Пепел надежды - Чингиз Абдуллаев

— Самолет находится здесь?

Если бы даже Дронго был менее внимателен, то и тогда бы заметил, как вздрогнул усталый полковник. Вздрогнул и внимательно посмотрел на незваных гостей.

— Почему вы так думаете? — спросил Высоченко.

— Мне кажется, что он должен быть где-то недалеко. Слишком много людей занято его поисками, и все тянутся именно сюда.

— Не знаю, — зло сказал полковник, — я не знаю. Позвоните прямо сейчас в вашу экспедицию и доложите, что у вас все в порядке.

— Хорошо. — Дронго взял телефон, который ему подвинул полковник.

— И без глупостей, — достал пистолет Высоченко, — иначе я прострелю вам голову. Скажите, что вы остались в ауле.

— Это я уже понял, — вздохнул Дронго. Он, не задумываясь ни на секунду, набрал номер мобильного телефона Георгия Чумбуридзе. И когда тот ответил, Дронго сообщил ему:

— У нас все в порядке. Мы остались ночевать в ауле. — Он представлял, как удивился Чумбуридзе.

— Что вы говорите? — спросил Чумбуридзе. — В каком ауле? Что случилось?

— У нас все в порядке. Мы позвоним утром — сказал на прощание Дронго и, незаметно нажав кнопку, отключил питание своего телефона, положив его на стол.

Он боялся, что Чумбуридзе начнет перезванивать и испортит ему всю игру.

— Можете остаться у нас, — кивнул полковник, — но не пытайтесь убежать.

Иначе мы вас просто пристрелим. Здесь вам не игрушки. Здесь везде война. Все воюют против всех. Поэтому можете оставаться здесь. А спать ложитесь прямо на столе. Других свободных мест у нас уже нет. Или, если хотите, можете пройти в другую комнату. Но там очень холодно.

— Спасибо, — поблагодарил Дронго, — у вас хотя бы тепло.

Высоченко встал, еще раз взглянув на своего странного гостя. У того были слишком внимательные глаза и спокойное лицо. «Неужели он не понимает, как рискует?» — с раздражением подумал полковник. Он, не гася свечу, прошел в свой угол, прилег на топчан, специально оставленный для него. Уже лежа, он осторожно приподнял голову, чтобы посмотреть на своих гостей. Оба они спали, положив головы на руки. Или делали вид, что спят. Второй незнакомец Высоченко не интересовал. Это был типичный исполнитель. Но вот первый гость был необычен.

Полковник пожалел, о так мало поговорил с ним. Он поймал взгляд Казбека. Тот лежал на соседнем топчане. Казбек нагнулся к полковнику и тихо сказал:

Не беспокойся. Они отсюда не убегут. Я сплю чутко. Меня один раз могли обмануть, больше не обманут. И мои братья их не выпустят отсюда живыми.

Спи спокойно, полковник. Все будет в порядке.

Высоченко еще раз посмотрел на гостей и опустил голову. Он не знал, что уставший не меньше его Дронго тоже не спал в этот момент. Он решал для себя нелегкую задачу, пытаясь вычислить, кем были эти люди, подобравшиеся так близко к самолету. И выводы, которые он сделал, были для него крайне неутешительными.

Глава 42

Ранним утром, едва рассвет начал раздвигать ночную пелену, покрывающую холмы, Высоченко поднялся, чтобы разбудить своих людей. Его гости были уже на ногах. Было видно, что и они изрядно устали. Все были помятые, небритые, голодные. Все плохо выспались. На четырех машинах колонна начала медленно съезжать вниз. В каждом джипе сидели по трое. В грузовиках находились только пары водителей. В первом джипе рядом с Казбеком поехал Исмаил, а своего необычного гостя полковник посадил рядом с собой. Было еще очень рано, чтобы звонить куда-либо.

— Сколько времени нам понадобится, чтобы подвезти лебедку к самолету и вытащить его? — спросил полковник у Казбека перед выездом.

— Вытянуть самолет мы все равно не сможем, — вздохнул проводник, — мы только поднимем его нос или хвост. А потом будем доставать груз. Чтобы подогнать грузовик и приготовить лебедку, нам понадобится часа три или четыре Не меньше.

— Нужно все сделать очень быстро, — негромко сказал Высоченко — Мне не нравятся эти типы, так неожиданно появившиеся здесь.

— И мне они не нравятся, — признался Казбек. — Может, их нужно оставить здесь?

— Нет, — резко возразил полковник, — если они враги, их нужно держать рядом с собой. Так будет надежнее. А застрелить их мы всегда успеем.

— Тебе лучше знать, полковник, — согласился Казбек и пошел к своей машине.

К песчанику они добирались около часа. Дороги вообще не было. Все оказалось размыто. Ночью опять шел дождь, и грузовики с трудом преодолевали грязные колдобины. Мощные джипы шли гораздо увереннее, словно люди, которые знали местные условия.

Когда они наконец достигли песчаника, Казбек вышел из джипа и подал всем знак остановиться. Затем осторожно начал продвигаться вперед. За ним шли его братья. А следом медленно двигался грузовик с лебедкой. За рулем грузовика сидел Миленкин. Казбек с братьями уходили все дальше к морю, за ними тихо полз грузовик. Все остальные собрались у машин и ждали, когда Казбек разрешит им двигаться.

Высоченко стоял рядом с Дронго, внимательно наблюдая за грузовиком.

Краем глаза он следил и за стоявшим рядом с ним Дронго. Исмаил сидел в джипе Казбека, даже не пытаясь из него выйти. Рядом с ним сидел вооруженный водитель — Они доберутся, — кивнул Дронго, видя, как уверенно идет Казбек.

— Да, — согласился Высоченко, — наверное, доберутся.

— Самолет находится там? — спросил Дронго.

— А вы как думаете? — повернулся к нему полковник. — Или вы еще не поняли, что он действительно там?

— Его трудно будет поднять из песчаника, — осторожно заметил Дронго, — особенно если там рядом вода.

— Он как раз там и затонул. У нас в грузовике лебедка. Разве вы ее не заметили?

— Ночью я вообще не увидел грузовика. А потом меня вывели и посадили в ваш джип, — напомнил Дронго. — Я вообще мало что заметил.

— Ну теперь знаете…

— И вы собираетесь вытащить самолет из этих зыбучих песков? — удивился Дронго. — Мне кажется это неразумным. Он ведь может сломаться пополам.

— Что-нибудь придумаем. — Полковник повернулся к Дронго и вдруг спросил:

— Меня очень интересует один вопрос — только один, как и вас вчера ночью. Я обратил внимание на вашу наблюдательность и сообразительность. Но со вчерашнего дня вы не задали мне самого главного вопроса, который был бы вполне естествен в подобной ситуации. И вы знаете, какой это вопрос — что с вами будет? Вы же давно поняли, что мы не спасатели и не Общество Красного Креста.

Или вы такой бесстрашный, что вас не интересует собственная судьба?

— Интересует, — улыбнулся Дронго. — Но боюсь, что некоторые вещи я знаю лучше, чем вы.

— Что вы имеете в виду? Сюда направляются вооруженные отряды?

— Конечно, нет. В восемь часов утра вряд ли можно собрать внушительный вооруженный отряд. Скорее после полудня. Знаете, мне кажется, что с этим самолетом все не так просто.

— В каком смысле? — Теперь полковник был явно заинтригован.

— Он как-то странно упал, не находите? В очень интересном месте.

Обратите внимание на ту песчаную полосу, ближе к холмам. Здесь вполне можно сесть. Опытный летчик сможет с некоторой долей риска посадить «Боинг» на этой прибрежной полосе. Но взлететь отсюда уже невозможно. Ни при каких обстоятельствах. Вам не кажется странной подобная ошибка летчика? Ведь если он сумел дотянуть самолет до этой полосы и посадить его, то почему потом самолет оказался на другом ее конце, в зыбком песчанике, почти рядом с водой?

Полковник посмотрел сначала на полосу у холмов, потом на удалявшийся грузовик. И нахмурился.

— Вы слишком много знаете, — с явной угрозой сказал он. — А я всегда очень опасался людей, знающих много.

— Тогда буду молчать, — вздохнул Дронго.

— Уже поздно, — заметил Высоченко. — Вы слишком наблюдательны для обычного члена какой бы то ни было комиссии. И слишком некстати оказались именно здесь. — Дошли, — крикнул издали Казбек, — дошли!

— По машинам! — приказал Высоченко. Рядом с ним находились четверо его людей, а один сидел в джипе рядом с Исмаилом. Полковник резко махнул рукой, и все сели в джипы, оставив грузовик перед песчаником. Второй грузовик надо было сохранить. Первый, на котором была установлена лебедка, уже никогда не покинет песчаник. Ему не вырваться из мягких, но цепких объятий этих песков.

Джипы, набирая скорость, помчались к прибрежной полосе, остановились у грузовика, и Высоченко приказал своим людям начать установку лебедки. Водители отогнали джипы обратно. Нельзя было рисковать. Вместе с ними уехал и Исмаил.

Полковник приказал Дронго остаться.

— Он здесь, — показал счастливый Казбек на длинную полосу песка, протянувшуюся вдоль моря, — он завяз прямо здесь. Видимо, он садился на песчаник.

— Здесь невозможно сесть, — возразил Дронго, — он садился в другом месте. У тех холмов, — показал он значительно севернее того места, где они находились.

— Вы опять вмешиваетесь? — разозлился Высоченко.