Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

— Вот вход, — сказал он.

— И не подумаешь, что здесь можно пройти, — заметил Уэстон.

— Это впечатление обманчиво. Пролезть туда можно без труда.

Повернувшись боком, Уэстон протиснулся в щель. Она действительно была не такой узкой, как казалось, и почти немедленно расширялась, превращаясь в достаточно просторное углубление, в котором можно было стоять во весь рост и ходить.

Эркюль Пуаро и Стефен Лейн последовали за полковником, а полицейские остались на берегу. В гроте было темно. Уэстон зажег электрический фонарь с мощной лампой и стал водить им вокруг себя.

— Места здесь достаточно, — констатировал он. А снаружи ведь даже не подумаешь…

Кружок света метался по полу. Эркюль Пуаро принюхивался. Уэстон заметил это и сказал:

— Воздух здесь почти приличный, не пахнет ни рыбой, ни водорослями.

Для тонкого обоняния Пуаро воздух был не только чист, но и слегка надушен. Он хорошо знал этот деликатный аромат: этими духами пользовались две знакомые ему женщины…

Фонарь больше не двигался.

— Мне кажется, что ничего ненормального здесь нет, — сказал Уэстон.

Пуаро указал ему пальцем на нечто вроде карниза, находящегося высоко на стене грота.

— Надо бы проверить, нет ли там чего-нибудь.

— Если там что-то есть, то только потому, что кто-то это туда положил. Но мы можем посмотреть…

Получив это разрешение, Пуаро обратился к Лейну:

— Мистер Лейн, вы высокого роста. Не согласитесь ли вы убедиться, что на этом карнизе ничего нет?

Лейн повиновался, зацепившись одной рукой за край карниза и поставив ногу на выступ в скале. Вскоре его рука наткнулась на какой-то твердый предмет: эта была коробка…

Выйдя из грота, они разглядывали свою находку.

— Обращайтесь с ней осторожно, — предупредил их Лейн. — На ней могут быть отпечатки пальцев.

Это была зеленая жестяная коробка с надписью «Сэндвичи».

— Наверное, осталась после какого-нибудь пикника, — сказал Филипс.

Прикрыв коробку своим носовым платком, он осторожно поднял крышку.

— Внутри лежали две плоские коробки поменьше, тоже из жести, явно для бутербродов, и три другие с надписями «соль», «перец» и «горчица».

Филипс открыл коробочку с надписью «соль». Она была полна до краев белым кристаллическим порошком.

Он открыл следующую и удивился.

— Смотрите-ка, они и в перечницу насыпали соль!

Он снял крышку с плоских коробок и больше не стал называть их содержимое солью. Взяв немного порошка на кончик пальца, он слегка лизнул его и повернулся к Уэстону.

— Это совсем не соль, сэр. На вкус порошок горький, и я скорее скажу, что это какой-то наркотик!

Полковник проворчал, красноречиво выражая одолевавшие его чувства:

— Это не упрощает наше дело!

Они уже были в отеле.

— Если выяснится, что в эту историю замешана шайка торговцев наркотиками, — продолжал он, перед нами открывается несколько возможностей. Первая, это что миссис Маршалл входила в состав их банды. Что вы об этом думаете, Пуаро?

— Может быть, — осторожно ответил Пуаро.

— Вторая — это то, что она сама употребляла наркотики.

Пуаро покачал головой в знак несогласия.

— Это совершенно неправдоподобно, — объяснил он. — Арлена Маршал была уравновешенной женщиной, пышущей здоровьем, и вы не обнаружили ни малейшего следа уколов на ее теле. Я знаю, что это ничего не доказывает, так как она могла вдыхать наркотики. Но, поверьте мне, она ими не пользовалась.

— Тогда может быть, — сказал Уэстон, — что она случайно вступила в контакт с какой-нибудь бандой торговцев наркотиками и что они решили заставить ее молчать. Мы скоро узнаем, о каком наркотике идет речь. Несдон выясняет это. Очевидно, что если мы имеем дело с бандой, нам придется нелегко. Эти люди пренебрегают тем, что они называют предрассудками…

Он замолчал, так как дверь открылась, и в комнату вошел мистер Хорас Блатт. Он был мокрый от пота и вытирал свое лицо платком, но его мощный голос звучал по-прежнему громко.

— Я только что вернулся, — заявил он до того, как кто-либо успел открыть рот, — и мне сообщили о случившемся. Это вы начальник полиции? Мне сказали, что я найду вас здесь. Меня зовут Блатт, Хорас Блатт. Могу ли я быть вам полезен?

И, не дожидаясь ответа, добавил:

— Я лично этого не думал. С самого утра я весь день пробыл в море на своем паруснике. Я покинул отель очень рано и, естественно, все пропустил. Вот уж не повезло…

Он заметил в силе присутствующих Пуаро.

— А, Пуаро! Я вас сразу не увидел! Значит, вы тоже участвуете в расследовании. Этого было не избежать! Шерлок Холмс против местной полиции, как и полагается! А полковник у нас за Лестрейда. Что ж, мне это по душе! Я буду счастлив увидеть, Пуаро, ваш номер детектива любителя!

Он плюхнулся в кресло, вытащил портсигар, открыл его и предложил сигарету Уэстону.

С легкой улыбкой полковник отказался:

— Спасибо, нет! Я неисправимый курильщик трубки.

— Я тоже! При случае не откажусь от сигареты, но ничто не сравнится с хорошей трубкой!

— Ну так курите, не стесняйтесь! — любезно предложил Уэстон.

— У меня нет с собой трубки.

Он закурил сигарету и продолжал:

— Но речь не об этом! Расскажите мне, что произошло! Единственное, что я знаю, это то, что миссис Маршалл нашли убитой на одном из пляжей острова.

— В бухте Гномов, — уточнил Уэстон.

Он поджидал реакцию Блатта, но оказался разочарован.

— Ее, говорят, задушили?

— Да, задушили.

— Это скверное дело, ужасно скверное! Заметьте, что она сама нарывалась на неприятности. Любила повеселиться, ничего не скажешь, а, Пуаро? А кто ее убил? Вы сами не знаете, или нельзя спрашивать?

Уэстон улыбнулся.

— Видите ли, в принципе вопросы здесь задаем мы, — мягко проговорил он.

— Простите меня. Давайте ваши вопросы! — с жестом извинения сказал Блатт.

— Сегодня вы выходили в море. Во сколько вы ушли из отеля?

— Без четверти десять.

— Вы были с кем-нибудь?

— Нет, один! На борту лишь я составлял компанию мистеру Блатту.

— Где вы были?

— Я отправился вдоль берега по направлению к Плимуту. Обед я взял с собой. Ветра не было, и далеко я не уплыл.

Уэстон задал еще два или три вопроса на эту тему и затем сменил ее.

— Вы были знакомы с Маршаллами. Можете ли вы сообщить нам о них что-нибудь полезное?

— Я вам уже высказал свое мнение: это убийство из ревности! Все, что я могу добавить, это то, что убил ее не я! У прекрасной Арлены не нашлось для меня роли в ее труппе. Герой-любовник с большими голубыми глазами у нее уже был… И, если вам угодно знать мое