Форвард: Игра на грани фола - Владимир Колычев

– Что, попал, лох барыжный? – злорадно усмехнулся Демьян.

– Это... Это какая-то липа, – потрясенно пробормотал Лев Михайлович.

– Не, это не липа, это просто копии. А подлинники – в надежном месте. Ну, че будем делать, терпила, а?

– Май...майор Бородкин... Ка...капитан Янцев... Это... это твои люди? – Плотвица трясло как в лихорадке.

– Смотри, догадливый. Не слабо я тебя развел, лох ты гнойный.

– Что... что же теперь делать?

– Вешаться. Ладно, не дергайся, а то еще кондратий хватит. Короче, я могу отдать тебе эти бумаги.

Демьян смотрел на него в упор. Лев Михайлович ощутил себя змеей под дудкой факира.

– Я их тебе продам. Ты снимешь все свободные бабки со своих счетов. Все! И переведешь на мой счет. Ты меня понял?

– Понял.

– Сколько у тебя свободных бабок?..

– Три... три миллиона долларов... – попытался соврать Лев Михайлович.

– Врешь, – спокойно сказал Демьян.

Магнетическое напряжение его взгляда повысилось.

– Три...тридцать миллионов...

– Снова врешь...

– Три...триста миллионов...

У него в самом деле есть такие деньги. Но они еще не отработаны, не покрыты товаром. Но Демьяну все равно. Он заберет эти деньги. А Лев Михайлович их отдаст. Триста миллионов – это несусветная сумма. Но жизнь стоит дороже...

– Где эти бабки? В каком банке?

– В швейцарском...

– Код и номер счета?

– Все есть... Но... Но я не могу...

– Чего ты не можешь?

– Давайте договоримся на сто миллионов!

– Без вопросов, – кивнул тот. – Сто «лимонов», и все дела. А твоих выкидышей мы замочим...

Можно было не сомневаться, что этот ублюдок приведет свою угрозу в исполнение.

– Нет... Не надо...

– Значит, триста?

– Триста, – в предобморочном состоянии подтвердил Лев Михайлович.

– Тогда об чем базар? – осатанело засмеялся Демьян. – Бабки на бочку, и все дела.

– Надо... Надо ехать в Цюрих, – пролепетал Плотвиц.

– Кого ты грузишь, плешь? Не надо никуда ехать. Код и номер счета? Я жду!

В глазах Демьяна кипели адские котлы со смолой. Если Лев Михайлович что-то скроет, появятся черти – они втянут его в эту жуткую пучину...

Код и номер секретного банковского счета Плотвиц помнил наизусть. Он не доверял магнитным и иным носителям информации. Его всегда выручала память. Выручила она его и на этот раз. На его беду...

Демьян появился на следующий день.

– Ну что, козлина, можешь жить, – криво усмехнулся он. – Бабки легли на мой счет. А это... – он швырнул ему папку с документами, – можешь оставить себе.

С каким удовольствием Лев Михайлович скормил бы эти бумаги Валентину Алексеевичу. Но этот ублюдок исчез из камеры еще вчера...

Да, это была самая настоящая тюремная камера. И не было никаких тайных чекистов. Компанию «Эдельвейс» под свою «крышу» взяли самые обыкновенные бандиты. Нет, бандиты были не обыкновенные. Иначе бы они просто не смогли провернуть такую гигантскую аферу. А они провернули. И в общей сложности обули Льва Михайловича на триста двадцать пять миллионов долларов.

И, возможно, это еще не все. Ведь он до сих пор в этой камере. И неизвестно, где его дети. С ним только уже никому не нужные бумаги. Он их сейчас уничтожит и останется владельцем компании «Эдельвейс». Но какой в этом толк, если Демьян его убьет?

На воле он смог бы рассчитаться с поставщиками и западными партнерами. Потеря трехсот миллионов – мощнейший удар по бизнесу. Но его компания не глиняный колосс и довольно крепко стоит на ногах. Бизнес не рухнет. Если направить все усилия в правильное русло, рано или поздно все вернется на круги своя. Но это при условии его непосредственного деятельного участия. Положение мог бы спасти Саша Брегов. Но Демьян убил его. Да, это сделал Демьян. А свалил все на грузинского вора в законе. Какое коварство... Демьян расправился с Бреговым, чтобы оставить компанию без надежного руководства. Он хочет, чтобы «Эдельвейс» завял, чтобы ветер невзгод снес его с горы отечественного бизнеса.

Демьян не просто облапошил Льва. Он отомстил ему за свой позор в Гурьевске. И Катрин он отомстит. Достаточно того, что он похитил ее детей. Теперь он может их убить. И ничто не помешает ему это сделать. Демьян – отпетый негодяй и полная мразь...

Чем больше Лев размышлял о своем положении, тем ближе был к отчаянию. Пожалуй, так чувствовали себя военные пленники в ожидании, когда за ними придут, чтобы увести на расстрел. Лев тоже ждал... И дождался.

Где-то наверху застучал пулемет. Взрыв гранаты, и тишина. Топот ног... Похоже, Демьян снова разыгрывает какой-то спектакль. Сейчас в камеру ко Льву заявятся «посланцы» от вора в законе Пеле. Снова будет разыграна сцена, чтобы скачать с него новую порцию денег...

И точно, через какое-то время дверь в его комнату открылась. На пороге появились вооруженные люди в пятнистой униформе и масках. Сейчас начнется...

Вперед вышел какой-то мужчина в штатском.

– Лев Михайлович Плотвиц? – с важным видом спросил он.

– Да.

– Федеральная служба безопасности... Вы свободны... Ваша жена сейчас наверху, с детьми...

Спецназовцы расступились, пропуская Льва Михайловича. Он пулей вылетел из постылой комнаты. Мужчина в штатском увязался за ним. Он подсказывал ему дорогу.

Из подвала они вышли на первый этаж. В просторном холле сразу три трупа. Один спецназовец и два бандита. Еще один труп лежал поперек лестницы, ведущей на второй этаж. Снова спецназовец...

– Преступники – большие профессионалы, – мрачно изрек мужчина. И тихо добавил: – На нашу голову...

На втором этаже еще два трупа. На этот раз все бандиты...

Комната, где демьяновские ублюдки прятали Артемку и Алешку. Оба ребенка живы. Младшего сына держит на руках счастливая Катрин, а старшего... Это же Глеб. Глеб Орлов. Его-то какой черт сюда принес?

Катрин увидела мужа, обрадовалась. Передала Алешку Глебу, а сама повисла на шее у своего Льва.

– Как я рада, что ты жив...

На глазах Льва Михайловича появились слезы. Только сейчас он понял, что его страдания закончились. Он снова вместе с Катрин, вместе с детьми. И они могут ехать домой... А деньги... Деньги – дело наживное. В следующий раз он будет умнее и не станет ввязываться в грязные аферы. По большому счету, он сам во всем виноват. Это он благословил Демьяна на убийство Пасыгина и преступных авторитетов. Больше такого не повторится...

3

Катрин ощущала себя душевнобольной. У нее раздвоение личности. Она любит Глеба. Любила, любит и будет любить. И никуда от этого не деться. Она хочет быть с Глебом. Но в то же время ей нужен и Лев. И его деньги здесь ни при чем. Сейчас они не имели никакого значения.

– Катрин, меня развели на триста миллионов долларов, – сказал Лев.

Внутри у нее ничего не шелохнулось. К черту деньги. Из-за них все беды...

А еще все беды из-за Демьяна. Подлец, негодяй. Чтоб он сдох!

Вся беда в том, что группа захвата уничтожила только его банду. А самого Демьяна и след простыл. Его ищут и будут искать, но найдут ли?

Катрин возвращалась домой. В одной машине со Львом. Впереди и сзади по джипу с охранниками Шорохова. Пока Демьян на свободе, Катрин не будет чувствовать себя в безопасности.

Демьян обокрал мужа на огромную сумму. Можно сказать, он разорил его. Но надо отдать ему должное: он сохранил жизнь ему и его детям. И это счастье, по сравнению с которым все остальные проблемы кажутся пустяками.

Но это сейчас так кажется. Пройдет время, эйфория счастья отпустит Катрин. И ее всерьез озаботит открывшаяся правда. Лев изменял ей с Аликой. Это не просто прискорбный факт, это тяжелый удар по их семейному счастью. Сможет ли Катрин простить мужа?..

Но пока ей не хочется опускаться с седьмого неба на бренную землю. Ей хорошо парить в облаках... Но Лев сам хватает ее за ногу, тащит вниз.

– Катрин, я много думал про нас с тобой, – глядя куда-то вдаль, начал он. – И понял, что я – свинья... Я тебе изменял...

Они что, сговорились с Аликой? Сначала она перед ней покаялась. Теперь вот Лев... Но, может, это всего лишь гром перед молнией. Может, Лев хочет объявить о своем решении остаться с Аликой?

– Больше этого не повторится, обещаю тебе. И прости меня... Если, конечно, можешь...

– Не знаю, – пожала плечами Катрин.

На самом деле она уже знает, что простит его. Лев не собирается бросать ее. К тому же он покаялся. А покаяние – это достаточно серьезная причина, чтобы простить...

А потом... она привыкла, что ей изменяют. Нет, со Львом это впервые. Но Глеб... Ведь он тоже принадлежит ей. Он ее мужчина. Но как он гуляет...

Катрин не раз пыталась вычеркнуть его из своей жизни, но это выше ее сил.

– Может, ты мне скажешь, как Глеб оказался рядом с тобой? – спросил Лев.

В его голосе звучали ревнивые нотки.

– Глеб меня спас. Он рисковал жизнью ради меня. И ты тоже рисковал своей жизнью ради меня. Помнишь, как ты подстрелил Демьяна?