А ЧЕМ РОССИЯ НЕ НИГЕРИЯ? - И. СМИРНОВ

В конце войны (в 1944-м, после неудачного покушения на Гитлера) эсэсов­цы всё же посадили неугодного им Шахта в концлагерь. Это каждый побор­ник авторитарной модернизации обязан зарубить на носу и хорошенько поду­мать, устраивает ли его лично такая перспектива. Если не устраивает, то не лучше ли отказаться от планов авторитарной модернизации?

ДРУГИЕ ОТКРОВЕНИЯ Г-НА ЮРЬЕВА

Надо ещё раз похвалить г-на Юрьева: он откровенно высказывает такие вещи, которых мы никогда не услышим от Путина, Грызлова, Шойгу или Слиски. Так, г-н Юрьев открыто призывает уничтожить систему разделения властей. Её у нас в России в реальной жизни нет и никогда не было, но на бу­

маге, в Конституции, разделение властей записано. Противоречия между Конституцией и реальной жизнью можно разрешать двояко: либо добиваться соблюдения Основного закона, либо закон приводить в соответствие с поня­тиями. Г-н Юрьев безоговорочно поддерживает второй вариант. Однако весь мировой и наш собственный опыт доказывает, что современное государство без системы разделения властей может быть либо тоталитарным, либо клеп-тократическим. В первом случае у власти стоят убийцы, во втором — воры. Третьего — при отсутствии «сдержек и противовесов» — в большинстве стран мира не дано.

Единственное исключение — восточноазиатские государства, принадлежа­щие к конфуцианской цивилизации. Как известно, Конфуций ещё 2500 лет назад разработал систему отношений между самодержавным государством и его подданными, основанную на взаимных обязанностях сторон. На этой ос­нове, как показывает опыт, даже в современных условиях возможен некий просвещённый авторитаризм, способствующий экономическому развитию страны. Но у нас и в других странах СНГ конфуцианство не то что не вошло в плоть и кровь, а вообще почти неизвестно. В этом мы не одиноки. В странах исламского мира, в Чёрной Африке, в Латинской Америке неограниченная власть тоже не связана конфуцианскими представлениями о нравственнос­ти — со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Конечно, различия между двумя типами государства — тоталитарным и клеп-тократическим — не абсолютны. Многие убийцы воруют, а значительная часть воров способна пойти на убийство. Но речь идёт об основном направлении прес­тупной деятельности правящей верхушки. В тоталитарном государстве основной вид преступной деятельности — это массовое истребление людей (гитлеровская Германия, сталинский Советский Союз, маоистский Китай, Камбоджа при Пол Поте, Иран при Хомейни, Ирак при Саддаме Хуссейне). А в клептократическом государстве на первое место выходит системное казнокрадство вкупе с мошенни­чеством и бандитизмом (СССР в последние 15-20 лет его существования, а в ещё большей степени — современная Россия и ряд других стран СНГ; Индонезия при Сухарто и Филиппины при Маркосе; Нигерия и большинство других государств Чёрной Африки с момента получения независимости).

Какой же из этих двух типов государства без разделения властей выбирает г-н Юрьев? Прямо он об этом не говорит. Но совершенно ясно, что в современных российских условиях реален лишь второй вариант, но с заимствованием ряда по­литических технологий первого. По сути, мысль г-на Юрьева как раз и движется по этому пути. Например, он радуется тому, что с «жестокостью общества и го­товностью к своим и чужим потерям — у нас всё и так обстоит нормально».

Г-н Юрьев борется за обособление России от остального мира. При этом он признаёт, что «некоторые вещи... на которые придётся пойти, будут доста­точно противоречивыми — например, легализация наркотиков либо большей

их части...». В чьих интересах такие «вещи», читатель должен догадаться. Ко­нечно, это полезно для самой коррумпированной части российских силови­ков, которые уже давно заняты крышеванием наркоторговли. В то же время наркотики — это мощный способ оболванивания народа. А ещё идеологи дес­потических монархий в Древнем Китае полагали, что оболванивание народа (по-китайски юйминъ) — самый надёжный способ укрепления существующей власти. Правда, враждебная конфуцианству школа фацзя, проповедовавшая подобные идеи, настолько опорочила сама себя, что на протяжении более 2000 лет — до появления Мао Цзэдуна — никто не осмеливался открыто объ­являть себя её сторонником. Но это — в Китае. А у нас идея оболванивания народа столь сильного отторжения не вызывает.

Той же цели, что и распространение наркотиков, служат две другие меры, пропагандируемые г-ном Юрьевым: почти полный запрет поездок за границу и полное сворачивание «изучения иностранных (читай: западных) языков». Если ставить конечной целью достижение максимальной нормы эксплуатации рабочей силы, то без таких шагов вообще нельзя обойтись! Ведь иначе шила в мешке не утаишь, и отнюдь не лестное для российской «элиты» сравнение с другими странами всё равно неизбежно распространится в широких массах. Вот ведь г-н Паршев солгал, что в России зарплата выше среднемировой — и попался на этой лжи. А если сделать так, чтобы никто не мог узнать, како­ва зарплата в других странах? Тогда любая ложь сможет иметь успех.

Конечно, в придачу необходимо ещё запретить Интернет. Если сохранить свободный доступ ко Всемирной паутине, то никакие запреты загранпоездок и изучения иностранных языков не помогут. Почему-то г-н Юрьев об этом не говорит. Но многие чины ФСБ приходят к этой глубокой мысли и без со­ветов автора аналитического доклада.

И наконец — внимание! — предел откровенности г-на Юрьева: «Ещё полез­нее ввести радикальные нововведения в систему правосудия — например, не прос­то легализовать, а предписать широко использовать в следствии и суде допрос с психотропными средствами». Тут уж путинский аналитик дошёл до точки! Той точки, где от правосудия не остаётся даже видимости, а существует только криво-судие. Но не следует забывать, что цель г-на Юрьева — обеспечить безраздельное господство клептократии. А для этого любые средства хороши!

ПРЯМОЙ ПЛАГИАТ

Если во многих отношениях г-н Юрьев высказывается на редкость откро­венно, то другие свои гениальные идеи он откровенно списывает из книги «Почему Россия не Америка». Для удобства читателя сведём такие примеры плагиата в таблицу.

Жареный петух, конечно, наиболее показателен. Совершенно очевидно, что большая часть аналитического доклада для Путина представляет собой не само­стоятельное произведение (на это у г-на Юрьева, вероятно, извилин не хватило), а вольное переложение книги «Почему Россия не Америка». Но мы видим, что паршевский шедевр востребован. И востребован на самом высоком уровне.