Кровь за кровь - Виктор Доценко

— Садись! — Малина распахнул дверцу машины.

— Вообще-то я… — Виктор хотел сказать, что он не отнимет много времени, но передумал и сел в машину.

— Я же тебе говорил, чтобы ты звонил по этому телефону только в крайнем, слышишь, в крайнем случае! — процедил Малина сквозь зубы. Отъехав немного вперед, он остановил машину и взглянул на Виктора. — Может, случилось что? — настороженно спросил он.

— Позвонить пришлось, так как я уже два дня в Москве, а Дикой не приходит… А случилось… случилось то, что я выхожу из игры! Мой долг погасите тем, что я должен был получить от вас за эту поездку, и вот этим, — Виктор бросил на сиденье пачку денег, в которой были все его деньги, теперь он остался совершенно без средств к существованию. — Все, привет! — бросил он и быстро вышел из машины.

— Виктор, подожди! — крикнул Малина, но Виктор, не останавливаясь, удалялся прочь. — Будь вечером дома, я зайду! — услышал он, но ничего не ответил, и Малина быстро поехал вперед.

Виктор шел по улице, и его сердце бешено колотилось, он ощущал себя человеком, который только что переступил через себя. Откровенно говоря, он и сам не знал, что способен на это, нет, не потому, что он был трусом, хотя и знал, что этот шаг был достаточно рискованным, так как после поездки в Ригу у них возникло недоверие к нему. Но Виктор совершенно интуитивно понял, что ему необходимо предпринять какой-нибудь поступок, который либо заставит их раскрыть себя, либо заставит действовать…

«Действовать?» — повторил он вслух, и тут до него дошел смысл этого слова: действовать — значит попытаться заставить Виктора молчать обо всем, что он уже знает, а знает он немало! Только сейчас он ощутил внутренний ' страх, ощутил совершенно безотчетно, но настолько реально, что беспокойно оглянулся назад, как будто уже почувствовал приближение опасности.

Никого не заметив, он направился к своему дому, но по дороге зашел в гастроном и хотел купить бутылку вина, чтобы она придала ему бодрости, но около кассы вспомнил, что его карманы совершенно пусты. Извинившись перед кассиром, он махнул рукой и пошел было к дому, но раздумал: повернулся и направился в сквер, чтобы встретить кого-нибудь из ребят. Но было еще рано, и никого из знакомых не оказалось. Нервы Виктора настолько были напряжены, что он, боясь совершить какой-нибудь непоправимый поступок, решил немного успокоиться на парковой скамейке. Одна из них была свободной, и он присел, осматриваясь по сторонам. Неожиданно он увидел мужчину, лицо которого показалось ему знакомым, но Виктор не сразу вспомнил откуда? Он снова взглянул на него и повернул голову настолько быстро, что заметил, как этот мужчина мгновенно опустил глаза, как будто не смотрел только что на Виктора. И тут Виктор совершенно отчетливо вспомнил, что этого человека он видел минут пятнадцать назад, когда подходил к своему дому: он сидел посреди двора в детской беседке, явно ожидая кого — то. Вспомнил Виктор и тот же самый жест, когда он взглянул на него, тот точно так же опустил глаза, стараясь казаться безразличным. И такая злость накатила на Виктора, что он решительно поднялся со своей скамейки и быстро подошел к мужчине.

— Ну что, сволочь, за мной следишь? Ждешь, когда вокруг никого не будет? Или когда стемнеет? Да ты вытащи руку из кармана, или голыми руками боишься меня убрать? Ну, чего вылупился на меня, будто впервые видишь? Я же тебя сразу раскусил! — Виктор уже настолько распалил себя, что ему было все равно и он был готов ко всему, но решил, что так просто он себя убрать не даст.

— Ты прав только в одном, Виктор, — неожиданно спокойно проговорил мужчина. — Сядь спокойно рядом, а то вокруг проявляют не совсем здоровый интерес.

И настолько спокойным и уверенным был голос незнакомца, что Виктор беспрекословно ему подчинился.

— Ну, вот и хорошо, — улыбнулся мужчина. — .Так ты прав только в том, что я вижу тебя не впервые и знаю тебя лучше, чем ты можешь предположить. — Виктор продолжал молча слушать, теряясь в догадках по поводу этого человека, и тот, будто «прослушал» его мысли, сказал: — Ты заблуждаешься, Виктор, пытаясь меня причислить к тем, кто желает тебе зла! Почему ты решил, что я тебя хочу «убрать», как ты выразился?

— А чего ты следишь за мной? — зло буркнул Виктор, называя его тоже на «ты».

— Извините, Виктор, на «ты» я обратился потому, что почувствовал к вам симпатию, но если это вам не нравится, то буду исключительно на «вы»! — проговорил мужчина серьезно, и неожиданно Виктор успокоился и улыбнулся.

— Да нет, пожалуйста, вы же старше меня и… В общем, я не возражаю!

— Вот и хорошо, так вернемся к моему вопросу: почему ты решил, что я хочу тебя «убрать»?

— Так… показалось.

— Ладно! — решительно проговорил мужчина, хлопнув себя по коленям. — Довольно темнить друг перед другом. — Он достал из внутреннего кармана пиджака удостоверение и протянул его Виктору.

— Инспектор уголовного розыска! — воскликнул Виктор радостно. — Так я же к вам собрался…

— К нам? — недоверчиво спросил Щукин.

— Ну, конечно! Правда, хотел тяпнуть для храбрости. — Он покраснел. — Дело очень важное и срочное.

— Хорошо, Виктор. — Лейтенант внимательно посмотрел на Виктора. — Я верю тебе… Вот что, иди сейчас в ресторан «Северный», и через несколько минут мы там встретимся, там и поговорим… Только никуда не заходи!

— Но у меня нет ни копейки! — признался Виктор.

— Не беспокойся, заказывай на троих, — улыбнулся лейтенант.

Виктор кивнул головой и быстро пошел в сторону Сущевского вала. А лейтенант Щукин подошел к телефону-автомату и быстро набрал номер.

— Капитана Сенцова!.. Товарищ капитан, это Щукин. Сюрприз хочу вам преподнести… Хорошо, слушаюсь! Получилось так, что Быстровский обратил на меня внимание и подошел выяснять отношения, уверенный, что я хочу его «убрать»… Да-да! А когда все выяснил, то заверил меня, что намеревался сегодня явиться к нам… Да нет! Я верю ему! — твердо произнес Алексей. — На всякий случай я решил не вести его в отделение, а назначил встречу в «Северном»… Хорошо, если я ошибся, то готов к любому взысканию. Жду вас у входа…

Никогда Виктор не забудет того разговора в ресторане «Северный», когда с ним беседовали два человека, да, два человека, а не сотрудника милиции. Разговор был жесткий, мужской, и, когда Виктору открылась, наконец, вся подноготная дела, в которое он ввязался, ему стало жутко! Ничего не скрывая и не утаивая, он рассказал все, что ему было известно: о поездках, о людях, с которыми познакомился в этих поездках, вспомнил разговоры, которые велись при нем.

Договорились встретиться на следующий день, чтобы Виктор передал утаенную монету и платок с металлическим порошком. Договорились, как должен вести себя сегодня вечером Виктор при встрече с Малиной… Было уже около пяти часов вечера, когда он вышел из ресторана и направился домой. По дороге зашел в гастроном и приобрел бутылку водки. Дома выпил полстакана, а остальное спрятал, затем переоделся, взглянул на себя в зеркало, и в этот момент раздался звонок в дверь. Виктор взлохматил волосы на голове и нетвердой походкой пошел открывать. У порога стояли Малина и Дикой, поэтому пришлось воспользоваться планом номер два.

— Виктор, объясни, что случилось? — спросил Малина, стараясь сохранять спокойствие.

Виктор тупо уставился в одну точку и молчал.

— Почему ты решил порвать с нашей фирмой? — Малина начал терять терпение.

— Я решил? — взорвался Виктор. — Я решил? А может быть, вы решили меня отстранить?

— Что ты мелешь? — опешил Малина, явно обескураженный таким поворотом. — Кто тебя хочет отстранить?

— Ну, что ты строишь из себя непонимающего? Кто, кто? Тот, кому ты свои приветы передавал! Я все понял, все! — Виктор пьяно усмехнулся и икнул.

— Ничего не понимаю… Николай Германович, что ли?

— А что, ты еще кому-нибудь приветы передаешь? — ехидно сказал Виктор и тут же добавил: — Конечно, он, кто же еще!

— Да почему ты так решил? Почему?!

— А что же он ничего не передал на этот раз? Почему подозрительно смотрел на меня, когда я из милиции еле выкрутился? И вы тоже хороши: скрываете от меня, что я вожу в этом проклятом чемоданчике! Нет, хватит мне лапшу на уши вешать! Зад об зад кто дальше прыгнет!

— А если ты ошибся и тебя никто не хотел отстранять? Если на всё или, вернее, на все твои вопросы я тебе отвечу? Ты тогда успокоишься?

— Если твои ответы меня удов… удовлетворят, — выговорил Виктор, — тогда успокоюсь!

— Хорошо, но прежде… — Малина прищурил глаза. — Прежде ты ответишь мне на несколько вопросов, идет?

— Валяй!

— Где ты был после нашей встречи у рынка?

— В ресторане…

— Потом?

— Потом пошел домой, а что?

— И больше нище не был?