Свинцовая совесть - Владимир Колычев

– Почему сучка? Может, мужик это был, а? Вдруг у меня деловая встреча была?

– А может, не деловая? – съязвила Ольга.

– Заткнись! – цыкнул на жену Свирид.

Ольга поджала губы, поднялась и вышла из палаты. Останавливать он ее не стал. Она сама первая уколола его. Да и не привык Свирид извиняться…

Он лежал в городской больнице, в коммерческой палате кардиологической больницы. Так уж вышло, что доставили его сюда с подозрением на инфаркт, сейчас все выяснилось, но проблемы с сердцем остались. Неважно мотор пока работает, поэтому еще какое-то время он будет здесь под присмотром. Если, конечно, Ольга к себе в клинику не заберет, там у нее своя кардиология. Его кардиология, ведь клиника эта, по сути, принадлежит ему, и если Ольга вдруг от него уйдет, она потеряет ее.

В дверь постучались. В палату вошел Шпак, старший из двух его телохранителей. Вид у него виноватый. Не должен он был оставлять своего босса в одиночестве, и хотя Свирид сам не взял его с собой, Шпак все равно чувствовал за собой вину. Но, похоже, облажался он не только в этом.

– Нашел суку? – спросил Свирид.

Он полулежал, опираясь на локоть, как будто собирался вскочить с койки, чтобы наброситься на Шпака с кулаками. Его так и распирало от злости на этого кретина. Ведь ясно же, что не смог он добраться до Вероники.

Окончательно в себя Свирид пришел сегодня ночью, под утром, вызвал к себе Шпака, велел решить вопрос относительно Вероники. Кардинально решить. Шпак был одним из тех людей, которым он мог бы доверить такое дело.

– Нашел, – угрюмо буркнул парень. – Мы к ней домой поехали, а ее там нет. Мужа спрашиваем, где она, а он плечами пожимает. Сам не знает, где она. Была, говорит, ночью, он утром просыпается, а ее уже нет…

– Короче.

– Ну, мы подумали, что она сбежала, в аэропорт дернули. Тачку мы ее знаем, по пути нагнали, столкнули на обочину, заставили остановиться. Девку из машины выдернули, к себе затащили, а тут хмырь какой-то вдруг появляется. С разгона к нам на машину запрыгнул, с лету – бабах! – Пашану по голове, ногой. Пашан в отруб ушел, а хмырь этот в машину к нам заскочил, я по рогам ему хотел дать, а он мне по глазам пальцами. До сих пор черти в глазах пляшут! – часто заморгал Шпак.

– Смотри, как бы они в другом месте не заплясали!.. Вероника где?

– Не знаю… Этот мудрила меня сначала по глазам рубанул, а потом вот сюда заехал, – Шпак вздохнул и опустил ворот рубахи, показывая шишку на шее. – Пашан меня потом откачивал…

– Я спрашиваю, где Вероника? – начал заводиться Свирид.

– Так это, не знаю! Пашан когда врубился, ее уже не было. И хмыря этого не было…

– Зачем вы ее в машину тащили? Я же сказал, что с ней делать!

– Так это, мы думали, в лес ее завезти, ну, чтобы без проблем. Нет жмура, нет проблем…

– Тебя тоже может не стать!.. – разозлился Свирид. – Я же конкретно сказал, что с ней надо делать!

– Так это, нельзя было. Мы же к ее мужу заезжали, он бы все просек… Он и так бы все просек, но так хоть без доказательств. А если на месте мочить, так это прямое палево, – тихо сказал Шпак.

– А какого хрена вы к ее мужу поперлись?

– Мы не думали, что он дома…

– А где он, по-твоему, у любовницы должен был быть?

– Ну, мы спешили. Нам все равно было, дома он или нет… Вы же не сказали, Дмитрий Никитич…

– Да я дышал через раз, придурок! Что я вам, ослам, сказать должен был?

– Да, накосячили, не вопрос…

– Накосячили… Спросили у мужа, где жена, а сами в аэропорт дернули. А муж за вами поехал. И навалял вам, как последним…

– Да нет, не он это был! Я-то мужа в лицо знаю!

– Какого ты мужа в лицо знаешь? Своего мужа?

– Нет, ее мужа. Вероники мужа… – растерянно захлопал глазами Шпак.

Он обиженно выпятил нижнюю губу, которая от этого казалась значительно толще верхней.

– Не он это был…

– А кто?

– Не знаю…

– А кто знает?

– Да я без понятия!..

– А выглядел он как?

– Ну, большой такой, мощный…

– Мощный!.. Я тебе людей дам! Делай что хочешь, но найди эту сучку! – распорядился Свирид. И тихим голосом добавил: – Кончать на месте!.. Никаких разговоров, никакого вывоза в лес… Где нашли, там и кончили. Тебе ясно?

Свирид мог бы заявить на Веронику ментам, но тогда ведь она сама сдаст его. Ведь он убил ее парня, она – свидетель, с ее показаний могут возобновить следствие по этому делу. Зачем Свириду это нужно? Гораздо проще заказать Веронику. Давно пора было закрыть с ней вопрос, жаль, что не решился он на это раньше. Но ничего, сейчас он доведет дело до конца. Никаких больше забав и собачьих свадеб, на этот раз только смерть. Смерть, смерть и ничего, кроме смерти…

Шпак ушел, но Свирид не успел соскучиться от одиночества. В палату вдруг ворвался Зубарев. Волосы растрепаны, глаза горят, лицо перекошено, на губах пена, как у бешеной собаки.

– Где Вероника? – чуть ли не заорал он.

Свирид поднялся с койки, набычился, грозно глянул на него. Телохранителей у него нет, все в работе, но ведь он и сам умеет драться. Хоть и неважно он себя чувствует, но Зубареву наваляет по полной.

Бывший мент уловил его воинственный настрой, начал сбавлять обороты.

– Где Вероника? – уже тише спросил он.

– У тебя с головой все в порядке?

– А у тебя?.. Ты зачем своих горилл ко мне присылал?

– Я своих горилл к тебе присылал? – с оскорбительным для Зубарева высокомерием засмеялся Свирид. – Ты точно спятил…

Он повернулся к гостю спиной, достал из холодильника бутылку минеральной воды, наполнил стакан, сел в кресло, сделал несколько глотков и удивленно глянул на Зубарева.

– Ты еще здесь?

– Сегодня утром ко мне приходили твои люди!

Теперь Свирид смотрел на него исподлобья.

– Ничего не знаю.

– Зато я знаю!.. Я видел этих ребят, когда ты подъезжал к нам с Вероникой. Они тогда маячили у меня за спиной, а сегодня они приезжали ко мне…

– Понятия не имею. Может, у кого-то из них роман с твоей женой, – пренебрежительно усмехнулся Свирид.

– У кого роман с моей женой? У твоего быдла?

– Ты за базаром следи! А то это быдло башку тебе оторвет!

Зубарев занервничал, но лишь слегка сбавил тон.

– Плевать я хотел на твои угрозы!

– Нарываешься? – злобно сощурился Свирид.

В прошлом он должен был грохнуть не только Веронику, но ее мужа. Сейчас перед ним такая задача не стояла, но Зубарев делал все, чтобы он заказал и его…

– Где Вероника?

– Я не понял, ты что-то мне предъявляешь?

– Предъявлять тебе будут на киче! А я из тебя просто всю душу вытрясу!.. Ты же сам говорил, бывших ментов не бывает!

Свирид задумался, и было над чем. Зубарев запросто мог подложить ему свинью. Вероника в любой момент может обратиться к нему за помощью, расскажет, как все было, он попросит у своих друзей содействие. А вдруг арест? А вдруг подстава?.. Нет, с Зубаревым ссориться нельзя.

– Я не посылал к тебе своих людей. И не знаю, о чем разговор, – примирительным тоном сказал Свирид.

– Тебя вчера отравили.

– Кто тебе такое сказал?

Не надо было ему вчера выходить из квартиры, надо было позвонить Шпаку, он бы доставил его в клинику к Ольге, тогда бы менты ничего не узнали.

А ментам уже все известно, потому что версия с отравлением появилась еще вчера вечером. Врачи обязаны были сообщить о своих подозрениях в компетентные органы. И они сообщили. Поэтому уже сегодня должен появиться следователь с подробными вопросами… А если Зубареву известно об отравлении, значит, он поддерживает связь со своими бывшими дружками. А там среди них настоящие волкодавы есть… Нет, не надо этого парня злить.

– Да и информация прошла… Ты у нас личность популярная, новости о тебе быстро расходятся, – усмехнулся Зубарев.

– Ну, может быть…

– Кто тебя отравил?

– На клофелинщицу нарвался, а что?

– А может, с Вероникой у тебя что-то было? – с трудом выдавил из пересохшего от волнения горла бывший мент.

– Не было у меня с ней ничего. Но если ты этого так хочешь, то будет!

– Я хочу?.. Не хочу я… И если вдруг узнаю, что у тебя с Вероникой что-то было… – Зубарев запнулся, не зная, какую кару выбрать.

– То что? – презрительно скривился Свирид.

– Узнаешь!

– Ты давай не угрожай! Ты, Костя, давай по делу. Не посылал я к тебе своих людей. А зачем они к тебе приезжали, я обязательно узнаю… Кстати, а где Вероника?

– Это я у тебя хотел спросить, – растерялся Зубарев.

– Я не понял, ты ее муж или я?

– Обидел ее кто-то…

– Кто?

– Не знаю… Я домой вчера пришел, она меня ругать стала, что поздно. Я про тебя сказал, чтобы тему сменить, она вдруг замолчала, сжалась вся… Потом сказала, что нам в Турцию срочно надо. Я отказался, потому что работы много… – Зубарев говорил так, будто разговаривал сам с собой. – Утром просыпаюсь, а ее нет. И вещей тоже нет. Документы она свои забрала, деньги и загранпаспорт… А тут еще твои гориллы появились…