Боевой амулет - Сергей Зверев

Печников не удержался:

– Задал он перцу америкосам.

– И не только им. Этот араб и наших доморощенных фанатиков с ладони кормит. Чечены на его деньги войну ведут, – тихо заметил Бойцов.

Полковник жестом попросил помолчать:

– По данным разведки, Бен Ладен вместе с группой телохранителей перебрался в укрепрайон Тора-Бора. Америкосы попытаются выкурить его оттуда сверхмощными бомбами и прочими чудесами техники. Но я сильно сомневаюсь, что это у них получится. Рельеф местности очень сложный. Система коммуникаций, укрытий и бункеров сработана на высшем уровне. Мы в свое время пытались штурмовать этот укрепрайон, но ни хрена не получилось. Только людей зря положили. И уйти оттуда достаточно просто. Рядом территория пуштунских племен. Ее никто не контролирует, и кочевники эти никому не подчиняются. Директора они никогда не выдадут, потому что готовы молиться на него. – Полковник опять взял тайм-аут, давая офицерам время переварить услышанное.

В темноте раздалось тихое покашливание. Это майор Печников прочистил горло, прежде чем задать вопрос:

– Ну, а мы-то тут при чем? Или нам хотят предложить посетить горный комплекс Тора-Бора, полный неописуемых красот и сюрпризов?

– Ирония неуместна…

– Извините, товарищ полковник.

– Часто стал извиняться. Не узнаю тебя, майор. Чего-то ты больно резвый стал. Уж не влюбился ли на старости лет, – не понимая, насколько верно предположение, произнес полковник.

Бойцов едва подавил вырывавшийся наружу смех. Он всегда не терял возможности улыбнуться и советовал это делать своим подчиненным. Потому что никогда не знаешь, не заставит ли тебя жизнь в следующую минуту окаменеть от горя. Но тогда Илья Бойцов не засмеялся, а лишь с хитрым прищуром посмотрел на смутившегося майора.

Полковник же вновь перешел к делу:

– Нет, штурмовать Черные горы нас не просят. Нас просят о другом. Американцы потеряли ценного агента. У них вообще мало полевых агентов. Людей, проработавших в этой стране достаточно долгий срок, знающих многие секреты талибов. Не выдерживали кадровые офицеры разведки в тех краях слишком долго. То ли климат не подходил, то ли местная кухня не нравилась, – последнее предложение полковник произнес с издевкой. – Короче, американцы не смогли обзавестись в Афгане устойчивой и надежной разведывательной сетью. Одним из немногих, кто смог не только удержаться в этой стране, но сумел стать поставщиком реальных разведданных, был вот этот парень.

Полковник достал из портфеля папку, из которой извлек стопку бумаг. Он подошел к каждому офицеру, чтобы вручить бумажную версию электронного личного дела. На правой стороне листа располагалась цветная фотография, на левой – круглая эмблема ЦРУ США.

Бойцов, машинально готовя себя к главному, принялся рассматривать белоголового орла и расположенный под ним щит с розой ветров. Он не спешил переводить взгляд на фотографию. Рассматривая ненужную эмблему, он постепенно концентрировал внимание.

Полковник тем временем продолжал:

– Это Дэвид Финберг.

Не удержавшись, кто-то из спецназовцев удивился:

– Еврей, что ли? Вот это дела! Еврей в стане исламистов сбором разведданных занимается.

Борода меланхолично пожал плечами:

– Бывает… Парень лет шесть, судя по досье, там отишачил. А это немало. Не каждый такое вытянет. Этот Дэвид сумел к талибам в доверие войти. Не знаю точно, насколько они ему доверяли, но информацию он сливал постоянно. Так сами американцы заявили.

Невольно Бойцов проникся уважением к неизвестному агенту. Провести несколько лет в нищей обездоленной стране, во враждебном окружении может только сильный духом мужик. Этот Финберг по всему был настоящим профессионалом. А настоящих профи спецназовец уважал.

– Провалился церэушник случайно. В Кабуле его опознал соотечественник, американец арабского происхождения. Они вместе в школе учились. Этот араб потом на исламе свихнулся. Свернул бизнес, перебрался в Сомали, а потом под крыло к бен Ладену в Афган переехал. Тут-то он с Финбергом и встретился. Что к чему, я точно не знаю, но парня взяли. – Вздохнув, полковник полез было в карман за сигаретами, но потом, передумав, спрятал смятую пачку обратно. – И вот тут начинается самое интересное. По данным наших союзничков, Финберга оставили в живых. До поры до времени, конечно. Он находится в отряде некоего Эмира ибн Фейсала, – тут полковник замолчал, ожидая реакции офицеров.

Арабское имя полевого командира никого не ввело в заблуждение. Офицеры переглянулись, а общее удивление выразил коротким восклицанием майор Печников:

– Это что же, наш общий знакомый!

– Именно, – подтвердил Бородавник.

Эмир ибн Фейсал, он же Руслан Дадаев, был уроженцем Шатойского района Чечни. Его «подвиги» начались еще в 1994 году. Затем молодого чеченца, отличавшегося невероятной жестокостью, приметил сам Хаттаб. Он решил сделать из подопечного настоящего волка. «Черный араб» включил молодого боевика в состав отряда, состоявшего сплошь из египтян и саудовцев. Там собралась отборная нечисть, набившая руку на террористических актах и перебравшаяся вслед за своим эмиром в Чечню.

В апреле 1996 года Фейсал вместе с остальными наемниками участвовал в расстреле колонны федералов под Шатоем. Он же отметился при нападении на часть 136-й мотострелковой бригады в Буйнакске. С тех пор Фейсала взяли на заметку спецслужбы. Он фигурировал в списках как один из самых фанатичных приверженцев ваххабизма.

Затем, то ли в знак признания его заслуг, то ли для повышения квалификации, то ли по еще каким-то неведомым расчетам, Фейсал вместе с группой молодых фанатиков был переправлен в Афганистан. Эта часть биографии Фейсала по понятным причинам была покрыта мраком.

Торопясь внести окончательную ясность, полковник сообщил:

– По полученным данным отряд Фейсала вместе с пленным идет к таджикской границе. Это подтверждают агентурные сведения и данные космической разведки. Зачем они тянут пленного с собой, непонятно. Да это и неважно. Важно, что Финберг жив. Американцы хотят спасти своего человека. Вероятно, он обладает определенной информацией о планах, укрытиях и возможных путях отхода лидеров талибана.

Сидевший рядом с Бойцовым майор Печников мрачно отметил:

– Тогда ему недолго осталось.

– Не каркай, – тихо одернул напарника капитан.

Полковник сделал вид, что не заметил пессимистического предсказания. Он достал из полевой сумки, лежавшей рядом с портфелем, сложенную вчетверо карту. Рядом он поставил ноутбук, включил его. Подождав, пока экран высветится глубоким голубым мерцанием, Бородавник сделал на карте пометки остро заточенным карандашом.

Офицеры окружили командира.

Жало карандаша заскользило по карте. На бумаге образовался четко обозначенный квадрат. Иногда полковник поворачивал голову к ноутбуку, на мониторе которого высвечивалась карта того же района, только с английскими обозначениями. На компьютерной карте рельеф местности был более четким и подробным.

Полковник чертил квадрат и тут же обратной стороной карандаша, на которой был закреплен ластик, стирал линию. Он делал это по старой привычке диверсантов, не оставляющих следов на бумаге.

– У таджиков неразбериха. На границе есть обходные тропы. Фейсал наверняка связан с местными исламистами и торговцами наркотиками. Если он перейдет границу, мы его не достанем. В большом городе он растворится вместе со своими людьми, как таблетка «эффералгана» в стакане воды.

– А в Афган он не повернет? – спросил один из офицеров.

– Не похоже. Группа Фейсала упрямо прет на север. Да и куда ему возвращаться? Если бы хотел принять мученическую смерть за ислам, остался бы вместе с талибами, – ответил Борода.

Капитан Бойцов высказался в поддержку предположений командира:

– Согласен. Он к границе ползет. Иначе не стал бы рисковать. В здешних краях больше сторонников Северного альянса.

Майор Печников озабоченно покачал головой:

– Сейчас самые непримиримые полевые командиры ушли к Кабулу. А с оставшейся шантрапой Фейсал всегда найдет общий язык. Подкупит, если деньги или наркота есть. Нет, местные князьки ему препятствия чинить не станут.

– Факт, – подтвердил один из офицеров.

– В здешних местах все на наркоте завязано. Тут основной великий героиновый путь проходит. Так что если у Фейсала имеются подвязки среди местных, нам трудно будет его достать, – докончил майор Печников.

Полковник задумчиво слушал, склонив голову над картой. Со стороны можно было подумать, что вокруг карты и ноутбука сгрудилась группа путешественников-экстремалов, обсуждающих между собой путь к какому-нибудь экзотическому горному хребту. Никто не выказывал особого волнения. Никто не суетился и не перебивал друг друга.

Спецназовец с позывным Клест внес свой вклад в обсуждение. Смешно пришепетывая – у него в результате сквозного ранения, полученного под Буденновском, было повреждено горло, – он заметил: