Время платить по счетам (СИ) - Шу Алекс

Олигарх из будущего. Часть 4. Время платить по счетам

Пролог

Все события в книге являются плодом фантазии автора. Все совпадения инициалов, имен и фамилий персонажей книги не имеют никакого отношения к реальным людям.

Резиденция Рокволда

Обычно хладнокровный Уолтер Майерс кипел от возмущения. Глаза метали молнии, верхняя губа нервно подергивалась, обнажая идеальный ряд ровных белоснежных зубов.

— Вы зря защищаете этого хитрожопого Елизарова и его друзей, мистер Рокволд, — прохрипел он, непослушными пальцами ослабляя узел галстука и расстегивая воротник. — Его нельзя было отпускать обратно. У нас будут большие проблемы.

— Это ты так считаешь, — заметил миллиардер. В отличие от компаньона он был полностью спокоен.

— С Елизаровым у меня договор. Мне нужны нефтяные заводы. Никого другого у русских, способного в будущем выкупить и объединить их в одну корпорацию на горизонте не просматривается. Как только нефтянка будет у меня, можешь делать с ним всё что хочешь, я не против.

— Неужели вы не понимаете⁈ — возмутился Уолтер. — Он явно ведет свою игру. Нападение на наших людей возле черного хода в отель. Авария, в которой погибают четверо сотрудников службы безопасности, ведущие наблюдение за Елизаровым и его людьми. Таких случайностей просто не бывает, черт подери!

— Ты забыл упомянуть бойню, устроенную в городе, — Рокволд впился немигающим взглядом в Майерса. — Скажи, это были твои люди?

— Нет, — на лице Нормана не дрогнул ни один мускул. — Не мои.

— Но ты наверняка знаешь больше, чем говоришь, — зловеще ухмыльнулся старик, продолжая пристально наблюдать за собеседником.

Майерс мудро промолчал.

— Ладно, не будем пока об этом, — процедил Рокволд. — Повторяю: пока его не трогай. Он мне нужен. И не только из-за нефтянки. У красных много лакомых кусков, а лучшего человека для наших проектов сейчас не отыскать. Сам посуди: Елизаров живет в Москве, в самом сердце Союза, где расположены все министерства и центральные органы власти. Большая распродажа страны будет проходить именно там. Сделал себя с нуля, по сути, авантюрист, с холодным, аналитическим умом. Очень редкое сочетание. Внимателен, умеет замечать мелочи и делать правильные выводы. Помнишь, как он при первой встрече вычислил, что за ним наблюдают?

Старик чуть помолчал, давая осознать сказанное, и продолжил:

— Елизаров сделал себя сам. За каких-то полтора года стал одним из самых богатых московских коммерсантов. Подобрал отличную, преданную команду, умеет работать с людьми. Имеет связи в самых различных кругах, в том числе в спецслужбах и власти. Пробивной. Умеет решать свои задачи и достигать поставленных целей. Здесь в Америке сумел заключить сделки со всеми автомобильными воротилами, даже с идиотом Смитом из «Дженерал Моторс», давно впавшим в маразм. Это о многом говорит. Где мы ещё такого найдём?

— Найдем, если понадобится, — пробурчал Майерс. — Я чувствую, он очень опасен и ведет свою игру.

— Твои ощущения, это, конечно, важно, друг мой, — усмехнулся миллиардер. — Во многих случаях они оказывались оправданными. Но я прекрасно знаю твоё отношение к Союзу и славянам, как и причины, которыми оно было вызвано. Поэтому, извини, для меня это не аргумент. Будет что-то повесомее твоих чувств, рассмотрим. Если представленные доказательства меня убедят, ликвидируем Елизарова. Но пока его трогать не надо.

— Как скажете, мистер Рокволд, — сквозь зубы процедил Майерс.

Лос-Анджелес. Беверли Хиллс. Вилла «Обитель богов».

Огромный дом в колониальном стиле напоминал резиденцию европейского монарха. Серый камень у основания контрастировал с белоснежным известняком на монументальных стенах, входных колоннах портика, фигурными тумбами балюстрад и огромного балкона на втором этаже. Внушительное здание с многочисленными пристройками огибала чаша бассейна, сверкающая в солнечном свете лазурной гладью. Она причудливо изгибалась, охватывая половину лицевой части особняка и разливалась полноводным озером с фонтанчиками, водопадами и мостиками недалеко от террасы, расположенной позади парадного входа.

У бассейна, вальяжно развалившись на шезлонгах, загорала компания отдыхающих — мужчина и три женщины. Покрасневшие тела блестели от пота, темные очки и разноцветные пластиковые козырьки на резинках надежно защищали лица от палящих лучей тропического солнца.

Недалеко от принимающей солнечные ванны компании находился мужчина в пестрой рубахе-гавайке. Он деловито смешивал коктейли в тени кирпичной стенки летней кухни и двух декоративных пальм, заботливо раскинувших над барной стойкой мясистые зеленые листья.

— Думаешь, Майк вернется? — блондинка в белом купальнике, повернулась лицом к миниатюрной брюнетке в черном бикини.

Та приподнялась и иронично глянула на подругу из-под солнцезащитных очков. В миндалевидных карих глазах светился насмешливый огонек.

— А ты как думаешь, Норма? — тонко улыбнулась она.

— Тут и думать нечего, — брюнет, лежащий рядом с блондинкой, сел, и сладко потянулся, хрустнув суставами. Парень был худощав, но на бронзовом от загара теле при каждом движении волной перекатывалась сухая, отлично проработанная мускулатура с тугими канатами вен.

— Вернётся, конечно, — улыбнулся он. — Не помню ни одного случая, когда от нашей Мадлен кто-то убегал. Мужики следом табунами скакали, и слюни пускали — это видел. Кто же от такой красотки, умницы и миллионерши, как наш босс, сбегать будет?

— Мадлен, значит, красотка, — блондинка шутливо стукнула парня кулачком по плечу. — А я кто по-твоему?

— А ты, Норма — божественна, и поэтому вне конкуренции, — парень весело подмигнул блондинке.

— Не можешь без своих шуток? — показушно надула губки девушка. — А если серьезно?

— Если серьезно, — улыбка исчезла с лица брюнета. — Ты, крошка, лучшее, что произошло в моей грешной жизни.

— Ты тоже, — пылко воскликнула Норма. Блондинка встала с лежака, обвила шею парня руками и страстно поцеловала.

— Зачем тут эти страсти? — вторая блондинка в возрасте, приподняла закрывающий лицо желтый пластмассовый козырек и неодобрительно глянула на молодежь. — Привлекаете ненужное внимание.

— Грета, перестань, — тяжело дышавшая Норма оторвалась от любимого. — Твоя паранойя уже действует на нервы. Вилла арендована на подставное лицо. Оплачена на уик-энд. В договоре прописана полная конфиденциальность съемщика. Прислуга отпущена отдыхать до понедельника. Мы даже своего охранника на ворота поставили — старого друга Джона. Даже если кто-то чудом проникнет на территорию, и увидит нас — наплевать. Мы не кинозвезды, находимся в Америке, а не в Иране. Здесь такое в порядке вещей. Какое кому дело, чем мы занимаемся на частной охраняемой территории? Могу я хоть раз расслабиться и забыть о конспирации в кругу своих коллег и друзей?

— В комнате расслабляйся, — посоветовал подошедший с коктейлями мужчина лет сорока пяти. На висках у него серебрилась благородная седина. Расстегнутая гавайка позволяла увидеть плоский подтянутый живот с четко очерченными кубиками пресса и выпуклые пластины груди. Под короткими рукавами шарами перекатывались мощные сухие бицепсы с толстыми канатами вен. Разворотом плеч и рельефной мускулатурой мужчина напоминал античную статую Геракла.

Выбери подходящую спальню, и вытворяйте что угодно, — ухмыльнулся седой, передавая коктейли Мадлен, Норме и Грете. — Тут дело даже не в том, что мы находимся на частной охраняемой вилле, и поблизости никого нет. Вокруг дома знаменитостей: миллионеров, голливудских звезд, известных продюсеров и киномагнатов. Естественно, территория хорошо охраняется, конфиденциальности частной жизни владельцев особняков уделяется особое внимание. Мадлен была хорошей ученицей и знает, что лучше всего что-то спрятать на самом видном месте. Эта вилла — именно такой вариант. Но существует вероятность, что нас все равно кто-то может видеть. Например, скучающие соседи, развлекающиеся рассматриванием из биноклей близлежащие угодья. Или папарацци, умудряющиеся периодически проникать даже сюда и делать провокационные снимки. Здесь каждый житель виллы — знаменитость. И то, что мы заехали на территорию поместья инкогнито, на автомобилях, не избавляет нас от внимания посторонних. Добавлю, любой настырный журналюга или охотник за сенсациями не удержится от искушения снять ваш страстный поцелуй, просто потому, что будет надеяться идентифицировать личности и выгодно продать снимок. Поэтому Грета абсолютно права. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть