Призрак Фаберже - Николас Николсон

Саша выжидательно смотрел на Дмитрия. Он был не вполне уверен, что тот поставил Марину в известность о своем визите в «Лейтон».

— Вообще-то мы с князем уже встречались, — заметил Дмитрий по-русски. — Я просто не знал, что Александр Кириллович твой кузен.

— Какой приятный сюрприз, — улыбнулась Марина.

— Рад видеть вас вместе, — сказал Саша.

Обернувшись, Саша взял за локоть Бекки Грант.

— Бекки, это Дмитрий Дурасов, мой клиент и друг моей кузины Марины. Займи его, пока я разговариваю с сестрой.

Кивнув, Бекки жестом пригласила Дмитрия сесть рядом с ней на козетку.

— Марина, разреши я покажу тебе дом, — предложил Саша.

— Маленькая экскурсия будет весьма кстати.

Они обошли гостиную, где Саша показал кузине несколько фамильных реликвий — фотографии в рамках Фаберже, бюст его прапрадеда работы Трубецкого и самые ценные экземпляры из коллекции китайского фарфора, который собирал его отец. Марина заинтересовалась одной из рамок Фаберже, но вопрос был задан так тихо, что Саша невольно приблизился к ней вплотную. Ее опьяняющая прелесть была столь притягательна, что голова у Саши пошла кругом, и это на минуту заставило его забыть об их близком родстве.

— Марина, — хрипло сказал он, отстраняясь, чтобы не чувствовать легкий жасминовый аромат ее духов. — Я ведь до сих пор не знаю, чем ты занимаешься.

— Чем я занимаюсь? — подняла брови Марина. — Да, этого вопроса следовало ожидать. То, что мы оба русские, совсем не означает, что и мыслим мы одинаково. Здесь, в Америке, для вас самое главное работа, — насмешливо улыбнулась она. — Я устанавливаю связи с нужными людьми для «Кондэ Наст». Моя должность называется внештатный помощник редактора. По Европе.

— И что же входит в твои обязанности? — с интересом спросил Саша.

— Ну, например, редактор звонит мне и говорит: «Я слышал, что у леди Таунсенд восхитительный замок в Сассексе. Вы можете обеспечить нам туда доступ, чтобы мы смогли сделать фотографии?» Обычно я понятия не имею, о ком идет речь, поэтому приходится идти на хитрость. Я говорю, что да, конечно, могу, но вилла принцессы Ди Ламацци в Касоль-де-Эльза гораздо красивее, и я бы посоветовала сделать фотографии там. Они платят мне, они платят ей, делают свои снимки, и все остаются довольны.

Пожав плечами, Марина оглядела гостиную.

— Но, кажется, твоя работа приносит тебе гораздо больший доход, чем все мои контакты.

— Это квартира моего отца. Моя выглядит значительно скромнее.

— Я шучу. Люблю подкалывать друзей, — призналась Марина. — Иногда и мне удается хорошо заработать. Эта поездка в Нью-Йорк своего рода премия. Я сумела организовать важную встречу. Послушай, — хитро прищурилась она, — эта квартира идеально подойдет для специального выпуска «Дома и сада». Ты не находишь?

Марина залилась смехом. Она прекрасно знала, что Саша никогда на это не согласится.

Саша улыбнулся в ответ. Ему нравилась ее галльская живость.

— Серьезно, благодаря «Дому и саду» я побывала в Москве. Они попросили меня поехать из-за имени. Русские корни, ну, ты понимаешь. — Она небрежно махнула рукой. — Мы фотографировали дом неких Дикаринских. Довольно вульгарная парочка. Новые русские, совершенно некультурные. — Последнее слово она произнесла по-русски. — Дом в неорусском стиле, но какой-то ненастоящий. Через них я познакомилась с Дмитрием. Он их консультант по Фаберже. У них огромная коллекция. Мадам Дикаринская довольно милая женщина. Мы с ней даже подружились. Они устроили вечер в мою честь. Сплошное целование ручек, можешь себе представить.

Взяв Сашу под руку, Марина подошла к столу с закусками.

— Дмитрий возил меня на склад старинной мебели где-то под Москвой. Ты не поверишь, сколько там всего собрано. Даже мебель из Оленкова, нашего старого имения. Все помещения забиты мебелью и лепными украшениями. Мне прямо плохо стало, — сказала Марина, сердито ткнув серебряной вилкой в креветку. — Хранители просто в отчаянии. Все время спрашивали, не смогу ли я достать денег на реставрацию мебели. — Марина зачерпнула перламутровой ложкой изрядную порцию икры и отправила ее в рот. — И знаешь, что я им ответила? «Когда мы уезжали, она была в прекрасном состоянии. Вот и реставрируйте ее сами!»

Марина улыбнулась, но в глазах у нее мелькнул недобрый огонек.

Саше эта история не показалась забавной. Он знал этих людей. Они прилагали отчаянные усилия, чтобы организовать Музей русской усадьбы, где бы экспонировались старинные мебельные гарнитуры, ценные документы и исторические предметы, которые без должного хранения могут быть утеряны навсегда. Сотрудники музея демонстрировали чудеса самоотверженности, работая практически даром. От русских эмигрантов они ждали помощи, а не обидных насмешек. Саша был уверен, что все эти предметы следует сохранить, чтобы люди могли наслаждаться их видом и изучать по ним русскую культуру. Марина же рассматривала их как нечто украденное у ее семьи. Чтобы скрыть огорчение, Саша отошел от стола. Ему требовалась передышка.

Оглядев комнату, он увидел Дерека с подносом в руках. С облегчением вздохнув, Саша обратился к гостям:

— Приглашаю вас всех поднять бокалы в честь моей кузины Марины, чьей дружбы я так долго был лишен. Надеюсь, мы все полюбим ее как родную.

Дерек обошел комнату, предлагая гостям рюмки с водкой. Поднос, на котором они стояли, был украшен розовыми бутонами.

— В нашей семье водка на розовых лепестках подается только в особых случаях, например, на свадьбу или крестины, но, я думаю, дебют Марины в Нью-Йорке именно такой случай. За тебя, Марина. Добро пожаловать в наш город, — произнес Саша, поднимая рюмку.

— За Марину! — хором подхватили гости.

— Не знаю, что и сказать, — начала Марина, зардевшись, как роза, и не поднимая глаз от смущения. — Спасибо всем. Я очень тронута. За всех вас.

Гости подняли и осушили рюмки. Церемония была закончена, и Саша подвел Марину к Бетси.

— Я бы и так вас узнала, — сказала Марина, опускаясь рядом с ней на диван. — Вы, должно быть, кузина Володи Романова. Я хорошо его знаю.

Бетси действительно приходилась Володе двоюродной сестрой, и между женщинами завязалась дружеская беседа.

Саша прошелся по комнате, предлагая гостям отведать закуски. Заметив, что близнецы уже навеселе, он вежливо пресек их попытки выпить по второй.

— Саша! — окликнула его Грейс. — Пора остановиться, пока эти закуски не обошлись мне в лишние сто фунтов веса. Я чувствую, что русская кухня — это сплошное масло и сметана, — заявила она с громким смехом.

Саша оглядел комнату. Дмитрий разговаривал с Катей Курасовой, которая явно скучала. Пора было ее спасать, и Саша, извинившись, отошел от Грейс.

— Дмитрий, Катя, конечно, очень хороша, но это не причина, чтобы лишать нас ее общества. Катя, Бетси хочет познакомить тебя с Мариной.

Благодарно посмотрев на Сашу, Катя чмокнула его в щеку.

— Оказывается, вам известно обо мне гораздо больше, чем я предполагал, — обратился он к Дмитрию.

Улыбнувшись, Дмитрий закурил сигарету, не спросив разрешения у собеседника.

— Надеюсь, вы не в обиде. Мне показалось, что не стоит упоминать о Марине в «Лейтоне».

— Это Марина направила вас ко мне?

— Как-то в Париже я сказал ей, что хотел бы продать кое-что через «Лейтон», и она предложила нас познакомить.

«Устанавливать связи с нужными людьми — это ведь ее работа, — подумал Саша. — Интересно, а какого рода отношения связывают Марину с Дмитрием?»

— Понимаю. Ну, что ж, это большая удача для нас обоих. Благодаря вам я обрел уникальную вещь и еще одну кузину. Я ваш должник.

— Думаю, вам представится возможность меня отблагодарить, — небрежно произнес Дмитрий, выпустив облако дыма.

— Не сомневаюсь. А сейчас пора ужинать, — улыбнулся Саша, нажимая на кнопку звонка, чтобы вызвать Дерека.

Явившийся Дерек распахнул двери в столовую, и гости стали перетекать туда. Саша рассаживал их за столом, занимая приятной беседой. При свечах столовая выглядела великолепно — он вынужден был это признать. Завтра он отправит Диане открытку: она вполне это заслужила.

Чтобы долго не сидеть за столом, Саша распорядился подать кофе в библиотеку. Так они быстрее попадут в музей.

— Саша, а что за лот будет выставлен на балу? Расскажи, а то я просто умираю от любопытства, — кокетливо попросила Марина. — Коварный Дмитрий это всячески скрывает.

— Раз Дмитрий хочет сохранить это в секрете, придется тебе немного потерпеть, — ответил Саша.

Надув губы, Марина склонилась к Дугласу. Саша заметил, что тот тоже не остался равнодушен к ее чарам.

— Мой новый кузен совершенно несносен, — пробормотала Марина, изящно прикорнув у Дугласа на плече.

— Не хочу судить раньше времени. Боюсь только, что после всех этих настоек я вряд ли сумею что-нибудь рассмотреть, — заявил Дуглас.