Кровь за кровь - Виктор Доценко

— Бывает и такое, но с ваши материалом, я думаю, этого не будет.

— Спасибо за поддержку молодого автора, — сыронизировал Захаров.

— Это не мне спасибо. Начальству! — Она выразительно указала глазами наверх.

— И ему тоже спасибо. — Подполковник машинально повторил ее жест, и они рассмеялись. — Буду ждать ваших сообщений, товарищ журналист.

— Лучше просто Маша, — попросила девушка.

— Согласен, Маша… Давайте ваш пропуск. — Он отметил пропуск и проводил девушку до дверей.

Едва успел вернуться на свое место, как в дверь снова постучали.

— Войдите!

— Иннокентий Аристархович, здравствуйте! Вы меня вызывали к десяти ноль-ноль! — В кабинет вошел высокий, но полноватый даже для своего роста капитан.

— Здравствуй, Александр Георгиевич! Материалы захватил?

— Так точно! — Он положил перед Захаровым пухлую папку.

— Меня ни для кого нет! — нажав на кнопку селектора, произнес подполковник.

Часа два ушло на разработку плана, предложенного Захаровым. Когда все детали были оговорены, подполковник сказал:

— Конечно, все предусмотреть невозможно, но далее уже подключаются опыт и интуиция, которые и должны подсказать правильное решение… Вот вы, как специалист по этому виду преступления, что можете сказать? Какие замечания есть по существу?

— План на первый взгляд действительно очень неожиданный и заманчивый, — задумчиво проговорил капитан, потом немного подумал и спросил: — Кого вы хотите предложить на эту роль?

— Если откровенно, то сначала хотел предложить вас, но… Но потом понял, что это неверное решение: человек должен быть не жителем столицы.

— И Ленинграда, — добавил Александр Георгиевич.

— Точно! И не Ленинграда… Лучше всего было бы вызвать кого-нибудь с Кавказа, но, судя по всему, преступники сами как-то связаны с югом.

— С чего такой вывод? — не понял капитан.

— Во-первых, скудные описания одного из пострадавших, а во-вторых, меня смущает то обстоятельство, что они выбирают либо москвичей, либо ленинградцев! А ведь кавказцев, желающих приобрести машину, гораздо больше в Москве.

— А может, это случайность?

— Из пяти случаев? Это уже закономерность! Может быть, ты и прав, но мы рисковать не имеем права! — решительно сказал подполковник и тяжело припечатал ладонью папку с материалами. — Значит, решено! Я думаю излишне предупреждать, что важно максимально уменьшить число посвященных в план людей? Конечно, при условии, что начальство одобрит его!

— Обижаете, товарищ подполковник!

— А вы не обижайтесь, — Захаров улыбнулся. — Обижаться на свое начальство — дело бесперспективное и малополезное.

— Это точно! — вздохнул капитан…

Захаров, все еще улыбаясь, набрал номер.

— Станислав Викторович, подполковник Захаров беспокоит… Здравия желаю! Разрешите к вам зайти по очень важному делу?.. Мне нужно… — Помедлил секунду, словно подсчитывая: —…самое меньшее сорок минут… Кого вызвать? — Он посмотрел на капитана. — Капитана Васильева, майора Сухорукова, подполковника Звягина и подполковника Морковникова… Так точно, Станислав Викторович! Именно по этому делу. — Захаров удивленно покачал головой: генерал догадался: — К шестнадцати? Спасибо, Станислав Викторович!.. Все слышал? — кладя трубку, спросил подполковник Васильева. — В шестнадцать ноль-ноль к генералу со всеми материалами!

…Со скучающим видом развалившись на сиденье «мустанга», Гарик уныло поглядывал по сторонам. Его взгляд задержался в боковом зеркальце заднего вида. Показалось, что он находится в каком-то нереальном, фантастическом мире: неправильной формы дома, раздутые машины, кривые фигурки людей.

Гарик с грустью улыбнулся и надел дымчатые очки. Но в очках окружающий мир стал еще более искаженным. Это на него подействовало каким-то странным образом: он снял очки и швырнул их на сиденье.

Что это с ним сегодня? Все от безделья: столько времени ничего подходящего не встречалось! Так и вздернуться недолго! Пора что-то делать! Однако он остановил себя: в таком состоянии и думать не нужно… Но ему надо как-то снять напряжение!.. Он неожиданно вспомнил о той «актрисе», Светка, кажется, если не соврала. Гарик посмотрел на часы: успевает! Он резко развернулся, не обращая внимания на раздавшиеся в его адрес матюги от водителей…

Когда он подъехал к назначенному месту, девушка уже была там. Она успела переодеться и вполне могла сойти за валютную проститутку.

«Тебе бы еще вкуса немного — и совсем бы была ничего!» — подумал Гарик и лихо затормозил прямо перед ней.

— Какой вы пунктуальный, Вахтанг! — жеманно произнесла она, усаживаясь на переднее сиденье. Ее коротенькая юбчонка так сильно задралась, что обнажились черненькие ажурные трусики, и Гарик не смог оторвать глаз от ее стройных ног.

Перехватив его взгляд, девушка совершенно не смутилась и уставилась на него, ожидая, когда он посмотрит на нее. Гарик поднял глаза. Ее взгляд был томным, призывным.

— На меня не только смотреть можно, Вахтангчик! — прошептала девушка.

— Посмотрим… — неопределенно кивнул он. — Куда поедем?

— А куда бы тебе хотелось, дорогой?

— К тебе! — выпалил Гарик, он начинал злиться.

— А ко мне можно только на час: скоро предки с работы вернутся… А к тебе?

— Исключено!

— Может, сначала в бар или ресторан и там что-нибудь придумаем? — предложила она и красноречиво уставилась карими глазами.

— Все необходимое есть в машине! — Гарику совсем не хотелось проводить с ней ночь или даже вечер. — У меня другое предложение: махнем на природу и там устроим разврат! — Он сказал с вызовом, в надежде, что это охладит ее пыл, но, видно, она уже все решила для себя.

— Отличная идея! Давно мечтала отдохнуть на природе в обществе такого красивого мужчины! — Она фамильярно провела своим длинным наманикюренным пальчиком по его губам.

Гарик неожиданно клацнул зубами, и она испуганно отдернула руку.

— Чуть пальчик мой не отхватил! — обиженно проговорила она.

— Чуть не считается! — Он обхватил ее за плечи и притянул к себе, крепко поцеловал в губы.

— Какие у тебя цепкие руки и нежные губы! — едва не задохнувшись в поцелуе, проговорила она. — Ты мне очень нравишься! Поехали?!

— Поехали! — Его настроение изменилось и стало азартным, бесшабашным. Ему вдруг захотелось сделать с ней что-нибудь неожиданное, взбалмошное. Он резко рванул машину вперед, и они понеслись в сторону Серебряного бора…

Он довольно быстро отыскал безлюдное место, вытащил из багажника свой походный бар, холодильник, и она, повизгивая от удивления, быстро накрыла импровизированный стол.

— Ты не мужик, а просто клад: такой предусмотрительный! — прошептала она ему на ухо, когда они уселись на расстеленное покрывало. — Ты всегда такой или только со мной?

— Всегда! — Гарик нетерпеливо разлил по стаканчикам шотландское виски.

— Но ты же за рулем! — напомнила девушка.

— Предусмотрено! — Он вытащил из кармана какую-то красивую коробочку. — Антиполицай!

— Тогда — за тебя! — Она прикоснулась стаканчиком к его стаканчику и быстро выпила, затем бросила соленый миндаль в пухлые губки. Она проделала это все так буднично, привычно, даже не поморщившись, что Гарика снова «взвинтило».

— Да ты профессионал! — буркнул он и опрокинул в рот виски. — Даже не поморщилась!

— Я очень люблю виски, тем более шотландское! — Хмель сразу ударил ей в голову, и это чувствовалось по ее изменившейся речи.

— Раз нравится, то выпей еще! — Гарик снова наполнил ее стаканчик. — Или слабо?

— Что, напоить бедную девочку решил и трахнуть? — Она быстро выпила и тут же полезла с поцелуем к Гарику. — Ты такой красивый… — Ее язык начал совсем заплетаться. — Ты мне сразу приглянулся: я даже на репетицию не ходила! — Она икнула.

— На какую репетицию?!

— Как на ка…кую! Теат…ральную!

— Оральную, может быть? — Гарик быстро расстегнул свои брюки и вытащил совершенно спокойный член. Затем взял девушку за волосы и ткнул ее лицом на свою плоть. — Постарайся, чтобы он захотел тебя или… — Он очень зло и больно дернул ее за волосы и был несказанно удивлен, когда вместо крика или стона от боли она вдруг страстно воскликнула:

— Какой же ты милый! Я хочу тебя! Порви меня на части! Она стала срывать с себя одежду, не заботясь о ее сохранности.

Гарик, который хотел сорвать на ком-нибудь злость, удивленно посмотрел на нее, снова схватил за волосы и стал тыкать на свою плоть, которая неожиданно «отозвалась» и стала твердеть.

— Да… да… — вскрикивала она от боли и страстного желания. Одной рукой обхватив его плоть, она стала языком ласкать его, повизгивая от удовольствия, другой рукой обхватила его руку и сунула себе между ног.