ИСТОРИЯ ОДНОГО ПИСЬМА - Карен Вртанесян

Карен Вртанесян

ИСТОРИЯ ОДНОГО ПИСЬМА

Предисловие

1. Предисловие

В августе 2003 г. я получил письмо от совершенно незнакомого мне человека, следующего содержания:

Уважаемые создатели сайта Armenian House,

Посылаю Вам письмо, представляющее исторический интерес и заслуживающее публикации на страницах армянских изданий.

Письмо написано Хачатуровым М. М. своему коллеге известному****** коллекционеру предметов восточного искусства Ханукаеву Семену Нисановичу (тату по национальности, выходцу из Дербента). Письмо предоставил мне сын покойного коллекционера Михаил Семенович Ханукаев с разрешением опубликовать его в армянских изданиях.

Если бы оно Вас заинтересовало как исторический источник, то Вы смогли бы поместить его на своих страницах.

С уважением,

Артур*****

В приложении действительно было письмо, рассказывающее о бурных событиях в Дербенте в 1918 г. Текст этого письма приведен чуть ниже. Через какое-то время я опубликовал оба письма на форуме ArmenianHouse.org (в то время еще действующем) и оно там находилось до самого закрытия форума. Однако недавно история с письмом получила неожиданное продолжение, о чем подробнее в третьей части. Пока же предлагаю ознакомиться с письмом, с которого все и началось.

Примечание: адреса (и в случае автора первого письма – также фамилия) заменены звездочками, во избежание вторжения в личную жизнь людей, так или иначе связанных с этой историей.

2. Письмо Хачатуровa М. М. известному коллекционеру Ханукаеву Семену Нисановичу г.******, ул.*******, кв.**, Ханукаеву С. Н.

370***, Баку,

ул.*******, кв.**,

Хачатуров М. М.

Баку, 30/05/1979

Уважаемый Семен Нисанович!

Я вернулся домой в Баку, поговорил со своей старшей тетей, которая была свидетельницей событий прошлого, и она рассказала мне один из эпизодов в марте 1918 г. Этот эпизод подходит к нашему разговору в тот вечер. На всякий случай я сообщаю Вам о нем, это может оказаться полезным.

Итак, обстановка в Дербенте складывалась так. В конце 1917 – начале 1918 года в Дербенте в качестве главаря азербайджанских националистов активизировался некий однорукий Джаффар. Это был бандит из ближнего села (названия не знаю), он снимался на коне у моего деда, но фотография не сохранилась. У него была группа, которая крупных акций не проводила. Но вот в Баку начались мартовские события и в Дербент оттуда были направлены мусаватские эмиссары. На вокзале состоялась встреча с ними Джаффара, который получил наказ начать активные действия, подразумевается против армян, как основной силы противостоящей им.

Вначале на пороге своего дома был убит житель Макар Погосов. Был убит также житель Дербента Рувинов. Все это происходило 22 марта. К вечеру был окружен дом Мелик-Шахназаровых на Барятинской ул. (это немного ниже Реального училища). Сам хозяин дома Осеп и его сын Миша стали отстреливаться (Вся остальная семья их находилась в это время в Кисловодске).

Джаффаровцы привлекли к делу и лезгин, их было много. В ходе перестрелки был убит Миша. В это время загорелись ворота. Отец, видя безвыходность положения, по крышам домов бежал и тем спасся от гибели. Дом их был подожжен и полностью сгорел.

Опасность разгрома висела и над нашим домом, но по некоей причине это было исключено. Верный своей профессии дед сфотографировал от нас пылающий дом, но фотография эта утеряна.

Позднее, после поражения мусавата в Баку, оттуда прибыла в Дербент так называемая Третья рота, состоявшая из армян. После демонстрации их в городе, соответсвующих торжеств, бойцы прошли в то село, захватили Джаффара и обезглавили его.

Голову, насаженную на штык, носили по городу под клики. Семью Джаффара не тронули, потому что жена его позднее приходила к деду фотографироваться. Наши хорошо помнят эту красивую женщину. Так закончилась маленькая эпопея. А осенью пришли турки.

Семен Нисанович, по каким-то трудно объяснимым причинам Дербент всегда резко отличался (прежде всего психологически) от всех азербайджанских городов, хотя и до сих пор утверждают, что он является таковым.

Это в полной мере проявилось во время тех трех лет. Личные взаимоотношения между жителями, сложившиеся до событий, оказывались сильнее национальных. Происходило сложное переплетение личных авторитетов, дружб, привязанностей. С этим столкнулись и пришельцы. Это проявилось и во время прихода турок.

Я написал вкратце. Всегда к Вашим услугам, если в чем-то смогу помочь напишите.

С лучшими сердечными пожеланиями от всех нас.

Хачатуров М. М.

3. Комментарий М. Ханукаева – сына Семена Нисановича Ханукаева

История изложенная в письме Хачатурова вне сомнения интересна. Но еще интереснее продолжение истории с письмом.

В начале этого года я получил довольно сердитое письмо от Михаила Семеновича Ханукаева – сына Семена Нисановича:

Итак, откуда Вы меня знаете и какое письмо я разрешил Вам опубликовать? Надеюсь на Вашу порядочность и поэтому прошу ответить на мои вопросы.

Поскольку к тому времени форум ArmenianHouse уже не действовал, я какое-то время даже не мог понять о чем идет речь. Как оказалось, Михаил Семенович искал в интернете упоминания фамилии Ханукаевых и наткнулся на копию страницы с нашего форума в кэше rambler.ru. Я рассказал ему о том, как это письмо попало ко мне, и он вспомнил, что действительно, когда-то показывал письмо Артуру*****, но добавил, что "насколько я помню, разговоров о публикации не велось."

После моих извинений Михаил Семенович подтвердил, что письмо настоящее и не только великодушно согласился на повторную публикацию, но и рассказал об одном очень интересном ньюансе этой истории:

Да, действительно, такое письмо существует в нашем семейном архиве. И, наверное, я не против его публикации. Но должен предупредить Вас об одном интересном моменте, рассказанном в письме. Речь идет об описании того, как отстреливались Мелик-Шахназаров с сыном. Я со своим отцом довольно часто бывал в Дербенте в 1970-тые годы.Так вот, во время зтих поездок мой отец часто беседовал со старожилами на эти темы. Интерес к этому был не случаен, т. к. описанный факт многие семьи приписывали своим предкам. Даже наши Ханукаевы! Приписывают себе этот факт и таты, и армяне, и, даже, азербайджанцы. В каждом таком рассказе имеются некоторые расхождения. Напимер некоторые утверждали, что отстреливались не от Джаффара, а от революционеров, насаждавших новую власть и отбиравших имущество у состоятельных людей. Не доискавшись истины, мой покойный отец оставил эту затею. А это письмо, некоего Хачатурова, я действительно давал моему знакомому*****, и, видимо, от него оно попало к Вам.

Я попросил разрешения господина Ханукаева на публикацию его комментария тоже, на что он ответил:

Согласен на комментарий и хорошо бы добавить в этом комментарии, что жители Дербента и ближайших к г. Дербенту селениях НЕ поддавались на подстрекательства мусаватов и НЕ обнажали оружия друг против друга, несмотря на конфессиональные различия.

Примечательно, что похожую в чем-то историю слышал и я о предках мужа своей тети, но про резню в Шуши ("…двое братьев из богатой семьи остались в доме прикрывать отход семьи, отстреливались до последнего патрона, и только потом татары смогли их убить…"). Правда, учитывая, что происходило в то время в регионе (все против всех), то возможно похожие истории случались во многих местах с разными людьми. Выяснить правда это или нет, довольно затруднительно, тем не менее материал достоин внимания.

Хочу также обратить внимание на то, что и Хачатуров, и Михаил Ханукаев подтверждают, что в Дербенте личные отношения оказывались сильнее межнациональной вражды. Но только ли в Дербенте? Недавно мне на глаза попалось свидетельство очевидца о бесчинствах турецких жандармов в с. Чайкенд (Геташен) [Сборник документов "Погромы армян в Бакинской и Елизаветпольской губерниях, 1918 – 1920 гг.", Исторический архив РА, Ереван 2003, стр. 83]. В документе между прочим отмечается, что местные татары (азербайджанцы) крайне недовольны поведением турок, поскольку "отношения между ними и армянами были самые лучшие".

Действительно стоит задуматься над тем, каким образом более или менее спокойные взаимотношения двух народов дошли до того состояния крайней вражды и ненависти, которые мы видим сейчас. И в первую очередь нужно задуматься о том, кому в конечном итоге выгодна эта вражда: не думаю, что армянам или азербайджанцам.

Карен Вртанесян специально для ArmenianHouse.org 5 апреля 2006 г.