Свинцовая совесть - Владимир Колычев

Но не мог он поддаться порыву нахлынувших чувств. Вдруг Вероника не так его поймет, обозлится на него?

– Я знаю твою историю. Свирид застрелил твоего парня у тебя на глазах.

– Застрелил, – с ожиданием глядя на Дробова, кивнула девушка.

– Ты опасный для него свидетель, поэтому ты здесь.

– Они собирались изнасиловать меня и убить. Разрезать меня на мелкие кусочки… Сначала свадьба, потом похороны…

Вероника скривилась, пытаясь сдержать нахлынувшие слезы, но не выдержала, закрыла лицо сведенными вместе ладонями.

– Я убивать тебя не собираюсь… Хотя, конечно, не хотелось бы вешать на себя трупы. Здесь не война, и я не на боевом задании. Я свою женщину ищу. Она должна быть здесь со Свиридом. Но ее здесь нет. А насчет Свирида я не знаю, я его в лицо не видел… Может, он где-то здесь? – Глеб обвел взглядом комнату.

– Нет его здесь. Он уехал…

– Куда?

– Не знаю.

– Решил, что с тобой все кончено, и вернулся домой?

– Вряд ли. Этот сказал, что он на другую точку уехал. – Вероника показала на покойника с «береттой» в руке. – Смит его кличка. Он дом здесь охранял. А этот меня сюда привез, – глянув на узкоглазого, сказала она. – Киргиз его зовут… Как же я его ненавижу! – истерично всхлипнула девушка и снова закрыла руками лицо. – Всех ненавижу!

Глеб успокаивать ее не стал: сама в чувство придет, когда наплачется. Он вышел в сени, вытащил оттуда труп бандита, столкнул его с крыльца, затащил под дом, рядком с ним уложил еще двоих. Обыскал всех троих, забрал документы, деньги, телефоны и оружие – «стечкин» и «беретту»; оставил одному из них свой трофейный, запятнанный кровью, пистолет. И свои метательные ножи он тоже забрал.

Если Свирид уехал, значит, он может снова нагрянуть, поэтому и не следовало оставлять трупы на виду.

Глеб вернулся в комнату, немного подумал и, стараясь не запачкаться кровью, стащил вниз трупы Киргиза и Смита. Нечего им здесь разлагаться и вонять. Ведь ожидание может затянуться надолго.

У Киргиза он изъял спутниковый телефон. Солидная вещь. В памяти никаких имен – только номера: первый, второй, третий. Попробуй догадайся, кто под каким номером у него проходит. Возможно, Свиридов первый, Артемчик – второй, хотя и не факт… Хорошо бы – позвонить им, спросить, где они?

– Ты голос Свиридова знаешь? – спросил у Вероники Глеб.

Девушка уже не плакала, хотя глаза еще не просохли от слез.

– Знаю. Противный у него голос.

– А голос Артемчика?

– Да, он мне говорил, что убьет… А что?

– Да так, ничего, – качнул плечами Глеб.

Глупая это идея, позвонить Свиридову. Он же откликнется только на знакомый голос, а Глеб его вспугнет.

– Вы меня увезете отсюда? – спросила девушка.

– Надо бы, – кивнул он. – Только мне Свиридова дождаться надо. Понимаешь, он ведь не только тебя похитил, он и мою невесту украл. Тебе уже ничего не угрожает, а Ольга в опасности. Ты меня понимаешь?

– Понимаю. Но Свиридов сюда не приедет, – мотнула она головой.

– Почему?

– Он на какую-то другую точку уехал.

– На какую «другую»?

– Не знаю, на какую другую. Смит сказал, что на другую точку, а куда именно, я не знаю. И еще он сказал, что Артемчик сам свяжется с Киргизом.

Глеб посмотрел на спутниковый телефон. Это не самый верный способ выйти на бандитов, но на данный момент, пожалуй, единственный…

Глава 10

Плита работала на баллонном газу, огонь в конфорках слабый, но его мощности вполне хватало, чтобы вскипятить чай и сварить кашу. А крупы в шкафу на маленькой кухне имеются – и гречка здесь, и перловка, и рис. Армейская тушенка в ящиках, соль, чай, кофе, сахар, специи. Запасов хватило бы на месяц автономного существования в составе группы из десяти человек. Беспорядка на кухоньке нет, посуда убрана, только вымыта она плохо – видимо, мужчина здесь кашеварил, а не женщина. А Глеб хотел почувствовать женскую руку, но ощущалась она только в одной комнате, там, где лежал раненый человек. Что, если за больным ухаживала Ольга?

Дробов вернулся к Веронике, которая бездвижно лежала на диване в позе эмбриона. Он уже накрыл ее пледом, но, похоже, ей больше подойдет теплое одеяло. Озноб на нее напал.

– Я сейчас чай приготовлю.

Глеб сходил на кухню, развел на плите огонь, поставил на него чайник. Сходил в маленькую комнату, кровать которой была застелена ватным стеганым одеялом. Он снял его, присел, понюхал подушку и уловил знакомый женский запах. Присмотрелся и заметил русый волос. Очевидно, Ольга жила здесь. А кровать одноместная и, похоже, она ни с кем не делила свою постель.

Глеб вернулся к Веронике, накрыл ее одеялом.

– Ты не знаешь, может быть, Свирид ранен?

– Да, ранен… – не открывая глаз, кивнула она. – Мы в машине ехали, Киргиз со своими разговаривал. Я так поняла, что Свирида ранили, когда он от милиции убегал. Стреляли в него. Костя тоже говорил, что стреляли, но он не знал, что его ранили… Легкое ему прострелили. Киргиз говорил, что они врача выкрали, к нему отвезли…

– Ну, конечно, врача выкрали… – Глеб подушечкой ладони растер себе лоб до светлых кругов в глазах.

Свирида ранили, его верный пес позвонил Федорину, спросил адрес Ольги, по которому и отправились бандиты. Артемчик знал, что Ольга врач, причем высокой квалификации, потому и похитил ее. А зачем он это сделал, Федорину говорить не стал, чтобы тот не растрезвонил о ранении Свирида…

Нет, не для грязных извращений привезли сюда Ольгу. Она оказала Свиридову врачебную помощь, теперь ухаживает за ним.

– А может, Свирид подыхает? – как о какой-то собаке, спросил Глеб. – И его в больницу повезли?

– Я не знаю, – Вероника с грустью посмотрела на Глеба, сожалея о том, что не может ему помочь.

Возможно, бандиты перебрались в другой схрон. И Ольгу они увезли с собой. Но пока Свирид жив, ей ничего не угрожает. Без врача ему придется туго, и все это понимают. Пока она нужна, убивать ее не станут, насиловать тоже. Но все равно ее нужно найти. Вдруг Свиридов уже идет на поправку? Что, если надобность в Ольге уже отпадает?

– Я понимаю, тебе надо домой, но мы не можем сейчас уехать, – сказал Дробов.

– Почему?

– Врач – это моя Ольга. Ее похитили, она в опасности, я должен ее спасти.

– Но как вы ее спасете? Вы же не знаете, где она?

– Не знаю. Но могу узнать.

– Как?

– Может, кто-то из бандитов приедет сюда.

– Зачем?

– За кем… За тобой…

– За мной?.. Чтобы убить?! – Вероника встрепенулась, вскочила, села на диван.

– Ты не бойся, в обиду я тебя не дам… У меня оружие, стрелять я умею…

Глеб озадаченно поскреб щетинистую щеку. Что, если бандиты нагрянут толпой? Что, если атакуют со всех сторон?.. За себя он не переживал, но ведь Веронику могут убить. И если это случится, то виноват будет он.

На столе вдруг зазвонил спутниковый телефон. Это мог быть Артемчик, если так, то надо провести эфирную игру, запудрить бандиту мозги. Вариантов было несколько. Например, можно ответить на звонок, но ничего не говорить. Вероника будет кричать и стонать, как будто ее насилуют, Артемчику станет интересно, почему она до сих пор жива, почему никто не отвечает на его звонок. Тогда он отправит к ней своих людей… Был вариант и попроще. Вероника возьмет трубку и будет умолять кого-нибудь из рубоповцев, чтобы те приехали за ней, забрали ее. Скажет, что бандиты постреляли друг друга и она осталась одна. Вероника могла обратиться за помощью к тому же оперу Косте, о котором говорила недавно с особой, как показалось Глебу, теплотой. Артемчик решит, что девушка бредит, возможно, сам отправится за ней…

Но Дробов решил вообще не отвечать на звонок. Нельзя оставаться здесь и ждать бандитов. Сначала надо увезти отсюда Веронику, а потом вернуться и ждать Артемчика. Хотя нет, возвращаться – плохая примета. Да и бандиты не вернутся сюда, потому что Киргиз не отвечает им. Если молчит он, значит, с ним что-то случилось…

– Будешь отвечать? – на «ты», вне себя от страха спросила Вероника.

– Нет, не буду. Собирайся, мы едем домой…

– Спасибо! – благодарно глянула на него девушка.

– Кто такой Костя? – спросил Глеб. – Ты про него говорила, когда про Свиридова рассказывала. Я так понял, он опер?

– Да, опер. Он меня охранял. Их начальник вызвал, сказал, что срочное дело, они уехали, а тут эти…

– Он тебя сейчас ищет.

– Ищет, – ничуть не сомневаясь в том, согласилась Вероника.

– И он тебя найдет. Только ты ему не говори, где ты была. Скажи, что от бандитов сбежала. Скажи, что они драться между собой начали, а ты сбежала. Шакалы часто между собой дерутся. Потому что шакалы…

– Да, я скажу, что сбежала от них. И не скажу, что ты их убил.

– Ты и Свиридову это обещала, – шутливо улыбнулся Глеб.