Княгиня - Людмила Ржевская
![Княгиня - Людмила Ржевская](https://cdn.bibliotekaonline.com/s20/3/0/4/7/9/0/304790.jpg)
- Категория: Проза / Русская современная проза
- Название: Княгиня
- Автор: Людмила Ржевская
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Княгиня
Людмила Петровна Ржевская
© Людмила Петровна Ржевская, 2016
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Княгиня
Побег
Пролог
Были первые числа декабря. Но зима уже во всю властвовала в городе.
Дворники не успевали сбрасывать снег с крылец богатых горожан, как наутро снова все было засыпано снегом.
А по ночам вьюга и бураны сменяли друг друга на горе запоздавшим путникам и на радость ведьмам и колдунам. Первый месяц зимы выдался снежным и морозным.
В одну из таких декабрьских ночей 1905 года в дом к княгине Александре Ржевской постучалась беда.
– Слышь, как пурга-то бесится, словно черти с неба спустились, – отряхивая снег с валенок, заговорил дворник князей.
– Агафья, кликни барыню, сообщение для нее есть. Горничная скрылась в покоях Александры и тут же вышла вместе с барыней.
– Никак, матушка, не ложилась еще? – спросила княгиню Евдокия.
– Нет, Евдокия, не ложилась еще, что-то на душе томно, предчувствие какое-то давит.
– К тебе, Александра Георгиевна, человек от князя из Москвы приехал, говорит срочно повидать надо. Князь велел хоть в ночь, хот под утро, а будить тебя.
– Вели привести путника, да накормить не забудь.
– Что ты, матушка, и обогрели, и накормили, и за Глафирой уже послала.
– Правильно сделала, Евдокия, мысли мои наперед читаешь, веди же!
Евдокия вышла в переднюю и тут же вернулась с каким-то мужиком, по виду не местным.
– Откуда будешь, странник? – спросила Александра путника, – Звать как?
– Из Москвы еду, барину своему депешу везу, да по дороге велели к вам заехать. Вот письмо от князя, мужа вашего. А кличут меня Федором.
Мужик протянул пакет, запечатанный сургучом и с печатью князя.
Александра взяла пакет, хотела сразу разорвать его, но помедлила.
– Обожди меня здесь, Федор, сейчас награжу по твоей чести.
Княгиня вошла в спальню, вскрыла пакет и прочла письмо. «Дорогая моя жена и княгиня Александра, видимо беда не ходит одна. В тот час, как получишь известие от меня, собирайся с детьми в дорогу, возьми с собой то, чем можно откупиться в пути от разбойников, и пробирайся на юг к родственникам. Прошу, не медли. Иначе и дом не спасешь и себя с детьми погубишь. Если, останусь жив, свидимся на юге. Твой муж и князь Гавриил Ржевский».
Задрожали плечи у Александры, холодно сделалось ей, потом разом бросило в жар. Но женщина взяла себя в руки. «Значит правда, значит сбылось…» Она перекрестилась три раза и вышла к Федору. Протянула ему несколько золотых монет. – Вот возьми, в дороге пригодятся. Спасибо, добрый человек, что заехал, не посчитал за труд. Благослови тебя бог, а теперь ступай. Пора и нам в путь собираться. Федор поклонился и вышел. Александра продолжала стоять, тупо смотря в окно, за которым ревела вьюга.
«Неужто бросить все на разграбление черни? Столько лет, столько сил и работы. Ну, нет, в дом они войдут пустой! И не на юг я стану пробираться, а в Литву. Ближе и спокойнее, а когда все уляжется, можно и домой вернуться».
Она встрепенулась.
– Где ты, Евдокия? – уже по привычке громко закричала княгиня.
– Здесь я, матушка, и Глафира со мной.
– Оставь нас вдвоем, Евдокия, у меня дело только для Глафиры.
– Что, княгинюшка, привело тебя за мною, старухой дряхлою, можешь не рассказывать, знаю, что горе. В радости за мной не посылают. Говори дело свое.
– Хочу, Глафира Карловна, чтобы ты посмотрела на свой огонь и сказала, что ждет меня в дороге, что сделать я должна, чтобы избежать врагов лютых, куда наследство батюшкино спрятать так, чтобы и триста лет никто не нашел.
– Разожги камин, да свечи поставь крестом, помнишь, как раньше делала, и сзади меня стань. Говорить стану, слушай, ибо я не услышу себя. И запоминай, все запоминай, ничего не упусти. Да вели принести мой кувшин, что в людской оставила.
Все сделала Александра, как велела ей старая женщина. И когда стал угасать огонь, плеснула Глафира свое зелье из кувшина на уголья.
Побледнела Александра, но глаз не закрыла, телом подалась к Глафире, чтобы лучше расслышать каждое ее слово. А слова ее вещие уже не однажды были проверены княгиней. Ни разу не солгала ей вещунья, прозванная в городе колдуньей.
– Слушай и запоминай. Дом твой сгорит. Но ты успеешь уехать с детьми.
Дорогу держи не на юг, на запад. Остерегайся большаков, лучше ехать тропами и лесом. Золото схоронишь по дороге около скита схимника Амвросия. Там есть надежное место. Людей с собой много не бери, возьми самых преданных, что с детства были около тебя.
Ценностей при себе не держи, по дороге будешь ограблена, но останетесь все целы. С мужем тебе свидеться придется нескоро, однако свидишься ты с ним в чужой стране.
Назад домой дороги тебе и детям твоим не будет. Наследство батюшкино триста лет в земле пролежит и не найдено будет. Крепко ты его схоронишь. Прощай, княгинюшка, в последний раз видимся. Да спасет тебя Христос!
Глафира отшатнулась от затухающих углей, тяжко вздохнула и проронила:
– Постели мне здесь, устала я, погреюсь у печки. А ты не мешкай, собирайся в дорогу, на рассвете должна быть подальше от города.
– Спасибо тебе, Глафира Карловна, возьми из моего дома все что захочешь.
– Ничего мне не надо, Александра, кроме вазы вот этой. Эта ваза к твоему батюшке по случаю из Византии попала. Тайна мастера в этой вазе сокрыта, кто разгадает ее, тот великую силу познает, как мастер завещал. Может разгадаю на старости лет секрет мастера. Сила-то у него была не чета моей. Она подошла к столу и погладила рукой вазу необыкновенной красоты. И вдруг ваза под ее рукой зашаталась, накренилась и упала на пол. Мелкие черепки разлетелись по комнате.
Александра вскрикнула. А Глафира глухо проворчала: «Значит не дано, не захотел мастер тайны своей отдать мне. Так тому и быть. Не жалей, княгиня, вазу, она уже моя была. Ступай, оставь меня одну, я с мастером попрощаюсь».
В три часа ночи лошади стояли наготове, дети укутаны и уложены в сани.
С собой Александра брала только трех человек. Горничную Евдокию, няньку для детей и старого кучера Михаила. Все ценности и золото Александра упаковала сама, ларец закрыла, поставила его в сундучок, а ключик от ларца сунула младшенькой дочери в рукавичку, даже если потеряет, не жалко. Рассвет путники встретили у скита. Александра всем велела оставаться в санях, а сама пошла к одинокому домику, покинутому всеми. Никого, ни одной души. Она вытащила сундучок, еще раз взглянула на него, вытерла слезинку, набежавшую на глаза, ведь хоронила она сейчас все состояние рода своего, и только она одна будет знать это место. Одна… И никто никогда не сможет найти его без ее помощи. Все так, как предсказывала Глафира, вот оно это место, тихое, неприметное, и никому не догадаться, что даже в стужу, здесь болото не замерзает. Ах, какая горячая грязь. Ну, вот и все. Сундучок на дне. Еще раз оглядеть местность, запомнить все. А вдруг вернемся и тогда… Но пора в путь, скорее на запад.
Все случилось, как предсказала старая вещунья Глафира. Имение князей Ржевских было разграблено восставшими и сожжено. Княгиня с детьми добралась до польской границы, а затем переправилась дальше на запад. С мужем ей довелось встретиться через пять лет в Париже. В Россию они уже больше не вернулись. Одна революция сменилась другой, потом третьей, да и возвращаться уже было некуда. Перед самой своей кончиной Александра рассказала своей младшей дочери о наследстве рода Ржевских, похороненного в болоте. Но искать не посоветовала.
– Посчитай, кто из рода нашего сможет найти батюшкино золото ровно через триста лет. Не раньше. Провидица всегда правду говорила. И помни, дочь, мужчинам в роду о золоте не говори, только женщины пусть тайной владеют. У них головы поумнее будут и похолоднее. Из-за золота на рожон не полезут. С тем и умерла старая княгиня, унося с собой тайну своего ларца. Только ключик где-то еще хранится от княжеских драгоценностей, может быть…
Скитания
Добравшись до Польши, Александра с детьми и слугами остановилась в предместье Варшавы у родственников своей двоюродной сестры. Семьи знатной, но небогатой.
Рассказав, что случилось, и почему она с детьми вынуждена была бежать из родного дома, княгиня тут же узнала еще одну новость о своем городе. Дом не только разграбили, но и полностью сожгли. Управляющего поместьем убили, когда он хотел остановить поджигателей. Все знатные и купеческие семьи, которые не успели бежать, почти полностью были уничтожены восставшими, а их дома разграблены и сожжены.
Ее родной город завален пеплом, и весь пропах гарью. И ей очень повезло, что она успела получить предупреждение о восстании от мужа и, не мешкая собраться в дорогу.