав, отвернулся и фыркнул.

– Ну, вы с Львом Ивановичем, конечно, мужчины весьма интересные, – догадавшись, что над ней откровенно иронизируют, тем не менее с авторитетной убежденностью в голосе ответила Верочка. – Но он хорош в несколько ином роде.

Дружно рассмеявшись, опера шагнули в кабинет Орлова. Входя следом за Львом, Крячко адресовал секретарше воздушный поцелуй.

Их вовсе не поминальное настроение было немедленно замечено и хозяином, и гостем кабинета, которые поняли это несколько по-своему.

– Ну, я же сказал, что народ у нас тут неунывающий, – прокомментировал появление оперов Петр, обращаясь к представительному, статному гражданину в великолепном костюме, который и впрямь смотрелся весьма и весьма импозантно.

Верочка была права. Ален Делон и общепризнанный симпатяшка от политики Шредер в свои лучшие годы в сравнении с гостем Орлова гарантированно «нервно курили в сторонке».

– Прошу познакомиться, – генерал изобразил некий великосветский жест. – Старший оперуполномоченный полковник Гуров Лев Иванович. Оперуполномоченный Крячко Станислав Васильевич. Оба работники высочайшего класса, специалисты по особо важным делам. Люди глубоко порядочные, я им доверяю как самому себе. Ну а это – полковник ФСБ Вольнов Александр Николаевич, мой старый знакомый.

Все трое представленных, не поднимаясь с кресел, молча раскланялись друг перед другом.

– Так вот, – Петр продолжил свой вводный спич, – Александр Николаевич хотел бы обсудить с вами ряд вопросов. Прошу! – он простер руку в сторону Вольнова.

Тот, кивнув в ответ, неспешно заговорил:

– Как я понял, уважаемые коллеги – так можно, да? Ну и отлично! Так вот, уважаемые коллеги, как я мог заметить, мою персону вы восприняли с некоторой иронией. Я прав? Наверное, прав. Хотя вопрос, который я хотел бы донести до вас, стоит очень остро и, поверьте, ситуация сложилась вовсе не смешная. Суть проблемы вот в чем… Гм… Кстати, информация, которую я вам сейчас изложу, является государственной и военной тайной – имейте это в виду!

Из дальнейшего рассказа гостя явствовало, что его ведомство в данный момент проводит операцию особого рода, нацеленную на недопущение того, чтобы у главного стратегического соперника России появились технические средства, которые могли бы позволить их МБР без помех проходить через зону ответственности российских ПВО. А неуместно активная работа оперов главка в плане расследования гибели инженера Вертянина может свести на нет все приложенные усилия.

– …Надеюсь, я не слишком усложняю? – гость многозначительным взглядом окинул своих собеседников.

– Нет, ничуть… – с той же степенью многозначительности, чуть выпятив губы, вальяжно ответствовал Крячко. – Я бы даже сказал, вы несколько упрощаете… – добавил он с абсолютно невозмутимым видом.

– Гхм… – сразу же поняв, что он имеет в виду, невольно закашлялся Вольнов. – Вы тоже так думаете, полковник Гуров? – повернулся он ко Льву.

Тот, безмятежно улыбнувшись, уже открыто измерил его изучающим взглядом, преисполненным сарказма.

– Вы ждете откровенного разговора? Извольте! Если вы считаете, что мы должны были расследовать дело Вертянина, уподобившись недалекому алкашу, который искал потерянные часы под фонарем только потому, что там светлее, то мы никак не можем впасть в щенячий восторг от подобной точки зрения. Знаете, мне так кажется, что представители некоторых ведомств только себя одних с какого-то момента начинают считать кровно заинтересованными в сохранении нашей государственной безопасности. А вот все остальные, с их точки зрения, или тупые недотепы, норовящие разболтать секреты первому попавшемуся шпиону, или заведомые предатели, ищущие, кому бы продаться подороже. Александр Николаевич, вы нас за кого принимаете? Тоже мне, открыли «секрет государственной важности». Да этот ваш «секрет» – ставлю все, что угодно, – уже давно ушел «за бугор». В частности, из конторы господина Путрюкова, которая на сегодня лучше всякого ЦРУ разваливает оборону, а ФСБ этого почему-то не видит.

– Вы, пожалуйста, отдавайте отчет своим словам! Почему вы считаете, что наше военное ведомство хуже ЦРУ? – Вольнов нахмурился.

– Ну, так мы же не в вакууме живем! – Стас хохотнул и покрутил головой. – С войсковиками общаемся и знаем реальную обстановку достаточно хорошо. Интересно было бы узнать, кто и сколько «наварил» на одном лишь внедрении новой формы «от-кутюр»? А на покупках европейского металлолома под видом «передовых технических разработок»?

– Вот где бы вашей конторе развернуться! – на лице Льва промелькнула мина мечтательности. – Если вы, служба государственной безопасности, проморгали явно коррупционные шаги нашей военной верхушки, направленные на ослабление обороноспособности, то что вы собираетесь говорить нам? Я не хочу вас обидеть, но до былого КГБ вам ой как далеко. Нет, я не хочу сказать, что у вас все без исключения – шаляй-валяй. Нет! Вот несколько лет назад мы расследовали «дело молотобойцев». Петр Николаевич, помнишь? И в ту пору мы очень тесно сотрудничали с ФСБ. Но это же были совсем другие люди – компетентные, с мощной соображалкой, настоящие профи! Кстати, как там поживает Валя Воробьева? Сейчас уже небось майор, а то и подполковник?

– А-а-а, Воробьева… Ну да, помню, помню такую. Нет, она не работает уже давно. – Вольнов поморщился. – Не прошла аттестацию. К тому же вышла замуж, а личную жизнь – сами знаете – с нашей работой трудно совместить.

– Поня-а-атно… – с хитровато-загадочной улыбкой протянул Гуров. – Так вот, возвращаясь к нашему расследованию, хочу сказать следующее. С нашей точки зрения, к гибели или имитации гибели Вертянина предприятие «Пламя-Дельта» имеет пока еще не совсем понятное, но достаточно определенное отношение. И расследовать этот в высшей степени мутный случай, говоря словами Салтыкова-Щедрина, не «ущекотав» интересов данной шарашки, никак не получится. Тут уж как хотите. Это первое. А второе… Вы не поверите, но я и без лишних пояснений могу вам рассказать, как лихо вас объегорили западные разведцентры. Хотите? – В его глазах сверкнули искорки веселой злости и язвительного сарказма.